Чтение онлайн

Ну да.

Я мог бы воспользоваться случаем и отправиться вместе с ней домой.

Но как же мозги Октавии? А Питер Блейз? Череп, наконец, чтоб его разорвало? У меня куча дел! Да и интересно тоже, что это за штука такая — Вольный Флот, обитающий в опасной близости от наших владений. Мне хотелось взглянуть на все это поближе, раз уж удалось так удачно влиться в коллектив искателей неприятностей. А теперь такой удобный случай, восстановить связь с тылами, получить поддержку с Герберы. Нет, я не стану его упускать. И потому мне нужно чтобы «Нострономикон» улетел отсюда относительно целый и невредимый.

А я останусь. У меня тут планы, и запас времени ещё позволяет их реализовать.

Моя абордажная партия затащила внутрь штурмового тарпа два десятка контейнеров того, что мы договорились со Снегириной считать моей законной добычей, взятой с ее корабля. И за каждый грамм веса которых я заплачу, как за полновесный редкоземельный металл редчайшей чистоты. Снегирина торговаться умеет. Но эта сделка меня устраивает. После этого дела она свой захиревший дворянский дом из руин подымет запросто. И удачи ей в этом благом начинании.

— Ну, что, — улыбнулся я ей когда все контейнеры переместились на трап. — Давай прощаться. Ты очень мне помогла. Снова. И я этого не забуду. Помнится, я обещал тебе поцелуй на прощание?

Снегирина смущенно улыбнулась, посмотрев на толпу собравшихся, слегка нерешительно шагнула мне навстречу, а я её обнял и поцеловал, как мог, тепло и нежно. В губы.

Наш поцелуй всё длился. длился и длился. Пацюк Игнатьевич, дожидавшийся меня на штурмовом трапе, даже закашлял со намеком, мол, хорош народ баламутить — пора и честь знать.

— Ладно, — Снегирина толкнула меня в грудь. — Вали уже, принц под прикрытием. А то уже на отпущу.

И я свалил. А то и впрямь не отпустит, в плен возьмет, чисто для личного использования, а как я тогда от неё отбиваться буду?

Но интуиция у неё, всё-таки, невероятная…

Наверное благодаря этой интуиции она не стала тянуть с отлетом, — когда мы сложили лепестки ударного клюва и вытащили наш штурмовой трап из борта её тягача, её маленькая команда в скафандрах быстренько залила монтажным гермогелем оставшуюся после нас пробоину, и тягач отвалил от нас, утаскивая за собой огромные километровой длины прицепы с биомами.

А потом, неспеша разгоняясь, «Ностронмикон» вышел на предпрыжковый трек и исчез в длинной синей вспышке двигателей Гейзенберга, утащившей тягач с его грузом подальше от нас, поближе к новым приключениям.

А мы возвращались на «Кархародон» с добычей в клюве. Я был абсолютно доволен. Абордаж прошел образцово! Образцово-показательно прям!

Мы въехали на трапе обратно на абордажную палубу. И пока мы с Пацюком Игнатьевичем консервировали инструмент, остальны усердно таскали на палубу нашу добычу.

Но сюрпризы на этом не закончились.

— Кома, у нас тут заяц! — громко сообщил Ублюдок.

Они вместе с Утрыком как раз таскали контейнеры с добычей на палубу.

Чего? Заяц? Какой ещё заяц в космосе?

Но, это действительно оказался заяц. В смысле — неучтенный пассажир. Под крышкой, внутри контейнера, который они только что перетащили, прятался какой-то пацан!

Рыжий и голубоглазый, как Октавия.

— А ты кто? — немного прихренев спросил у него я.

— Я Женя Хоккин! — радостно ответил нам голубоглазый заяц. — Попрошу с двумя К. Я с вами, господа пираты!

Охренеть!

— И зачем ты влез сюда? — несколько в шоке спросил я.

— Я хочу с вами! — воскликнул этот шальной заяц. — Это же так круто!

— Что круто? — не понял я прикола.

— Ну как же! — воскликнул рыжий соискатель приключений. — Ходить на рейдерах Вольного Флота, грабить торгашей, отстреливаться от имперцев, захватывать призы, собирать сокровища и искать клады, делить добычу и прогуливать всё в каждом вольном порту! Круто же!

Ну охренеть теперь. Фанат пиратский на мою голову. Начитался в детстве сказок, сериалов насмотрелся. Вот только этого мне тут и не хватало!

А Снегирина уже улетела. И я бы на её месте поступил бы также. Кто знает, реальны ли сокровища, что я ей посулил? Сначала стоит унести ноги подальше, а потом прикидывать.

— Снегирине это точно не понравится, — пробормотал я.

— Да ничего не будет! — довольно сообщил мне этот рыжий. — Снегирина моя сестра. Двоюродная. Я записку оставил.

Ваще охренеть. Восхищенный юнга, родственник капитана с космического тягача, по семейному принятый на борт, чтобы набирался ума и стажа, бежавший доброволец в пираты. Теперь Снегирина с меня точно шкуру спустит, если поймает, конечно.

— И что же мне делать с тобой, Женя Хоккин? — озадаченно произнес я.

— Да я куда угодно готов! — бодро сообщил мне этот жизнерадостный идиот. — Лишь бы на Вольный Флот.

Охренеть, живой романтик на мою бедную шею. Общества вот таких восторженных энтузиастов с отвагой в сердце и слабоумием в башке, можно и не пережить, если не соблюдать осторожность и дистанцию. Он ещё и всю команду за собой утащить способен. С такими надо очень осторожно, как с ходячей взрывчаткой.

— Ты не знаешь на что идешь, парень, — устало произнес я. — Но. Чёрт с тобой, за борт мы тебя уже не выбросим. Дай соображу, куда тебя пристроить А! Вот Таскай вон груз. Хоть какой-то толк с тебя будет. Ублюдок с Утрыком, присмотрите за юнгой. Головами отвечаете.

Ублюдок с Утрыком мрачно взглянули на восторженно лыбящегося пацана, бросили друг на друга мрачные косые взгляды, одновременно поморщились. Но ничего говорить не стали. Вот и ладушки. Скинь проблему на подчиненных пусть у них теперь голова о ней болит.

Ну, кажется, пацан в надежных руках. Ума только не приложу как и когда я его теперь Снегирине верну. И верну ли вообще. Вот попадос же…

Нда! Так какие ещё у нас будут сюрпризы? Или на сегодня хватит уже?

Но нет конечно, лимит сюрпризов сегодняшнего дня для меня ещё не был исчерпан.

Вот стоило мне вот так немного отвлечься, как на палубе тут же образовалась делегация по праздничной встрече, собранная из посланцев различных палуб, восторженная и возбужденная, только без хлеба-соли, да и без красной дорожки впрочем тоже.

— Ну, что? — алчно потирая ручонки, произнес возглавлявший комитет по встрече челночный старшина. — Начинаем делить честно награбленное?

Чего-Чего? Что он там сказанул? Делить? Моё? Без меня?

Да они охренели.