Чтение онлайн

– Т...тут...
– выдавил участковый.
– А... что?

– Неужели, вы его не искали?
– вопросил Константин, ёрзая от злости.

– Искали...
– робко возразил Семин, напуганный людоедом.
– Приезжали следователи из Донецка... Этот, Волк... или Сыч... Звериная фамилия...

– Лис?
– поправил Сенцов, думая о том, что да, такой точно найдёт - кукиш с маслом и с сыром.

– А, да, точно - Лис!
– согласился Семин.
– Лис Анатолий. Только он его не нашёл - они прочесали лес, опросили всех и не нашли...

– А мы, вот, нашли!
– строго сообщил Сенцов и снова показал Семину фотографию полесуна.
– Смотрите, смотрите! Это - его убийца! У вас есть предположения насчёт того, кем может быть этот человек?

– Н... нет...
– булькнул Семин, вертя в руках коротенький тупой карандашик.
– У нас в посёлке таких нет...

– Ясно, а как насчёт этих людей?
– Сенцов показал Семину фотографии пропавших пять лет назад Агеевой и Щепкина.

– А... понимаете, тут тёмная история была...
– залепетал Семин, и Сенцов догадался: он его в чём-то уличил.

– И что за история?
– Константин вцепился в него клешнями, так же, как Крольчихин вцепляется в свои "жертвы".
– Рассказывайте, вы обязаны помочь нам изобличить преступника!

– А... Хвостов... вы, наверное, уже знаете, что это был наш участковый...
– начал Семин.
– Он пошёл их искать... туристов этих. Странная была парочка - он маленький такой, кургузый, а она - великанша. Я ещё смеялся, что на свадьбе она его на руках тащила, а не он её. Они что-то пещерами какими-то увлекались или чем... хотели лезть на Чёртов холм, а тогда там оползни были, и Хвостов им об этом сказал, а они взбрыкнули, обозвали его "бюрократом" и полезли на холм... А потом, вечером, они позвонили к нам в опоп и сказали, что где-то потерялись или застряли... Я был у Хвостова помощником, и он мне сказал, чтобы я тут, на телефоне сидел, а сам пошёл их искать. И не вернулся... Я ему звонил, а он не отвечал.

– Вот это да!
– зазвучал стажёр за спиной Константина.
– Полесун в один день троих человек уписал!

– Дикарь этих туристов тоже съел!
– сурово сказал Сенцов Семину.
– В его берлоге нашли их кости!

– А... Хвостова вы нашли?
– Семин позволил себе робкий вопросик, а Сенцов покачал головой:

– Пока нет, но мы продолжаем раскопки берлоги дикаря. И ещё, скажите, сколько у вас в посёлке пропавших людей?

– А... Хвостов только...
– пробормотал Семин.
– И эти туристы. А больше никто не пропадал... И я не знал даже, что тут людоед живёт, а легенды эти, про полесуна, тут веками ходят - с Киевской Руси ещё живёт эта легенда! Бабки все верят, дедки, да попы! А я, всё-таки, милиция... А... товарищ оперуполномоченный...
– предложил Семин.
– Вы должны поговорить с семьёй Хвостова. Они до сих пор не могут смириться...

– Хорошо, - согласился Сенцов.
– Вы адрес дайте!

– Я с вами пойду, - напросился Семин.
– Они тут близко живут.

– Ладно, - кивнул Константин, в душе которого селилось всё больше и больше кошек... Уезжая сюда из Ровд, он надеялся раскрыть "дело полесуна" и избавиться от дикаря, скинув с плечей проклятую гору, но гора почему-то не падала. Что-то в этом деле не так, ведь если бы полесун питался людьми - они постоянно бы исчезали, да и Овсянкин бы в его норе нашёл бы больше костей... Сенцов сам видел, какую огромную яму он там разрыл, но больше костей не было... И зачем вообще дикарю крысы и курица, если он кушает свежих людей?? И в другое время, явившись к Хвостовым, Сенцов начал бы терроризировать их вопросами, а сейчас задумался над тем, как он вообще, явится к ним и скажет, что их родственника полесун сожрал??

– Напарник, тебя не тошнит?
– осведомился стажёр, заглядывая Сенцову в лицо, когда тот по инерции шагал туда, куда вёл их пухлый Семин.

– Нет, а что?
– буркнул Сенцов, шагая.

– Видок у тебя... тошнительный...
– пробормотал стажёр, с ноутбуком под мышкой.

– Здесь что-то не так...
– глухо протарахтел Сенцов, маршевый шаг которого превратился в глупую семенящую походочку труса.

Хвостовы жили в большом доме - в большом и очень старом, похожем на старый терем, сложенный из толстых брёвен... ещё во времена Киевской Руси. Брёвна от времени уже почернели, а на балкончике, похожем на скворечник, сушились на верёвке синие штаны.

– Вот тут они и живут, - тихо сказал Семин, подкрадываясь к высокому каменному забору, к железным воротам, около которых был привешен звонок. Семин нажал на кнопку, и вскоре за воротами послышались негромкие шаги.

– Кто там?
– осведомился женский голос, и Семин поспешил ответить:

– Елена Степановна, это я, Вадим Семин!

Видимо, Елена Степановна хорошо знала Семина, раз так охотно принялась отпирать засовы. Что-то много у неё засовов - Сенцов насчитал аж четыре штуки... странно. Покончив с засовами, Елена Степановна показалась на пороге, и на вид ей было лет сорок. Худая, в домашнем цветастом халате, Елена Степановна казалась уставшей и перегруженной заботами, она тихо поздоровалась с Семиным и вопросительно посмотрела на Сенцова.

– А, Елена Степановна, это из Донецка, оперуполномоченные Сенцов и Ветерков, - сказал Семин каким-то виноватым голосом, словно винил в смерти хвостова себя.
– А, товарищи, это Елена Степановна Хвостова, жена... Хвостова.

– Проходите, - Хвостова пропустила их во двор, и Константин увидел ровненькие грядки, засаженные неизвестными овощами, дорожки, вымощенные аккуратной тротуарной плиткой. На качеле, установленной недалеко от дома весело катался румяный мальчишка лет семи, а на подоконнике лениво развалился толстый кот - такой косматый, что даже ушей не видно. А на другом подоконнике сидел ещё один кот - сфинкс.

– Гражданка Хвостова, - Сенцов решил быть бесстрастным, каким на его месте был бы Крольчихин.
– Мы приехали насчёт вашего мужа.

– Проходите в дом, - предложила Хвостова, открывая раритетную дверь.

– Спасибо, - поблагодарил Сенцов и вступил под сень просторной прихожей, где всё было, словно сто лет назад - сурово антикварное, давящее разум седой стариной. Если бы в эту витиеватую люстру вставили вместо лампочек свечи - можно было бы решить, что они со стажёром перенеслись во времени в дореволюцинные годы. Хвостова повела их на кухню, которая изумила Сенцова встроенной мебелью и точечным светом, и усадила за стол, наполненный всякими сладостями: вафлями, конфетами, пирожками с вишней... Сенцов сел и не заметил, как перед ним появилась чашка горячего чая.

– Ешьте, - угостила их Хвостова, и Сенцову становилось всё тяжелее сказать ей о том, какой страшной смертью погиб её муж. Еда встала у Сенцова поперёк горла, и он решил не есть, потому что начинало тошнить от нервов.

– Елена Степановна, - осторожно сказал Семин, который тоже ничего не ел - не мог , наверное, так же, как и Сенцов.
– Мои коллеги из Донецка нашли Ярослава Федоровича... Вернее, его убийцу.

– Ах, - горько вздохнула Хвостова, присев на стул около Сенцова.
– Я уже и не надеялась увидеть мужа живым. Уже смирилась с его смертью. Спасибо хоть на этом - я думаю, он понесёт наказание. Мой сын отца никогда не видел - только на фото...

– Гражданка Хвостова, посмотрите!
– Сенцов хотел покинуть этот дом поскорее, потому что его терзало чувство вины. Она накормила их, напоила чаем, а он в свою очередь преподнёс такую свинскую новость.

– Да, да, - Хвостова согласилась, она даже не ругалась, не истерила, как это обычно бывает - да, она полностью смирилась и готова узреть полесуна. Сенцов дал ей его фото, она глянула и тут же вытаращилась, пригвоздив Сенцова взглядом, наполненным отвращением и ужасом.

– Кто это?
– полушёпотом осведомилась она, положив страшную фотографию на стол, возле вазы с конфетами.