Чтение онлайн

Самое забавное, что мне как раз нужно искать свое собственное сокровище — бриллиантовый мозг Октавии. Может, совместить? Железно залегендировать обыск корабля. Все желающие пусть ищут побрякушки, а мы истинные ценности.

Но сначала у меня было другое, более срочное дело.

Двигатель требовал жертв. Время отката с прошлой неудачной кормежки прошло, и теперь можно было попробовать сполна накормить наш движок вновь.

Я застал своего новобранца юнгу, сидящим на койке над ящиком с терраформными бомбами в окружении десятка дюжих пиратов с нескольких палуб. Они играли в воздушные шашки. Это как обычные шашки, только без доски и играть можно вшестером. Шашки шести разных цветов как летающие тарелки висели в воздухе, образуя сложный узор. Судя по коллекции сбитых шашек всех оттенков на койке рядом с Женей, юнга уверенно нагибал.

— Ну, как вы тут? — поинтересовался я, наклонившись над честной компанией.

— Да мы так, — захохотали напарники юнги по игре. — На интерес!

— На интерес, значит, — повторил я. — Понятно.

Ублюдок и Утырок у меня за спиной мрачно взирали на залетных гостей. Те почувствовали себя неуютно. Мелочь, а приятно.

— Вставай, юнга, — скомандовал я. — Доставай свой арсенал. У нас есть важное дело.

— Есть, капитан! — воскликнул Женя собирая шашки из локальной гравитационной линзы и ссыпая себе в карман. Это он тут игру затеял получается. Затейник.

Напарники его по игре с интересом наблюдали за его сборами. Возмущаться тем, что он назвал меня капитаном, никто естественно не стал.

— Удачи, юнга, — бросил один из них, когда Женя вытащил ящик из-под койки и поднял его за ручку. — Она тебе ой как понадобится.

— Спасибо, — поблагодарил воспитанный мальчик Женя.

И что вот это сейчас было? Они явно все тут уверены, что я сейчас пойду и скормлю юнгу двигателю. Спасать его они явно не настроены. Тогда что? Тогда к чему все это участие с их стороны? Что за психологические стервятники сюда слетелись? Им таким даже личный Фрейд каждому ничем не поможет, вампиры хреновы. Надо будет занести всех присутствующих в мой особый черный список чуваков, к которым спиной лучше не поворачиваться.

— Пошли, — буркнул я и юнга потащил ящик с бомбами за мною следом. Второй ящик на антигравах толкал Ублюдок.

Мы поднялись на двигательную палубу, где нас уже поджидал Пацюк Игнатьевич.

— Ну, что, давай, опробуем твою придумку, Кома, — пробурчал добрый дедушка. — Я на лазер, а вы посты свои все знаете.

Сломанный в прошлый раз термометр уже заменили. Там занял пост Ублюдок. Утырок с Женей остались со мной у другого термометра. Разогрев прошел штатно. И в этот раз я уловил момент, когда шар из тьмы ожил и посмотрел на меня невидящим взором.

— Начинается, — пробормотал я.

Я набрал код на крышке контейнера и откинул крышку. Десять уродливых капсул лежали в нишах с неприятно зеленой подсветкой. Я взял одну в руки. Увесистая. Кило на десять с лишним. Ещё она оказалась теплой как кожа ящерицы. Неприятно. Но делать нечего, нужно работать.

Вес взрослого человека — это примерно пять таких бомб. Значит, начнем.

Ну что, двигло прожорливое? Я принес тебе вкусненького!

И зашвырнул яйцо терраформной бомбы в Черный шар двигателя. Яйцо исчезло в расступившейся и мгновенно сомкнувшейся темной глади.

— Следующее! — выкрикнул я, не глядя протягивая руку назад. Утырок сунул мне в руку следующую бомбу и я, размахнувшись, швырнул её в шар.

Конечно сам бы я эту хрень туда бы не добросил. Но невидимая сила тащила к шару всё, что попадало в его окрестности.

Третья пошла! Вот её уже поймало гибкое жидко-металлическое щупальце.

Четвертая пошла! Пропала без всплеска.

— Капитан, тут с этими бомбами что-то неладное творится! — сообщил Женя настороженно наблюдая, за тем как бомба четырьмя лепестками открывается в руке у тупо взиравшего на процесс Утырка.

— Да похрен, — рявкнул я, отбирая раскрывшуюся бомбу у Утырка. — Все в топку!

И швырнул бомбу в шар двигателя. Кажется, в последнюю секунду из бомбы вылетело нечто напоминавшее костлявую когтистую лапу, да только поздно. Темный двигатель поглотил всё без остатка и промедления.

Вот и славно.

Двигатель явно ожил. Его черный контур едва заметно вибрировал.

— Ящик закрой, — бросил я Жене

И тот захлопнул крышку над оставшимся бомбами. Надеюсь, то что в них спрятано, надежно нейтрализовано устройством транспортного контейнера.

Ох, не простым терраформированием занимается компания Снегирины. Либо — вообще, нифига не терраформированием…

Ладно, в крайнем случае выброшу контейнер в космос и сожгу выхлопом ракетного двигателя, как предки завещали поступать в таких сложных случаях. Это всегда помогает.

Тем временем, судя по показаниям термометра шар разогрелся до плюсовых температур и, судя по вздыбившимся волоскам на затылке, усердно электролизовал атмосферу на палубе.

А затем внутренний гироскоп, воспитанное тысячами часов в космосе чувство, подсказало мне, что динамика движения корабля изменилась, бессильный неуправляемый полет по инерции в глубины войда прекратился и сменился динамичным управляемым полетом.

А затем всё на миг стало чёрно-белым, как тогда. Заныло в голове. Но только на миг — нырнули в подпространство мы куда плавнее, чем до этого.

Мы двигались, мы летели!

Вопль восторга прокатился по реакторно-двигательной палубе. Ублюдок прыгал на своем посту.

Мы летели! И никого не сожрали!

Пасюк Игнатьевич оставил свой пост у разогревающего лазера и подъехал ко мне на своей каталке. Он смотрел на разогретый двигатель, отражения молний пробегающих словно изнутри по шару, бросали отсветы на его искаженное трудным переживанием лицо.

— Ишь ты как, — проговорил он. — Вот оно что. А ведь никто не догадался. Даже подумать не мог. А ты вот придумал, сходу.

— Ну, не сходу, — усмехнулся я.

Пацюк Игнатьевич покосился на меня, скривился:

— Не упирайся, Кома. Ты реальное чудо совершил. Ты жизнь людей изменил. Как оно тут было уже не будет.

— Может быть, — усмехнулся я. — Хочется верить.

— Не просри это все, — бросил Пацюк Игнатьевич. — Не просри это все,

Не должен. Не в моем это обычае. Но говорить этого я старому техножрецу отмирающей технологии я не стал

Когда мы вышли на устойчивый ход с навигационной палубы, примчался посыльный с сообщением, что курс на Гуль проложен, и очень скоро, часов через двадцать мы туда прибудем.

— По-моему, мы быстрее летим, — прищурился я.

— Конечно, — подтвердил Пасюк Игнатьевич. — Центростремительный маневр. Падение в темном прыжке в сторону Чёрной Звезды всегда эффективнее чем уход от нее.

Нда. Нюансы применения тёмного двигателя. Ну, я в этом всём ещё разберусь. Главное — решение найдено, и оно работает. Двигателю нужны не обязательно люди. Подойдет и другая высокоорганизованная органика. Но крыс в двигатель бросать никто не догадался, наверное потому, что ближе крыс у местных психопатов и нет никого на свете. Либо слишком туповаты местные крысы были.