Чтение онлайн

Он не стал распинаться.

– Мне нужно поговорить с Кордеро. Сейчас же.

Секретарша подняла взгляд, разглядывая его сквозь очки в тонкой оправе, а когда осознала, кто перед ней, ее будто бы подменили.

– Мистер Култи, вам правда нужно записаться на прием…

– Мне нужно к нему сейчас же, – оборвал он ее.

Старая перечница бросила взгляд на меня, и между ее бровей залегла морщинка. Много морщинок.

– Я ему сообщу.

Ровно пятнадцать секунд спустя древняя стражница Кордеро уже стояла на пороге, распахнув дверь, и жестом приглашала войти.

– Он согласился принять вас.

Генеральный директор «Пайпере» восседал за столом. Култи провел меня в кабинет, все еще держа за руку, и хотя я понимала, как это выглядело со стороны, сил беспокоиться не осталось вот совершенно. Немец занял дальнее от двери место; я села рядом, наблюдая за Кордеро, которого ситуация, кажется, совсем не смущала.

– Чем могу помочь? – недовольно поинтересовался он.

– Я подпишу контракт, если вы выпустите ее на поле, – прямо сообщил Култи.

Я обернулась на него с открытым ртом. Чего?

Видимо, не меня одну удивило внезапное заявление. Кордеро уставился на него огромными глазами.

– Серьезно?

– При двух условиях. Во-первых, вы выпустите ее в основном составе, – спокойно произнес он.

Кордеро задумался. Само требование, кажется, поставило его в ступор.

– И это ваши условия?

– Первое.

Он не хотел оставаться. Он сам так сказал. Что он творил-то, мать вашу?

– Рей, – шепнула я.

Немец посмотрел на меня, и я вспомнила, что обещала ему довериться.

Черт.

– Вы согласны или нет? – спросил он у Кордеро.

– Н-ну… – запнулся тот. – Я не могу выпустить на поле вас обоих. Игроки жаловались…

Король поднял руку и бросил на меня долгий многозначительный взгляд, суть которого я не понимала, пока он не закончил говорить.

– Я пропущу обе игры, – произнес он, все так же наблюдая за мной.

На мгновение время остановилось.

Кордеро понятия не имел, что только что сказал Култи. Он слышал сами слова, но не мог понять их истинной сути. Я понимала, но… но…

– Нет, – сказала я.

Култи не сводил с меня взгляда – значит, действительно хотел, чтобы я услышала скрытый подтекст, чтобы осознала подлинное значение.

– Да.

– Рей. Ты не понимаешь, что творишь.

Немец пристально посмотрел на меня, одновременно твердо и безмятежно.

– Я ни в чем еще не был настолько уверен.

Ох, твою-то мать.

– Вы пропустите игру ради нее? – удивленно спросил Кордеро; он оказался не таким тугодумом, как я считала.

Чтобы Култи пропустил матч…

Не колеблясь и по-прежнему не сводя с меня взгляда, пумперникель ответил генеральному директору «Пайпере»:

– Да. Вас все устраивает?

Кордеро обдумал его слова.

– Да, если второе условие не будет совсем уж абсурдным.

Я не могла оторвать глаз от Култи. Все естество занимал он, его слова, его взгляд, – и то чувство, что поднималось в груди, сдавливая горло.

– Хорошо. Еще я хочу, чтобы вы взглянули на контракт Сэл. Я ее выкупаю, и мне нужно понять, на какую сумму выписывать чек, – сообщил братвурст. Не успела я возразить, как он обернулся, ясно давая понять, что разговаривает со мной, а не с генеральным директором: – Не спорь. Ты на моем месте поступила бы так же.

– Но это же не значит, что…

– Ради тебя я готов на все.

Вот черт.

Здравый смысл весь испарился, а мои воображаемые яичники были тут же принесены в жертву. Сердце выстукивало доселе неизвестный ритм. Мне двадцать семь, а у меня сейчас будет сердечный приступ. Охренеть.

Култи отказался от участия в последних двух играх и хотел выкупить мой контракт.

«Он не понимает, что говорит. Он не понимает, что делает», – повторила я мысленно, изо всех сил стараясь держать себя в руках.

– Мы договорились, Кордеро?

Мы не смотрели на этого хорька, а потому оба пропустили недовольный смешок и недоверчивое выражение, написанное у него на лице. Уж насколько все зависело от старого идиота, настолько незначительным он вдруг показался. Сейчас существовали только мы, я и Култи, а Кордеро был просто фоновым шумом на нашем пути.

– Вы хотите ее выкупить? – В смехе Кордеро послышались резкие нотки. – Вперед и с песней.

Не будь я в таком шоке от потаенного смысла слов Култи – обиделась бы, как легко этот мудак меня продал.

– Не встречаются они, как же, – презрительно пробормотал Кордеро себе под нос.

Уже потом, оглядываясь назад, я поняла, что могла бы возразить ему и все оспорить. Могла бы сказать, что между нами ничего нет. Наши отношения были исключительно платоническими, по крайней мере, до этого момента. За время, что мы общались, Култи успел побыть мне отцом, братом, другом – но какой смысл переубеждать того, кто уже вбил себе в голову что-то другое?

Самое главное, что в тот момент мне было совершенно плевать, что думает про меня злобный гондон.

Потому что перед тем, как предложить выкупить мой контракт, Култи ясно дал понять одну вещь.

Самую изумительную, невероятную и сюрреалистичную вещь на свете.

Он лю…

Я не могла произнести эти слова. Не могла даже представить, что он чувствует ко мне нечто подобное.

Охренеть.

Разумеется, он не в своем уме и что-то напутал. Да, он свихнулся. В этом все дело.

Оставшееся время я просто смотрела на него, краем уха слушая разговор между старыми пердунами. Господи, что он творил? Чем он думал?

– Юрист свяжется с вами позже, мисс Касильяс, – вырвал меня из мыслей голос Кордеро.

Я попыталась вспомнить, о чем шла речь до того, как я отключилась. Кажется, о том, что мне должны будут позвонить из юридического отдела и пригласить на подписание контракта, освобождающего от «Пайпере».

У меня даже не было команды, которая ждала бы с распростертыми объятиями.

Ладно. Я что-нибудь придумаю. Все будет в порядке.

– Буду ждать звонка, – рассеянно ответила я, поднимаясь на ноги вслед за немцем.