Чтение онлайн

«Кузнец увидит, что нужен ключ от внутреннего этажа, и потребует бумагу с разрешением на ковку», – Кедра взяла на себя добычу оттиска ключа, попросив меня достать соответствующее разрешение. Его могли предоставить ключница, экономка, дворецкий либо хозяева замка. Выбор пал на самую слабую жертву в списке потенциальных «разрешателей».

– Зачем вам моя подпись? – бегло поинтересовалась графиня Ланкрофт, витая мыслями вокруг подкинутой ей сплетни.

Оказывается, один из младших архивариусов безумно влюблен в ее подругу Падму и ночами задыхается от восторга, целуя портрет пышной снобки. Надеюсь, сам архивариус никогда об этом не узнает.

– Мелкий приказ по хозяйству, не обращайте внимания.

Бумагу надо заверить в библиотеке, поставив печать, и Эла собралась пойти со мной, чтобы лично посмотреть на влюбленного архивариуса, но я вовремя подставила ей подножку – намекнула, что ее прыть может обернуться трагедией.

– Какой трагедией? – напугалась она.

– Я слышала, что на госпожу Падму положил глаз кто-то из высокопоставленных гостей, – секретничала я, отчаянно надеясь, что графиня успокоится. – Представьте, если второй поклонник – лорд – узнает о любви какого-то запечного библиотекаря?

– Он уничтожит конкурента! – Элиана округлила глаза.

– Умоляю вас, никому ни слова, договорились?

Проколоться на лжи мне не грозило. Любовь – штука недоказуемая; даже если подружки припрут к стенке каждого архивариуса и закономерно услышат «Нет», спишут на застенчивость и еще больше поверят в чью-то влюбленность.

Для того, чтобы подобраться к печати, требовалось проскочить мимо злого дракона по имени Падма. Она может легко заверить мелкий приказ, но не станет, сначала изучив его вдоль и поперек, а потом обязательно пойдет к Эле, чтобы самой все проверить. Пришлось срочно придумывать, как быстро и безболезненно запудрить голову пышнотелой змее.

– Мисс Фрол, – неприветливо буркнула Падма, вперив в меня взгляд. – С чем пожаловали?

– С сердечной благодарностью, – я поставила на стол корзинку с пирожными. – Свитки, которые вы передали мне, помогли спасти Шмель от притязаний коммерсантов. Начались проверки на фабриках барона, семьям умерших детей назначена большая компенсация.

– Это лишь начало, они будут судиться… – мисс Коста попыталась меня осадить, но не тут-то было.

– Ваша доброта и забота о подданных маркграфства безмерны, поэтому лорд Эшфорт может спать спокойно… То есть спокойно проснуться и дальше управлять землями без страха быть обманутым проходимцами вроде Моринсель. Если бы не ваша проницательность, трудолюбие и верность долгу, деревенские дома уже бы сносили подчистую.

Падма слушала с открытым ртом, безуспешно пытаясь вставить хоть слово. Архивариусы и библиотекари выглядывали из-за своих столов, ловя каждую похвалу, и выражения их лиц менялись со скептических на ошарашенные. Видно, характерец мисс Косты здесь известен каждому.

– Вы что, издеваетесь? – прошипела она, краснея до корней волос.

– Не притворяйтесь злюкой, на самом деле у вас огромное доброе сердце, – я подмигнула ближайшему писарю, у которого из пальцев выпало перо. – Вы, наверное, и благотворительностью тайно занимаетесь: спасаете сирот, котят и экологию.

– Наша мисс Коста? – уточнил обалдевший писарь юных лет. Мальчишка вытаращился на Падму, как на инопланетянку.

– Да. Взгляните в ее добродушные бесхитростные глаза, сколько в них мудрости и понимания.

– Скорее, жажды убивать, – испуганно прошептал он, прячась за свитком.

– О суде не беспокойтесь. Разве ваш знакомый констебль не сможет арестовать их до того, как найдется состав преступления, опросят пострадавших и будет подано заявление? У него же большой опыт в подобных делах.

Цвет лица Падмы резко стал малиновым, с нехорошим предынфарктным оттенком. Она потянулась к графину, едва не опрокинув корзинку и чернильницу, и шумно опустошила стакан воды.

– Я знаю, что вы не хотели сажать меня в тюрьму. Вы планировали подержать попаданку в камере пару дней, чтобы она напугалась до чертиков и захотела поскорее домой, – прошептала я, наклонившись ближе. – Зачем? Боитесь, что ваше место рядом с графиней займет другая мисс?

– Вы… Вы… – Падма неожиданно утратила красноречие, начав заикаться. – Отойдите от меня!

Флора говорила, что мисс Коста легко вошла в их круг, как будто всегда была дворянкой инкогнито. Умеет подать себя, не лезет вперед Элы, по характеру – за любой кипиш, кроме голодовки, и найдет выход из щекотливой ситуации. Но так ли просто дается это самой Падме?

– Что для леди – данность, для вас – результат титанических усилий. Этикет, хорошие манеры, правильная осанка и ежедневное ехидство окружающих, напоминающих вам о вашем низком происхождении, – невидимые враги, с которыми вы сражаетесь изо дня в день, чтобы просто оставаться на уровне аристократии.

– Ступайте на обед, – Падма указала на дверь. Младшие писари вскочили с мест, быстро выбежав за дверь. – Госпожа Фрол, вы несете какую-то чушь.

– Я несу людям счастье. Не сопротивляйтесь. – Отрезала я. – Знаете, когда я устроилась на свою первую работу, мне помогала секретарша начальника отдела. Она была добра, вводила новичков в курс дела и часто шутила о чужом везении: у новеньких была она, у нее самой – не было никого. Эта женщина работала больше всех, и никто из начальства не замечал ее усилий – простая секретарша, девочка принеси-подай.

– И что?

– Начальник отдела был человеком придурковатым, желающим, чтобы Елена покупала подарки его любовнице, чудом доставала билеты на самолет за пять минут до вылета, выбивала невозможные встречи с первыми лицами области и превращала воду в вино, если ему вздумалось выпить после двадцати трех-ноль-ноль, когда алкоголь не продается.

Время шло, эта добрая молодая женщина умнела и в один прекрасный день сломалась. Проплакав в туалете сорок минут после очередного разноса, Елена пошла к вышестоящему начальству и попросила перевести ее в другой отдел. От нас уходила милая дама, туда пришла настоящая мегера. Она отвратительно работала, хамила каждому встречному, жаловалась по любому поводу и активно поддакивала новому начальнику, чтобы в результате получить всеобщее уважение, премии и похвалу.

– Возможно, вы тоже однажды сломались, решив вести себя как скандальная аристократка. Но в глубине души мисс Коста – добрая, разумная и порядочная девушка, не выдержавшая ужасного давления извне.

Впечатленная Падма нечленораздельно хмыкнула, стряхивая образы неизвестной ей секретарши и начальника-самодура. Откровенная лесть ее не размягчила, но с лица мисс исчезла открытая враждебность.

– Госпожа, я не претендую на ваше место рядом с обеими графинями. Вы его заслужили упорным трудом, – твердо сказала я. – Мне не нравится жить в мире Тьмы, и я вернусь домой сразу, как только лорд Эшфорт женится.