Тренер Култи
Шрифт:
– Нет. Я ухожу и возвращаюсь раньше них.
– А как ты покупаешь продукты? – Мне всегда было любопытно. – Заказываешь онлайн?
– Хожу пешком. Магазин в трех кварталах отсюда.
Пешие прогулки, личный водитель, все эти вопросы о лишении прав от людей, которым платили за расследования… Я с любопытством покосилась на Култи, но решила не закапываться слишком глубоко. Какая разница? Даже если и было что-то такое, меня это не касалось, как его не касалась история с Эмбер и ее тупым мужем.
– Наверное, я просто не понимаю, как тебя до сих пор не узнали. Ты же везде, даже на рекламном щите у моего дома, – сказала я, покачав головой. С другой стороны, я так привыкла видеть его на плакатах, что могла бы разглядеть его лицо в любой кляксе.
– Никто не обращает внимания. Я ношу кепку, и единственные, кто со мной разговаривает, – это пожилые люди на скутерах, которым не дотянуться до нужной полки.
Я улыбнулась, поглядев на него.
– Не представляю, как ты так живешь, если честно. У нас есть фанаты, но это другое. Футболку с моим номером носят только брат с родителями. Но я не люблю быть в центре внимания, так что меня устраивает.
Он склонил голову, глядя в окно. Его голос был таким серьезным, таким отстраненным, что я с трудом отвела от него взгляд.
– Мне хватило чужого внимания. Больше не нужно.
Значит, поэтому он жил здесь и носил кепку в магазине.
Иногда кажется, что у некоторых есть все. Что еще надо? Деньги, внешность, слава. Чего тут желать? Друзей? Отношений? Кого-то, кто мог бы развеять скуку?
Лично я знала сотни людей, но лишь семеро были по-настоящему мне близки. И пусть мы общались с ними очень давно, только пятеро точно остались бы со мной даже после футбола.
Вновь покосившись на Култи, я подавила вздох. Жалеть его не входило в мои планы.
* * *
– Тебе места мало? – прохрипела я.
Култи прижался плотнее.
– Да.
Одновременно защитник и нападающий, он загнал меня в угол, чтобы я не смогла увести мяч. Он играл грубо, даже немного жестко, будто я была просто низким мужчиной, и не боялся телесного контакта – явления, часто возникающего в футболе. Он теснил меня, сдерживал, а я отвоевывала сантиметр за сантиметром, пробиваясь вперед, и иногда срывалась на бег в надежде обойти его.
Получалось не очень.
За всю игру я добралась до мяча всего раза четыре, и в итоге Култи либо вынуждал меня выбить его за пределы поля, либо отбирал сам. Это одновременно бесило и раззадоривало, особенно когда я гналась за этим громилой или пыталась не дать ему отобрать мяч.
Играть с кем-то, кто быстрее, сильнее и талантливее, довольно непросто, но я хотя бы пыталась, и в итоге Култи победил один – ноль, удачно пробив по «воротам» из палок и пустых бутылок, найденных у меня на заднем сиденье.
Хренова немецкая буханка.
– Еще раз?
Уложив руки на бедра, я пару раз глубоко вдохнула через нос и кивнула стоящему напротив мужчине, который тоже переводил дыхание. В парке, который находился в двадцати минутах езды от его дома, не так уж много народу, но больше, чем когда мы только приехали.
– Давай, – вопреки здравому смыслу сказала я.
И мы продолжили.
Накопившаяся усталость нам не мешала. Стоило мне завладеть мячом, как Култи бросился следом, отставая буквально на шаг. Он начинал потихоньку сдавать, и я этим пользовалась. Вчерашняя игра вымотала меня, но Култи был на тринадцать лет старше и давно не тренировался. И в скорости я ему практически не уступала.
– Тормозишь? – выдохнула я, пытаясь обвести его и свернуть влево.
– Молчи и играй, – хрипло пропыхтел он.
О да, ему конец.
Краем глаза я заметила группку людей, наблюдающих за нами с края поля, и тут же Култи поставил мне подножку.
– Сволочь, – прошипела я, едва успев увернуться.
Воспользовавшись заминкой и моей злостью, он увел мяч.
Собрав в кулак последние силы, я все же смогла отобрать его, бросилась к воротам и пробила по мячу. А когда мяч влетел в них, то вскинула руки и показала Королю язык.
– Я победила. – О да, я вела себя совершенно по-детски и непрофессионально.
Словно решив окончательно добить Култи, наши зрители начали аплодировать.
Кое-кому это не понравилось. Даже, я бы сказала, немного взбесило.
Вот и чудно.
– Оуе! Muchacha! Es el Aleman?[24] – крикнули с края поля.
– Callate tonto[25], – шикнул на него кто-то другой.
Я в растерянности обернулась на недовольного Култи. Сейчас, присмотревшись, я поняла, что наши зрители были латиноамериканцами лет под тридцать и старше. Немец молчал, не реагируя ни взглядом, ни жестом.
– Amiga! Es Kulti?[26]
Их всего шестеро…
Я снова посмотрела на Култи, но тот только пожал плечами. Чтоб его.
– Si es, – признала я. – Рего no le digan a nadie[27].
Парни тут же подскочили, хватаясь за головы.
– No chinges! – Да уж, «ни хрена», это уж точно.
Секунду спустя они уже окружили немца, заваливая его торопливыми фразами на испанском и разглядывая во все глаза, будто никогда не видели ничего подобного.
И только когда парень, обратившийся ко мне первым, сказал No me digas![28], Култи на безупречном испанском ответил:
– No soy fantasma[29].
Это вызвало новый приступ безумия.
– Ты говоришь по-испански! – воскликнул один из парней на родном языке.
Немец пожал плечами и легко улыбнулся.
Я еще немного понаблюдала за мужчинами, заваливающими Култи вопросами, на которые тот отвечал так, будто испанский был для него родным.
Не буду врать: помимо хорошей задницы, в парнях меня привлекало знание языков. Райнер Култи сам по себе привлекателен, эталонный образец, так сказать, но владение испанским сделало его на тридцать процентов привлекательнее.
Ну ладно, минимум на тридцать процентов.
Но я не собиралась об этом задумываться. Он мой тренер.
И мой друг. Наверное.
Глава 16
Первым признаком грядущих неприятностей стали трое людей, появившихся среди тренировки «Пайпере» два дня спустя. Двоих я узнала сразу – они работали на команду, – а вот третий человек с чемоданчиком был незнаком. Руководство появлялось на поле лишь в редких случаях вроде фотосессий и товарищеских матчей, но никогда без причины.