Чтение онлайн

— Увы, но боюсь, что не смогу этого сделать. Я прибыл первым и не пойду вторым.

— Я прибыл вторым, но пройду первым, — сказал Виталик.

— Да вы, никак, ищете ссоры?

— Изначально я искал лошадь, — сказал Виталик. — Но если вы настаиваете…

Военный затянул последнюю подпругу, или как она там называется, Виталик не слишком хорошо разбирался во всей этой упряжи, поправил мундир и посмотрел на Виталика. При свете крестьянской лампы стало видно, что у него мужественное волевое лицо, квадратный подбородок и залихватски закрученные усы.

— Господа, не надо ссориться, — подал голос доселе молчавший хозяин лошади, с сомнением оглядывая массивную фигуру Виталика. — Вы можете поехать вдвоем. Плотва — кобылка молодая, выносливая. Немного в скорости потеряете, но к утру будете в городе…

— Поистине Соломоново решение, — восхитился мудростью крестьянина Виталик. — Но боюсь, что Боливар не выдержит двоих.

— Я катаюсь на одной лошади вдвоем только с прелестными барышнями, — заявил военный. — Отступитесь, сударь

— Боюсь, я не могу.

Военный положил руку на эфес сабли.

— Я не хотел бы вас убивать, — сказал он.

— Я тоже, — сказал Виталик. — Вы, видимо, бретер и дуэлянт, но кажетесь мне хорошим малым.

Крестьянин, которому уже заплатили, подкрутил лампу так, чтобы она давала больше света. Он хотел насладиться грядущим зрелищем.

— У вас при себе есть оружие, сударь? — осведомился военный.

— Да, — сказал Виталик, вытаскивая из-под плаща здоровенный тесак.

— Отлично, — просиял военный, обнажая саблю. — Никто не посмеет заявить, что поручик Оболенский убивает безоружных.

— А ножик-то у него покороче, — заметил крестьянин.

— Это ничего, — сказал Виталик. — Зато у меня рука длиннее.

— Защищайтесь, сударь!

Поручик атаковал бодро, но Виталика учили драться лучшие инструкторы СВР, а потом он отшлифовал свои умения за долгие годы пребывания в Системе, так что шансов у военного не было. Виталик парировал первый выпад сабли своим тесаком, пнул поручика в опорную ногу, а потом, когда тот уже падал, врезал ему кулаком в ухо.

Поручик свалился без чувств.

Виталик быстро обыскал его, нашел кошель с деньгами и проездные документы, выданные на имя поручика Преображенского полка Дениса Оболенского. Кошель трогать не стал, а документы прибрал в карман. Конечно, он не был похож на поручика, но лучше иметь при себе хоть какие-то бумаги, чем вообще никаких.

Отсчитав десять рублей из своих денег, Виталик протянул их крестьянину.

— Это тебе за беспокойство, — сказал он.

Крестьянин принял деньги и неторопливо убрал их в карман.

— Может, тебе стоит переночевать где-нибудь еще? — спросил Виталик. — Вернешься домой после того, как этот уйдет.

— Староват я уже по чужим дворам шастать, — сказал крестьянин. — Да и деревня у нас небольшая, занедолго обойти можно. Не в лесу же мне прятаться?

— Как знаешь, — сказал Виталик. Он подошел к лошади, благо, она уже была оседлана, за что Виталик мысленно поблагодарил поручика. — Он, вроде, парень приличный. Может, и пронесет.

Крестьянин равнодушно пожал плечами. Виталик не без труда забрался в седло и взялся за поводья.

— Москва-то в какую сторону? — уточнил он на всякий случай.

— Зюйд-зюйд-вест, — сказал крестьянин и для верности махнул рукой.

Магистр сидел на скамейке под фонарем и делал вид, что читает Ведомости, а на самом деле наблюдал за людьми.

Студенты начали собираться на площади часов в пять.

Приходили по одному, по двое, небольшими группами. В основном, парни, но Магистр видел и несколько девушек.

У некоторых были термосы.

Константин уселся рядом. У него тоже был термос. И еще — раскладная трость, которую при желании можно использовать как дубинку.

— Я же говорил, оружие не брать, — сказал Магистр. — Мирный протест, все такое.

— Так это и не оружие, — сказал Константин. — Это модный аксессуар.

— Горбатого не лепи. Ты чего вдруг такой смелый-то?

— Я тут подумал обо всем, что ты сказал, и решил, что ты прав, — сказал Константин. — Мы должны сделать так, чтобы нас наконец-то заметили.

— Лучше поздно, чем никогда, — согласился Магистр.

— Что ты имеешь в виду?

— Да это я так, не обращай внимания, — сказал Магистр. — Плакаты где?

— Плакаты к шести должны принести, — сказал Константин. — Я узнавал, их только-только рисовать закончили, краска сохнет.

— Какую посещаемость прогнозируешь?

— Да шут его знает, — сказал Константин. — Мы листовки распространили.

— Ой, дурак, — сказал Магистр. — Думаешь, никто их до охранки не донесет?

— А как еще людей охватывать? Тем более, там ничего крамольного не было.

— Дай посмотреть, — сказал Магистр, не сомневаясь, что у Константина есть с собой хоть одна.

— Вот.

Магистр взял листок бумаги, вырванный из амбарной книги. На листке было выведено каллиграфическим почерком:

«Встречаемся в восемнадцать ноль-ноль на Думской площади. Одевайтесь тепло, берите зонтики, чай, кофе, хорошее настроение и друзей. Распространение информации всячески приветствуется».

— Действительно, ничего крамольного, — согласился Магистр. — Всю ночь, поди, писали?

— Только под утро закончили, — подтвердил Константин.

— И как люди должны понять, зачем именно их пригласили? — поинтересовался Магистр.

— Из контекста же, — объяснил Константин. — В университете настроения витают…

— Ясно, — сказал Магистр. — А ты почему сам без зонтика?

— Так у меня нету, — сказал Константин. — У меня это.

Он потряс модным аксессуаром.

— О, а вот и жандармы, — сказал Магистр. — Видать, кто-то им вашу листовочку вместе с контекстом притащил.

Небольшая группа полицейских, человек двадцать, появилась у противоположного края площади. Разбившись на группы по несколько сотрудников, они занялись патрулированием, внимательно прислушиваясь к разговорам в попытке понять, что за настроения тут витают.