Чтение онлайн

– Шу-ульц!
– громыхал Траурихлиген, и Шульц решил не медлить: генерал не любит долго ждать и может казнить только за то, что Шульц слишком медленно ползает.

– Да, ваша светлость!
– ответил Шульц и поскакал на голос хозяина, бросив недомытые полы.

– Ползи сюда, пока я не усадил на кол тебя!
– прорычал Траурихлиген, выцарапывая из внутреннего кармана кителя свой смартфон.
– Надо же мне на ком-то сбросить стресс!

– Я здесь, ваша светлость!
– Шульц, отдуваясь, возник из глубины коридора и тут же вытянулся в струночку, по уставу отдав командиру фашистскую честь.

– Топай!
– предписал ему Траурихлиген и для острастки хлестнул стеком по спине, свободной рукою держа около уха смартфон.

– Яволь!
– пискнул Шульц и послушно засеменил туда, куда приказал ему повелитель.

– Баум!
– громко крикнул Траурихлиген, когда гудки в трубке сменились чётким ответом майора.
– У нас ЧП! Быстро идите в седьмой кабинет!

– Есть!
– быстро ответил Баум, и Траурихлиген услышал, как майор вскакивает со стула и бегом бежит к двери своего кабинета.

"Хорошая марионетка!" - довольно отметил про себя Траурихлиген и позвонил коменданту Фогелю.

– Фогель, в седьмой кабинет!
– рявкнул Траурихлиген, когда тот ответил.
– Галопом!!

***

"Седьмым кабинетом" здесь назывался никакой не кабинет, а тесная каморка со звуконепроницаемыми стенами, скрытая тайной дверью. Эрих Траурихлиген устроил "седьмой кабинет" недавно, и Отдел Предотвращений его, слава богу, не нашёл. Теперь здесь обсуждались самые секретные дела - чтобы никто не подсмотрел и не подслушал. Мебель тут была самая скромная: круглый стол, кресла и настоящая тигровая шкура. В одну из стен вбили стальные крюки и навесили на них огромный жидкокристаллический экран, соединённый с компьютером скрытыми проводами, а посреди стола красовалась антикварная ваза, куда Шульц был обязан каждый день ставить свежие розы. Про тигровую шкуру уже выдумали несколько легенд: в одной из них Эрих Траурихлиген сам убил тигра на сафари, в другой - по приказу Траурихлигена пристрелили тигра из местного зоопарка ради шкуры, а в третьей - и того проще: шкура была куплена на рынке в одной из восточных стран, а может быть, и в Польше.

Комендант Фогель боялся ходить в седьмой кабинет: по своей сути он был заурядный клерк, а не заговорщик. Но Траурихлиген и его втянул в свои тёмные дела... и Фогель обязан был из клерка превратиться в заговорщика...

Фогель занял тот стул, который больше других был задвинут в угол, и просто пялился в "легендарную" шкуру безвременно погибшего тигра. Он просто отсидится здесь, а потом - поползёт назад, в свою тёплую комендатуру - считать боеприпасы, провиант и живые резервы.

– Поехали, черти!
– ругнулся Баум, видя на огромном экране то, что транслировали камеры наружного наблюдения.
– Нужно не пустить их никуда!
– громко зашипел майор прямо в ухо Фогеля, заставляя последнего морщиться.
– Видите, проклятый гауляйтер что-то заподозрил!

– Можно оглушить их, а потом - выбросить в чаще, чтобы их съели дикие звери...
– робко предложил Фогель, стараясь лишний раз не высовываться из угла.

– Здесь из хищников остались только драные кошки!
– возразил Баум.
– Всех волков и медведей отпугнуло излучение трансхрона! Даже лисицы, и те - сбежали!

– Я знаю, как я с ними разделаюсь!
– зловеще прошипел Эрих Траурихлиген, неожиданно вклинившись в спор и испугав обоих.
– А заодно и с проклятой Светлянкой! А потом и с Сенцовым этим недорезанным! Баум, Шульц, идёмте за мной! Чёрт, эти букашки ещё смеют мне дерзить!..

С этими словами Эрих Траурихлиген выскочил из кресла, едва ли не извергая молнии из глаз, и стремительно рванул прочь из седьмого кабинета. Баум и Шульц рванули за ним, а комендант Фогель, довольный тем, что ему идти не надо, небыстро поднялся на ноги, вышел в коридор, задвинул тайную дверь и отправился к себе в комендатуру.

Эрих Траурихлиген заставил Баума и Шульца спускаться вниз, к пожарному выходу. Он перескакивал через две-три ступени, Баум тоже старался перескакивать, чтобы не отстать, а Шульц на каждом шагу спотыкался, грозя покатиться кубарем. Сатанея и рыча от злости, Эрих Траурихлиген три раза промахнулся ключом мимо замочной скважины, пока пытался открыть пожарный выход. Раньше он так никогда не психовал, и Баум с Шульцем тихо тряслись: а вдруг он усадит обоих на кол от злости?? Промазав в четвёртый раз, Траурихлиген размахнулся и высадил несчастную дверь ногой. Дверь сорвалась с петель, вылетела на улицу и разбилась на куски о булыжники, которыми был вымощен задний двор райкома.

– Меня этот гауляйтер уже достал! Индюк надутый, дебильный бабуин!
– дико рычал Траурихлиген, широкими шагами пересекая задний двор и направляясь прямо к неказистому сараю, который торчал в самом его конце.
– Позавтракал он, видите ли! Сейчас, я угощу его коронным блюдом - и он подавится, жирный чёрт!

– Вы хотите вывести "брахмаширас"??
– устрашился майор Баум, который отлично знал тайну этого сарая и боялся...

– Другого он не заслужил!
– рявкнул Траурихлиген, высекая сапогами из булыжников искры.
– Свинорылый баран, чёрт бы его сожрал! В бараний рог скручу!

Шульц едва поспевал за ними: ноги коротки, и выспался неважно, потому что этой ночью снова заливал свои страхи шнапсом и заедал хозяйскими эклерами.

Эрих Траурихлиген вытащил из кармана ключ, отпер замок и переступил низкий порог, зайдя во мглистую сень сарая, где прятался садовый и уборочный инвентарь, несколько "издохших" аккумуляторов, рабочие комбинезоны, в которых механики ремонтировали подбитые танки... Следующим майор Баум пропустил пьяноватого Шульца, а сам зашёл последним, хорошенько затворив за собою прочную дверь, дубовую снаружи и стальную внутри. Эрих Траурихлиген, освещая свой путь карманным фонариком, уверенно двигался туда, где на вешалке висели комбинезоны, а добравшись до них, протянул руку и сдвинул все комбинезоны в сторону. Луч его фонарика упал на узкую дверь, которая скрывалась там, за комбинезонами и несла на себе кодовый замок. Траурихлиген набирал запутанный код не пальцами, а рукоятью стека, потому что каждая из кнопок несла в себе сметроносный "сюрприз". Майор Баум и Шульц стояли за его спиною и молчали, потому как знали, что их свирепый командир замыслил что-то страшное...

Узкая дверца послушно отворилась, пропуская в сырой и холодный подвал - в подземный ход, тёмный, жуткий, стены которого были выложены одинаковыми круглыми булыжниками. Ход плавно спускался вниз, и где-то там, в его могильной глубине зловеще выли сквозняки... Эрих Траурихлиген пригнул голову и нырнул прямо туда, в сырость и холод подземного хода, подав своим спутникам молчаливый сигнал следовать за собой. Майор Баум всегда входил в этот ход с долей опаски: слишком уж много тайн он скрывал. А человек, который знает тайну, всегда в опасности, тем более тот, который знает тайну Эриха Траурихлигена... Майор снова толкнул перед собой Шульца: так приказывал ему генерал. Шульц споткнулся о высокий порог, заныл, потому что больно ударил палец...

– Тихо!
– шикнул майор Баум, оглядываясь по сторонам так, словно бы кроме их троих тут был кто-то ещё, таинственный и страшный...

– Простите...
– пробулькал Шульц и заглох, семеня туда, куда подталкивал его Баум.

Траурихлиген всё двигался вперёд, светя фонариком, мимо запертых стальных дверей по обеим сторонам коридора. Он не остановился ни у одной из них, а всё двигался вперёд и вперёд, в самое тёмное, глубокое подземелье, самое зловещее, где скрывается самая страшная тайна...

Вскоре коридор кончился - впереди выросла широченная, тяжёлая дверь, сделанная из блестящего металла, с таким замком, которые обычно вешают на сейфы. На сейфы будущего. Шульц и Баум разом замерли, видя в свете фонарика дьявольский блеск металла двери.

– Мы пришли!
– страшным полушёпотом сообщил им Траурихлиген, отпирая этот замок, сконструированный на заводе будущего, замок, который никто, кроме него, не умел отпирать.

Майор Баум подспудно боялся всего из будущего - боялся и этой монолитной двери, и этого замка... старая дверь была намного лучше. Пускай, не такая надёжная, зато нестрашная...