Чтение онлайн

— Энергия Большого взрыва реализовалась в тебе, — ответил я. — Так бывает, когда неинициированный одаренный сталкивается с адептом. У меня было в прошлом нечто похожее. Я знаю, как совладать с этой энергией, как оградить окружающих от её разрушительного воздействия, как подчинить её себе.

— Я… адепт? — хмуро поинтересовался Крестовский-младший.

А не слишком-то он рад этой новости. Ну, впрочем, учитывая побочные эффекты пробуждения, новость не воодушевляющая, это так.

— Пока нет, — ответил я. — Ты не адепт. Но сможешь им стать, если приложишь усилия, сумеешь соблюдать дисциплину и не будешь терять эту цель из виду.

— Вы не сможете быть моим учителем, — покачал головой Крестовский-младший. — Мой истинный духовный наставник — принц Александр, великий адмирал, герой Первопрестольной! Я живу его принципами. Я чту его память. Вы никогда не сможете занять его место.

И снова — как тяжело было мне не заржать!

— Да ты что… — мило улыбаясь, произнес я. — Ну, я уж как-нибудь эту неприятность переживу. К тому же, по секрету скажу тебе, мы с ним являемся дальними родственниками со стороны моей бабушки. Я дал обещание твоему отцу позаботиться о тебе. И я это сделаю, как бы ты к этому не относился.

— Может быть, — угрюмо произнес Крестовский, после некоторого молчания. — Мы сможем сотрудничать, если более не будет от того урона моей чести. Я смогу это выдержать. Ради семьи.

Я тепло улыбнулся Крестовскому:

— Значит, мы сработаемся.

Иоланта снова безмолвно закатила глаза. Она в этот договор не верила. Да и я, признаться, тоже, ну да, что уж теперь. Обратного хода я не дам. Условия обозначены, планы намечены, пора отрабатывать мой учительский гонорар.

Вот не думал, что на старости лет займусь воспитанием малолетних разрушителей мироздания.

Занятия я начал в тот же день, чтобы не терять настроя. Авось стерпится-слюбиться, втянется-понравится и прочий такой садо-мазохизм…

Сначала я показал Крестовскому-младшему, как сбрасывать спонтанно прилившую к нему энергию обратно во вселенную. Энергии бывает не только мало, но и слишком много, мне ли пережившему воронку выгорания не знать? Ему сильно после этого полегчало. Неконтролируемые эпифеномены вокруг него сошли на нет, он воспрял духом выбравшись из липких тенет затяжной энерго-депрессии. Кажется, тут он убедился, что от наших уроков лично для него есть толк. Идиотом он не был. Потакающим себе, маменькиным сынком, не привыкшим к затяжным испытаниям, и не имеющим оснований планировать свои действия дальше чем на один шаг, да. Но не идиотом.

Я на таких еще в Академии насмотрелся, провинциальные дворянчики без кругозора и мотивации его расширять. Потом из них получали, малость пообтесав, неплохих младших флотских офицеров. Значит и я могу пойти этим путем.

Мы еще сделаем из тебя приличного человека! Офицера и гражданина, так сказать.

Поначалу я старался к новому ученику спиной не поворачиваться, и Иоланте то же самое порекомендовал. И держал наготове Макса в полном штурмовом вооружении в соседнем помещении. Просто на всякий случай. И нет, мне не стыдно. Это не паранойя — чистейшая, трезвейшая предусмотрительность. Ведь таким и должен быть учитель?

Но уже очень скоро я убедился, что ученик готов учиться, и молчаливое соперничество с Иолантой, стартовавшее с первого же дня у нас, тут сыграло свою роль.

Крестовский не мог себе позволить, не хотел, даже не допускал мысли, что уступит этой девчонке ещё раз.

И он вкалывал, как на выпускных экзаменах, себя не жалея.

Он, конечно сорвется. И откат будет, и переоценка или даже обесценивание этих трудов, но это потом, и я с этим справлюсь, не первый день делаю из новобранцев солдат.

Вот что мне было реально интересно, это как Система отреагирует на его существование.

В Академии меня нашел, тестировал и ввел в Систему тутор-адепт, специально приставленный к высшему учебному имперскому зведению. Иоланту нашли в её Институте благородных девиц, где она отучилась год и уже не вернулась с каникул, потому что гибель мамы, папа в истерике, короче — не до того.

Но в Системе она уже была. А как быть с младшим Крестовским? Возможно, я, как адепт высокого уровня, мог бы ввести его, но такого функционала Система мне не открывала, и описаний в статьях помощи на эту тему никаких не было. Возможно, мое положение в нижней сотне этому препятствует, а выше такая возможность появляется.

В общем, я пока не давал ему формальных техник, опасаясь конфликта с Системой, пока просто развивая его энергетическое тело. Ну, и давая курс, целиком слизанный с курса Академии.

Дома он чему-то учился, но и только. Сначала он было упирался, но когда я обоснованно заметил, что обожаемый им принц Александр сам учился ровно по этой программе, тут же собрался и начал обгрызать сей гранитный камень знания по периметру.

Учились мы иногда на улице, но чаще — в специально выделенной аудитории нашего мавританского дворца. Макс на учебные часы придумал ставить у дверей часового из космодромной охраны, над которой он немного шефствовал, и нас не тревожили. Также он лично во всеоружии охранял подходы к нам во время ежедневной медитации на краю космодрома, там, где дальше до гор у горизонта уходила Великая Рыжая пустыня. Крестовскому, конечно, нечего было противопоставить опыту и изяществу Иоланты на поле медитации, но он и тут старался.

Поселил я Крестовского отдельно, подальше от Иоланты, в казарме что мы построили для космодромного охранения. Там же он и питался с другими недавно нанятыми младшими офицерами и не жаловался. А чего жаловаться? Кормят у нас не хуже, чем в лучших домах Западной и Восточной Герберы.

Ну, ладно. Не в домах. Не хуже, чем в лучших столовых.

Никаких таких пажеских занятий я для него не придумал, в этом качестве Октавия меня устраивала в полной мере. Но я решил, что использую его в качестве оруженосца, будет стоять у меня за спиной на нескольких маленьких городских приемах, что мы планировали устроить для Ассамблеи Восточной Герберы, коварно совместив их с активным набором персонала в наши флотские и городские структуры.

Короче, Крестовский-младший как-то вжился в наше общество, учился, трудился и не жужжал.

А потом прилетел дедушка.

Не мой дедушка, конечно.

Внезапно, Дашин.

Выскочил, как чертик из табакерки.

Сначала, дня так за три, запаниковал Семеныч. Да так запаниковал, как еще не бывало, даже я это заметил. Но объяснений я не получил. Семеныч просто заперся в своей коммуникационной башне и носу оттуда не показывал. Даша ходила черезчур довольная, даже для её обычного уровня искрящего позитива.

Я наблюдая сии недобрые признаки, внутренне приготовился к худшему, и не прогадал.

— Ну, и каков твой дедушка? — осторожно поинтересовался я.

— О… Он такой классный! — расплылась она в улыбке. — Тебе он точно понравится.

Да уж! Сей непоседливый дедуля, внезапно нагрянув, от души раздал всем сестрам по серьгам.

Было больно, но досталось всем!

Дашин дедушка, и, соответственно, Семёнычев тесть, прибыл ранним утром. Для отвода чужих глаз летел не напрямую с Гиацинта, где коротал обеспеченную старость в обществе таких же боевых пенсионеров, а добрался окольным путем на «Сверчке», корабле наших-приятелей контрабандистов, коих нанял с потрохами для совершенно секретного транспортирования своей во всем выдающиеся личности прямо к нам на порог.