Чтение онлайн

Он встретил меня в халате, с зубным роботом в зубах, в колпаке для сна. Отплевался, прополоскал рот и проворчал:

— Я думал, что вы уже не придёте, и что ваше слово не стоит и ломаного гроша.

— Зря так думали. Макс, оставь нас, пожалуйста, и посторожи вход. Октавия — тебе можно остаться.

Когда мы остались втроём, я присел в кресло, Октавия встала рядом, а Жибер уселся на кровать, скрестив руки на груди.

Ну, а я стал думать.

«Господин Рыцарь, не совершайте ошибок!» — на всякий случай написала мне во Внутренний Экран Октавия.

— И не подумаю, — огрызнулся я в ответ.

Вслух. И адмирал принял это на счёт счёт. И снова перешёл на риск.

— Чего?! Вы же обещали компромисс. Тут один может быть компромисс — передать мне доступы как можно скорее. Вы и так нарушили все возможные сроки!

Октавия сделала полшага вперёд. Я поймал её взгляд и покачал головой. Не надо. Не стоит.

— Чёрт возьми, вы меня фактически арестовали! Вы же понимаете, что это трибунал?! Уже на два, три, четыре трибунала вы себе натворили!

Я покачал головой.

— Вы заблуждаетесь, Жибер. И те, кто отдал вам приказ отправить вас сюда — заблуждаются. Даже откопали где-то реститутное право, надо же! Никогда не слышал о таких правилах, как изъятие личного флота и личной военной инфраструктуры. Скажите, вам доводилось бывать в Лунном Дворце?

— Доводилось! — Жибер нахохлился, будто на его халате сейчас висел с десяток медалей. — И Императора доводилось видеть! К чему вы клоните?

— Хорошо, хорошо. А сервов вот такой модели вам там доводилось видеть?

— Ха! — Жибер усмехнулся. — Ваша помощница, конечно, идеально выполненная подделка, я сразу удивился, но, конечно, ни в какое сравнение не идёт с…

Тут он вгляделся в Октавию. В слабо различимый серп на лбу, в черты лица, сверкнувшие синим зрачки. Его глаза на миг округлились, и он закончил фразу:

— С высшим сервом. Вы — высший серв? Так в этом случае — вам тем более грозит трибунал! Вам как-то удалось захватить и перепрошить мозги высшему серву!

— Ха. Ха-ха-ха! — слегка неестественно отозвалась смехом Октавия.

Наверное, я в третий или четвёртый раз слышу, что она смеётся. Каждый раз — дрожь пробирает.

Так и захотелось сказать, чтобы она больше так никогда не делала.

— Как это возможно? — несколько севшим голосом спросил Жибер. — Как… что вы скрываете?

— Очень многое, поверьте. Но наличие высшего серва в качестве собственной компаньонки — я никогда не скрывал. Потому что данную модель в такой глуши опознать могут считанные единицы и специалисты. Даже на Первопрестольной она не вызывала ни у кого вопросов.

Жибер сидел, некоторое время переваривая информацию. Но потом снова упёрся рогом:

— Нет! Либо это высококачественная подделка, либо вы — какой-то мошенник.

Я вздохнул и кивнул.

— Хорошо. В таком случае, мне придётся выкладывать новые козыри на стол. И с каждым моим козырем у вас будет становиться всё меньше свободы манёвра. Вы согласны продолжить беседу?

— Вы блефуете! Ну, давайте, выкладывайте. Всё равно вам пока нечего крыть. Ни документов, ничего!

Ну, мне ничего не оставалось как достать свой если не последний, то один из самых крупных козырей в нашем иерархическом споре.

Я зашёл во Внутреннем Экране в систему наследования. В свой истинный, скрытый ото всех профиль Александра Леонова. Открыл список документов, непродолжительное время искал в нём нужный документ, затем выполнил обезличивание и отправил на голографический проектор своего коммуникатора.

— Читайте.

И он прочитал.

— «Просителю сего… По распоряжению высшего руководства оказывать всякое содействие, передавать в подчинение любое количество судов с полным экипажем, обеспечивать размещение на объектах планетарной и орбитальной инфраструктуры…» — он закончил бубнить и хмыкнул. — Отлично! Это бланк императорской канцелярии. Но тут нет ни имени, ни фамилии.

— Ваше поведение является отличным примером стадии отрицания неизбежного, господин адмирал, — прокомментировала Октавия. — Предлагаю вам побыстрее пропустить стадию гнева и торга и войти в депрессию.

— Ты будешь мне указывать, что делать, тупая железка! — рявкнул он на Октавию, привстав с места.

— Стадия гнева, понятно, — оскалилась Октавия в ответ и снова сделала шаг вперёд.

Жибер нахмурился, затем сел, ссутулился. Снова задумался.

— Допустим, документ подлинный, но учитывая, что вы уже натворили — всё может быть высококлассной подделкой. Возможно… возможно вы украли или взломали чей-то имплант внутреннего экрана, точно!

— Стадия торга, — отметила Октавия. — А взлом данного типа документа невозможен по причине квантового шифрования и блокчейн-хранения.

— То есть данного документа вам мало, я правильно понимаю? — осведомился я. — Хорошо. Прежде чем я открою следующий и, пожалуй, последний на сегодня документ, я уточню у вас — вы действительно этого хотите и осознаёте последствия происходящего?

— Осознаю! — воскликнул Жибер. — К чёрту ваши угрозы! Я всё равно не верю вам ни на йоту.

— А чему вы верите? — спросил я. — Офицерской чести — верите? Праву старшинства? Может, вы поверите хотя бы собственному импланту Внутреннего Экрана и модулю сканированию профиля? У адмиралов, если я не ошибаюсь, есть расширенный функционал с автоматическим определением звания и выслуги лет по внутренней базе.

— Я уже видел ваш профиль, — пожал плечами адмирал. — Ещё тогда, в Академии. И база флотская у меня актуальная, это да. Вы капитан третьего ранга. У меня, чёрт возьми, есть заявка на ваше повышение и награждение от флота! Что я категорически не хочу делать.

— Так вы верите собственному импланту, сканеру и базе? — повторил я.

— Вы спросили — да. Я верю офицерской чести. И праву старшинства по выслуге лет. И импланту своему с базой у меня нет оснований не верить.

Я улыбнулся.

— То есть вы не будете говорить после, что я вас заставлял, или что вас все обманывают, и даже Император и администраторы баз флотской иерархии?

Жибер скрестил руки на груди. Он всё ещё не верил, но я увидел — уже боится.

Потому что понял, чем это грозит.

'Производится переключение профилей Внутреннего Экрана.

Вы действительно хотите использовать профиль 'Александр Игнатьевич Леонов, 146 лет

Профиль переключён. '