Три сферы Ада. Земли второго порядка.
Шрифт:
– Ничего себе собачка…
Субъект оказался упитанным зайцем размером с хорошего сенбернара. Весь его правый бок почернел, видимо существо коптили над горящей автопокрышкой.
– Извините, но я не собачка, - сказал гост.
Он изогнулся, постучал передними лапами по шерсти, отряхнув копоть, затем пригладил шерстку, ставшую как белый нефрит.
– Ну и ну…
– Рад знакомству, Юй Ту или Лин Ту - чудесный заяц, можно Юэ Ту - лунный заяц, но мне больше нравиться первое - нефритовый заяц.
– Селванс, хозяин мызы Йорт Иясе.
Гость втянул воздух, закашлялся.
– И здесь воняет. Далеко жгут людей и нелюдей?
– Что?!
– Ну, где эта мыза?
– В сердце Стигийских болот, недалеко от Велнаакиса.
– Ничего себе сходили за хлебушком, сказала голова, выкатываясь из-под трамвайных колес, значит я едва в глаз черта не попал! Из огня да в пламя…
– У нас тут спокойно…
– Пока. Впрочем, кто его знает… Я тоже жил спокойно, а тут едва не стало меньше одним представителем редкого вида… У тебя пиво есть?
– Какое?
– Свежее…
Селванс вернулся с несколькими запотевшими бутылками и двумя стаканами. Заяц смешно уселся на стул, жалобно скрипнувший под ночным гостем, схватил бутылку.
– Пьянству - бой, - сообщил он, открыв зубами пробку и выплюнув в открытое окно.
«Хамит, сорит, пиво пьет», - подумал хозяин.
– О, извините, нервы, - извинился заяц и прищелкнул когтями (бог знает, как это у него получилось), но пробка вернулась назад, легла на стол…
Гость шумно выпил половину бутылки, икнул.
– Отлично. «Чудесный заяц» хлещет пиво и… Хм… Поэтический образ дал трещину…
– Да уж.
– А вас никогда не жарили?
– неожиданно спросил он.
– Может, поясните?
– не понял Селванс.
– Нам пришлось вспомнить, что такое святая инквизиция. Кое-кто успел забыть о ней, но все повторилось в самой неожиданной форме…
– Подробнее пожалуйста.
Гость допил бутылку. Открыл вторую.
– В шубе жарко. Слушайте. Может быть, одиночный наблюдатель нарисует не совсем точную картину, тем не менее… Сегодня, пардон, - уже вчера войска Неритового королевства соединенные с белыми рыцарями, размахивая белыми же тряпками, подошли к барьеру. Никто не придал этому значения, а зря. Они мало того, что продолбили скалу, но и опрокинули стражей. В барьере образовалась дыра…
– Но он же затягивается?!
– Священный огонь великого инквизитора выплеснулся и зажег край. Теперь в этом месте громадный прорыв, завеса корчиться от боли, она как никак живая… Ловушка захлопнулась, проход стерегут белые рыцари, стена не пускает. Повезло мне с лунным зайчиком…
– Обитатели Тир-Нан-Ог не могут справиться?
– удивился Селванс.
– Не могут. Не знаю почему, но что-то ведет людей и защищает… К тому же большинство, как вы изволили выразиться «обитателей», повешены на кресты, а вокруг круги того же огня. Посмотри мне в глаза…
Домовой повернул голову, зрачки ночного гостя расширились. Селванс не узнал Тир-Нан-Ог. По каменистой пустыне до самого горизонта тянулись кресты, тысячи крестов и костры под ними. Над огнем корчились всевозможные существа, чадящее пламя парализовало несчастных. На берегу шел кровавый бой. Люди теснили защитников. Против такого напора оказались бессильны и эльфийские луки и топоры подземных мастеров. Люди, пробитые стрелами, просто выдергивали мешавшие палки, затем снова шли в бой, не замечая крови и боли. Небо затянули серые облака, особенно мрачные над островом… Селванс отшатнулся.
– Все за одну ночь?!
– Парадоксы времени сыграли вторую злую шутку, первой стал барьер.
– А магия? Чудесные способности жителей…
– Пришельцев влечет вера и ненависть очень высокой интенсивности. Простыми средствами их не остановить, а остров все проспал.
– Вражды же не было много лет?
– Очень похоже что кто-то «разработал старую жилу».
– Но за барьером жили и люди…
– Горят быстрее, - мрачно констатировал Юэ Ту и потрогал свой бок.
– Чем им мешала страна вечной юности…
– Фактом своего существования. Впрочем, - заяц откупорил новую бутылку, аккуратно положил пробку и продолжил, - я слышал, они ищут свою святыню. Сдается мне это лишь повод… Еще говорят, эльфы ограбили поезд и съели пассажиров. Представляешь?! Эльфы из страны вечной юности грабят поезд и рвут зубами трупы! Но чем чудовищнее ложь, тем легче в нее верят. Нет, не знаю где повод, где причина.
– Но причем тогда Цзюйлин?
– Там жили не только люди. Но сдается мне это не важно…
– Почему?!
– В Цзюйлине жгли еретиков.
– Но позволь? Это лишь другие взгляды на веру…
– Они трактуют шире. Всех связанных с магией.
– Здесь все связаны с ней…
Заяц развел лапами, отпил пиво.
– Как много я потерял, - он перелил остатки в стакан, посмотрел на свет.
Со дна поднимались пузырьки, играя в лунном свете и им не было никакого дела до происходящего и двусмысленного высказывания нефритового зайца Юй Ту.
Он сон и свет луны ночной,
Огонь над раскаленными углями.
Ручей, журчащий под скалой,
И полосой кипящею, прибой,
Дыханье ветра над лугами,
Холодных звезд сиянье,
Мечты серебряной покой.
Как можно описать словами
тот город за невидимой чертой…
Глава 19
Старые друзья
Над поверхностью глобуса, со стороны Тир-Нан-Ог появились черные облака.
– Сейчас тучи закроют, жалко, и масштаб мелковат… - посетовал Марк.
Изображение Ириникта с высоты птичьего полета увеличилось, словно телевизионная камера приближалась к объекту, показав три маленькие фигурки, на одной разместились две искры.
– Намек понятен, остальное изображение - абстракция и некая интерпретация реальной картины.