Чтение онлайн

Звук за дверью. Мы оба замираем.

— Кто там? — спрашиваю я.

— Мисс Мэллори? — зовет через дверь Лорна. — Простите, что беспокою. Я ждала, когда вы закончите разговор с доктором Греем.

Ручка поворачивается, и я вскакиваю на ноги. Ну, по крайней мере, пытаюсь вскочить. Даже спустя полгода здесь я забываю, что не могу просто так подорваться с пола, особенно когда держу в руке чашку кофе. Викторианский корсет и юбки подразумевают, что леди никогда не будет сидеть на полу, а значит, ей не нужно акробатически вскакивать.

Я едва не разливаю кофе и еще только ставлю чашку, когда Грей доходит до двери. Я поднимаюсь так быстро, как могу, и оправляю юбки.

— Мне так жаль, сэр, — говорит Лорна, когда он открывает. — Я не знала, что дверь может быть заперта.

— Мы изучали потенциально неприятный объект и не хотели никого напугать, — произносит Грей.

Её взгляд падает на наш импровизированный пикник: коробку из кондитерской, салфетки и бутылку скотча.

— Остатки нашего чаепития, — улыбаюсь я. — Нам следовало убрать всё это, прежде чем возвращаться к работе над этим.

Грей подхватывает Руку Славы — надеюсь, достаточно быстро, чтобы она не разглядела, что это такое… или что она завернута в льняную салфетку.

— Что это? — спрашивает она.

— Ничего такого, о чем вам стоило бы беспокоиться, — отвечает Грей.

— Похоже на руку.

Грей медлит, а затем говорит:

— Да. Именно поэтому мы закрыли дверь. Это отрубленная кисть, которую я изучал.

Она кивает, совершенно не выглядя при этом испуганной.

— Можете не опасаться, что я стану воротить нос от таких вещей. Я выросла на ферме и… О! — Её щеки розовеют. — Я забыла, зачем спустилась. Простите, доктор Грей. Там в дверях молодая женщина, хочет вас видеть. Миссис Кинг? Она кажется… — Лорна прикусывает губу. — Не в себе? Она не сказала, по какому вопросу.

— Всё в порядке, Лорна. Пожалуйста, проводи её… — Он бросает взгляд наверх, в сторону жилых помещений таунхауса, а затем решительно произносит: — Проводи её в переднюю приемную похоронного заведения и принеси чай.

— Слушаюсь, сэр.

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

Мы откладываем Руку Славы; я протираю лицо и платье влажной тканью и настаиваю, чтобы Грей сделал то же самое, что его изрядно раздражает. В этом мире куда меньше возможностей увидеть себя со стороны. В уборных зеркала есть не всегда. В спальнях — тоже, если не считать маленького зеркальца для бритья.

Зеркала используют в декоре, но Грей не из тех мужчин, что замирают перед ними перед выходом из дома. Это могло бы быть похвальным отсутствием тщеславия, но дело скорее в том, что он сосредоточен на цели, и любая пауза для него — помеха; и если это означает, что он выйдет в свет с пятном чернил — или крови — на лице, что ж, остальным плевать, так почему я поднимаю из-за этого такой шум? Наверное, потому, что он даже не замечает, как люди переходят на другую сторону улицы, завидев брызги крови у него на воротнике. А может, в этом и смысл — заставить людей освободить ему дорогу, — и я всё только порчу.

Я оставляю его с тряпкой и направляюсь в переднюю гостиную, шепнув на ходу, чтобы он дал мне минуту наедине с миссис Кинг. Она стоит у окна, глядя на улицу, и, услышав шаги, оборачивается с раздраженным видом, будто прождала здесь целую вечность.

— Я пришла поговорить с доктором Греем, — холодно произносит она.

— Миссис Кинг, — говорю я. — Я должна извиниться за вчерашнее, когда мы назвали вас «мисс». Это было прискорбное допущение. Пожалуйста, присаживайтесь. Горничная сейчас принесет чай. И её вам тоже придется извинить. Она совсем новичок. Меньше недели на месте, которое я раньше занимала сама. — Я элегантно оправляю юбки, прежде чем сесть.

— Вы были горничной? — переспрашивает она, присаживаясь.

— Да. Доктор Грей заметил мой интерес к его работе и нуждался в ассистентке, поэтому позволил мне занять эту должность. — Я улыбаюсь. — Это куда более поучительно, чем мыть полы. Мы как раз работали над кое-чем, когда вы позвонили. Человеческая рука, законсервированная для якобы магических целей. Сам процесс того, как она стала такой — дессикация и обработка, — завораживает, как и стоящий за этим фольклор. Полагаю, он уходит корнями в средневековье. — Я тихо смеюсь. — Фольклор, я имею в виду. Не сама рука.

Грей открывает дверь и входит; миссис Кинг растерянно моргает, глядя на него. Моя болтовня выбила её из колеи — чего я и добивалась. Не будь такой, какой она ожидает. Не веди себя так, как она ожидает. Не заводи светских бесед, которых она ждет. После нашей вчерашней встречи она пришла сюда с вызовом. Мне нужно сбить с неё этот гонор, прежде чем мы начнем.

— Огромное спасибо, что пришли, миссис Кинг, — говорит Грей. — Мы можем только догадываться, насколько всё это было тревожно. Могу я предположить, что вы уже говорили с детективом МакКриди?

Кажется, она пытается вернуть прежний гнев, но понимает, что это будет звучать просто сварливо, раз уж мы оба ведем себя так учтиво и предупредительно.

— Я не доверяю полиции, — заявляет она наконец, сохраняя в голосе нотку резкости. — Случались инциденты, и полиция обращалась с нами как с истеричными женщинами.

— Инциденты со студентами-мужчинами? — уточняю я, вспоминая истории, что читала о «Семерке».

Её взгляд вонзается в мой — наполовину удивленный, наполовину ищущий.

— Вообще-то, это беспокоит нас всё сильнее. Похоже, студенты-мужчины не склонны относиться к нам справедливо, но они нас не знают. — Она немного расслабляется. — Не могу не верить, что это верно для большинства наших противников. Если бы они узнали нас поближе, они бы увидели, что мы искренни и серьезны в своих устремлениях и не представляем для них угрозы. Что касается студентов, это только начало пути, и у нас есть надежда.

— Надежда — это хорошо, — бормочу я. — Но осторожность тоже не помешает. Я слышала, многие из вас обошли их по баллам на вступительных экзаменах. Они не воспримут это благодушно. Просто… будьте начеку и будьте готовы. Они увидят в вас конкурентов и используют ваш пол, чтобы заявить, будто вы не подходите для профессии или получаете поблажки.

Она продолжает изучать меня взглядом, после чего коротко кивает.

— Вы правы, мисс…

— Митчелл. Мэллори Митчелл. — Я удобнее устраиваюсь в кресле. — Но у вас будут союзники среди студентов. Ваш муж определенно кажется одним из них.

Выражение её лица смягчается, она даже улыбается.

— Да, Эмметт — настоящий союзник. Он понимает, что мы не конкуренты, что в такой профессии вообще не должно быть конкуренции. Мы все стремимся к одной цели — помогать людям.

— Благородная цель, — замечаю я. — И я рада, что у вас есть поддержка мужа. Это бесконечно упрощает жизнь. Что касается того, с чем вы столкнулись и что требовало вмешательства полиции… полагаю, это было своего рода преследование? С какой-то конкретной стороны?