Чтение онлайн

— Нет, не стоит пока что ничего из этого. Дадим ему испытательный срок. А при случае проверь, залезь к нему в мозги как-нибудь. Продолжай.

Октавия кивнула.

— Дальше… Виктория переселилась к себе в шаттл, произошел небольшой конфликт с техниками-пустынгерами.

— Стоп. Что за конфликт? — нахмурился я.

— Они как-то пронесли на борт живого молодого геккозавра. А утром зарезали и разделывали его прямо в смежном коридоре, по пути в столовую.

— И это увидела Виктория, — сокрушённо вздохнул я. — Которую богемная городская жизнь к такому не готовила.

Что ж, пришлось принарядиться и направиться улаживать дипломатический конфликт.

Только вышел из капитанской каюты — ко мне через личный коммутатор постучался Принц Евгений.

— Тук-тук, капитан.

— Ага. Доклад не нужно, Октавия зачитала.

— Да я не про это. Вот те местные герберские клювасто-зубастые представители фауны, клетку с которыми вы поставили в грузовом отсеке — вы кого за ними присматривать поставили?

Я уж и забыл, что сказал в последний момент погрузить на борт своих питомцев.

— Макса и Дарью, насколько помню. А что?

— Да вот я сейчас камеры анализировал — клетки-то открытые у вас.

Вот так вот. Подростки-раптусы, которые вымахали уже на полтора метра, на свободе. И наверняка ищут, как бы поразвлечься на корабле.

Вообще, потерять двух раптусов на корабле — нонсенс. Я понимаю, если бы это был корабль-сухогруз седьмого класса размерности, который возит цельные куски суши для терраформирования. Но нет, четвёртый класс размерности, малый крейсер — это не то, чтобы совсем огромное судно. К тому же, хорошо так обвешанное камерами.

Я тут же приказал Евгению включить строгое протоколирование перемещений пассажиров и экипажа и усиленную защиту авторизации для изоляции отсеков.

Панику решил не поднимать — случай пока был из разряда курьёзных, а не катастрофических. Если, конечно, они не доберутся до капитанской рубки… или ещё куда-нибуд.

— Что там по камерам? Кто это сделал?

— Ну, в грузовом отсеке три из шести работают, — сообщил Евгений. — Установкой сервы-ремонтники должны были заняться с минуты на минуту.

— И что, по камерам не видно, кто выпустил?

— Не видно. Сигнал с половины камер пропадал на пять минут. Дарья Семёновна настраивала коммутацию.

— Отлично, блин. Очень вовремя. А где сами раптусы?

— Ищу вот…

Евгений пошуршал немного электронным мозгом и выдал картинки в ближайший терминал.

— Вот, пять минут назад пробежали по лестнице в сторону нижней палубы.

Я тут же свернул к лестнице. Октавия поспевала за мной.

— Налево?

— Направо, — подсказал Евгений. — А дальше камер нет.

Направо — это плохо. Там жилое крыло младшего офицерского. Но как они дверь-то в коридор открыли? Там же всё по ключу открывается?

В коридоре было пусто. Значит, они уже где-то в каютах.

Постучал в первую комнату, где поселилась Аида Аннушкина — никто не ответил.

А во второй раздался девичий голос дуэтом:

— Да-да! Кто там?!

— Дамы, это я, — ответил я. — У вас всё в порядке?

— О, Александр Игнатьевич, входите…

Ну, я и открыл дверь. И тут же, исходя из норм вежливости, отвернулся.

Две девицы сидели на тесной койке в неглиже, в кружевном ночном бельишке. Сочные такие, беленькие… Ух!

— Ах ты ж…

— Заходите! Присаживайтесь! Мы баранок из дома взяли, вот, угощайтесь!

— Позже… когда-нибудь… в другой жизни, дамы. Пока оставайтесь на месте. Лучше не покидайте отсек.

Они картинно всплеснули ручками.

— Ой! А что случилось?!

— Разгерметизация? Нам надо срочно переодеться, натянуть скафандры?

— Нас берут на абордаж? Кто?! Они хотя бы симпатичные?

— Александр Игнатьевич! Спасите нас!

Я нажал кнопку закрытия дверей и пошёл дальше.

Там была третья сестра, Аэлита. Сидела мрачная, уткнувшись в какой-то древний видеотерминал.

— Ну? — спросила она.

— А, это ты. Ты зачем Иоланту пырнула?

— Чтобы не зазнавалась, — пожала она плечами. — Малявка.

— Вот как. Мне показалось, что вы подружились?

— Ну… она забавная. Неглупая, уж поумнее вот этих, — Аэлита кивнула через стенку на старших сестёр. — Но пороха ещё не нюхала. Не знает, каково это — жить в стае. Клювом не надо щёлкать. И доверять никому не надо.

— И ты не доверяешь? — усмехнулся я.

— Ага.

— Зря. Мда. Жёстко тебя старшенькие загнобили.

— Разберусь уж как-нибудь сама, — огрызнулась она.

— Хорошо. Не выходи только пока что из каюты. У нас тут ЧП небольшое.

— Угу, — кивнула и уткнулась обратно в терминал.

И почему сёстры сказали, что она боится космоса? Вроде бы вполне уже освоилась. Следующие номера были у служанок Иоланты. Те либо спали, либо попросили не входить — работали посменно на кухне, и отсыпались в номерах после ночной готовки. Ну, я и не стал беспокоить, ясно, что раптусов там не было.

Из противоположной двери коридора выскочила Дарья с кривоногим сервом-техником, который нам пожаловал Илья.Тащили бухту кабеля и камеры. Вот не любит Даша беспроводные технологии, говорит, опасно, легче взломать.

Может, и права.

— Доброе утро! Там раптусы не пробегали?

— Доброе! Пробегали, ага, только что, — совершенно будничным тоном сказала Даша. — Я их пропустила. Это ты их погулять выпустил?

— Нет, конечно, блин! Они же уже не маленькие птенчики. Вон какие здоровые. А у нас пол-корабля гостей.

— А-а, — кивнула Даша. — Я даже не подумала. По космодрому же свободно бегают. Помочь с поимкой? Они вниз пошли, в матросские.

В матросские — это ещё хуже. Там рядом кухня и холодильники, видимо, острый нюх почуял вкусненькое.

— Ладно… ставь камеры дальше, сам разберусь.

Ниже, в матросской кают-кампании сидели трое пустынгеров и Андрон.

Резались в дурака. У Андрона обнаружилась телескопическая механическая культяпка с чем-то вроде прищепки, которой он сжимал карты.