Третья капля магии
Шрифт:
Айна быстро накинула плащ на себя и толкнула Виллу на постель.
— Сиди здесь!
Служанка и не думала противиться, трава лишила ее разума, сделала беспомощнее годовалого младенца.
Айна скрыла волосы под капюшоном и выскользнула из комнаты, плотно прикрыв дверь. Какое-то время Вилла не очнется, так и будет лежать на кровати, пуская пузыри…
Сгорбившись, наклонив голову, тяжелой походкой пошаркала беглянка по коридору. Она понятия не имела, где выход во двор, доверяла лишь на собственной интуиции и неистово молила бога Огня о помощи.
Осознание собственной отваги подхлестывало ее веру в успех. О, если бы только добыть коня! Наверняка, поблизости имеется конюшня… Но кто знает, умеет ли Вилла ездить верхом! К тому же, если в конюшне кто-то есть, то разоблачить ее не составит труда. Многим станет интересно, куда это замыслила отправиться служанка на ночь глядя? Нет, лучше не рисковать так бездумно… Нужно хотя бы за ворота попасть, а там лес, там свобода…
Она побежит быстро-быстро, как вспугнутая лань, затеряется в дремучих чащах… Добраться бы только до Каменистой равнины!
Мысли ураганом проносились в голове девушки. Паника охватила ее, когда навстречу, из бокового коридора вышел вооруженный воин, и лишь невероятным усилием воли Айна заставила себя невозмутимо продолжить путь.
Воин кивнул как хорошей знакомой. Айна, не поднимая головы, кивнула в ответ.
Инстинкт повел ее направо, и скоро наткнулась она на узкую винтовую лестницу с выщербленными ступенями, освещенную небольшими настенными факелами.
Девушка торопливо и бесшумно проскользнула мимо ярко освещенного, оранжевого зева кухни, пышущего жаром, запахом мяса и специй и увидела маленькую дверь в стене.
Вот оно, спасение! Она осторожно приоткрыла дверь, но, к счастью, та даже не скрипнула. Навстречу пахнуло свежестью летнего вечера. Какие-то ленивые голоса доносились из-за угла дома. Заржала лошадь.
Айна пристально оглядела двор, и держась в непроницаемой тени каменных стен, торопливо пошла в сторону, противную той, откуда слышались голоса.
Вокруг было тихо и безмолвно. Видимо, служанка еще не пришла в себя, иначе бы уже подняла крик, переполошила бы весь дом.
О небеса! Где же выход? Не наткнуться бы на вооруженную охрану, ведь Айна понятия не имеет, как расположен этот дом, насколько он велик и насколько хорошо его сторожат.
Но бродить долее под стенами опасно. Скоро ее кто-нибудь заметит, заговорит, приняв за Виллу… И что тогда? Неужели злая судьба дала ей ощутить дуновение такой желанной свободы лишь для того, чтобы тут же отобрать!
Айна ускорила шаг. За каждым углом ей чудилась опасность, засада… Вот и ворота… Приоткрыты… В ярком свете факелов рядом с ними двигался какой-то одинокий силуэт.
Айна остановилась и почти вжалась в каменную стену, лихорадочно размышляя, что же ей теперь делать. Но тут из темноты послышался властный женский голос, и силуэт стремительно метнулся в ту сторону.
Холодея, едва справляясь с волнением, проскользнула Айна к приоткрытым воротам. Там ее тоже ждала удача. Широкая дорога вилась вдоль густых кустарниковых зарослей, за которыми начинался лес.
Очутившись по ту сторону каменной стены, Айна нырнула в угольную тень кустов и изо всех ног бросилась к лесу. Неужели удалось?
По звездам с легкостью отыщет она путь к Каменистой равнине. Уже взошел над южным горизонтом зеленый Ур, и если двигаться прямо на него, не сворачивая, то рано или поздно попадешь в Этеляну.
И тут позади заметались в ночном воздухе какие-то пронзительные, встревоженные крики. Сразу поняла Айна — ее бегство раскрылось…
Но осознание опасности не сломило девушку, напротив сделало еще более бесстрашной.
Понимала, преследователи не могут быть уверены, что она покинула дом, скорее всего, сперва ее станут искать внутри, и этого времени может оказаться достаточно, чтобы затеряться в ночном лесу.
Черная паутина ветвей сомкнулась за ней. Айна бежала наобум, не зная куда, лишь бы подальше от преследователей.
Глава 11
Тэумар выехал из дому перед сумерками, поэтому не слышал переполоха, который устроила Айна своим дерзким побегом из плена.
Сперва он пустил коня вскачь, чтобы побыстрее миновать границы Лянсиды, но затем замедлился, позволил коню двигаться неспешным шагом.
Смутные мысли одолевали душу Тэумара, чутье мага нашептывало ему, что все, на первый взгляд, простое и понятное, может таить в себе более сложные смыслы и причины.
Бесспорно, он любит Иви, привязан к ней… Но одна мысль, как яд из наконечника отравленной стрелы, продолжала беспощадно отравлять его кровь. Тэумар всегда с легкостью, без страданий, выносил бремя разлуки. Почему же теперь ему мнится, что он даже вздохнуть не способен без возлюбленной полной грудью?
О тайном привороте Тэумар не думал, потому, что был уверен: ни Иви ни ее матери не доступны подобные чары.
Жители Сетао давно утратили свои магические способности. Они более не обладали чарами от рождения, лишь учились использовать то, что давала им природа. Кое-кто из них умел предсказывать будущее, но эти видения были неясными и расплывчатыми, лишенными чего-либо определенного.
Чем дольше Тэумар размышлял обо всем этом, тем явственнее чудилось ему: нечто важное проскользнуло мимо его внимания как легкая неуловимая дымка.
Но здесь, в тишине и покое, объятого теплыми сумерками леса, смог он в полной мере оценить происходящее и понял: магическое воздействие на его чувственность все же случилось, — противление навязанному браку странным образом усилило его собственную магию, и она сыграла с ним такую вот нелепую и злую шутку… Невольно, но по самоличному намерению создал он приворот, который и утроил его страсть к Иви.
И теперь Тэумару предстояло избавиться от случайно зависимости, вернуть все на круги своя. Он не желал ощущать Иви центром своей души. Ее прекрасное лицо — то улыбающееся, то нахмуренное встало перед его внутренним взором, как наяву, и он едва не застонал от желания увидеть ее. Нет, он не поедет в Сетао с такими сломанными мыслями. Прежде чем говорить с Иви, нужно вернуть сердцу безмятежность.
Тэумар не так часто применял личную магию в повседневной жизни — не было нужды. Личная магия способна защитить его самого, однако она не так сильна, чтобы оказывать ощутимое воздействие на окружающий мир.
Тэумар остановился в задумчивости. Конь фыркнул, опустил голову, и начал щипать траву, росшую на пригорке.
Темнело стремительно. Справа, в небе еще горел малиновый блик зари, но черная непроницаемая вуаль ночи уже неудержимо падала вниз, превращалась в тихий синеватый туман и текла, текла по росистой траве, причудливо змеясь среди древесных стволов. Издалека доносился насмешливый хохот филина, вылетевшего на охоту. В черном нагромождении листвы изредка лениво вскрикивали птицы.