Чтение онлайн

"Разденься, Билл, ты будешь съеден,

Не трать слова, все будет зря!"

Услышав это предложенье,

Заплакал Билл, судьбу хуля.

"Позвольте мне прочесть молитвы,

Как матушка учила мя".

"Давай скорей!" - Джек ножик вынул,

От нетерпения горя.

У главной мачты на колени

Пал Билл, Всевышнего моля.

Двенадцать заповедей Билли

Прочел и вдруг вскричал: "Земля!

Что это за страна такая:

Цейлон или Австралия?

На Адмиральском судне Нэпир {8}

Стоит под флагом Короля!"

Утоплен Адмиралом Джимми,

Обжору Джека ждет петля,

А Билли сделан Бомбардиром

Беспушечного корабля.

Пер. А. Васильчикова

МАЛЮТКА БИЛЛИ

Однажды три старых волка морских

Из порта в Бристоле отплыли.

Копченой свинины и сухарей

Они на борт погрузили.

По бурным морям, доверяясь волнам,

Они к экватору плыли:

И жирный Джек, и верзила Джим,

И с ними малютка Билли.

Сказал долговязому Джиму Джек:

"С едою немного туго:

Мы съели свинину и сухари.

Придется нам есть друг друга!"

Ему отвечает верзила Джим:

"Мы жестки и жилисты жутко,

Но молод и нежен малютка Билл.

Подходит он для желудка!"

"Эй, Билли, тебя мы зарежем сейчас.

А ну, расстегни жилетку!"

Тут Билли достал носовой платок

В большую красную клетку:

"Позвольте молитву мне сотворить..."

И, с хохотом беспричинным,

"Молись!" - Джек сказал и полез в карман

За ножиком перочинным.

И к мачте малютка Билли пошел,

Пред ней преклонил колена...

Всего лишь пятнадцать псалмов пропел

И вскакивает мгновенно:

"Я вижу Египет и Мадагаскар,

Свет Новый, а также Старый,

А также прекрасный британский флаг

И прочие аксессуары!"

...Они втроем к адмиралу пришли.

В стремленьи к добру неустанном,

И Джимми, и Джека он вздернуть велел,

А Билли стал капитаном.

Пер. Е. Печерской

ЦЕРКОВНОЕ КРЫЛЬЦО (1849)

Я в церковь не вхожу,

Но медленно брожу

Все вдоль ограды.

Жду у церковных врат,

Мечтая встретить взгляд

Моей отрады.

Средь шумов городских

Зов колокола тих,

Он умолкает.

Чу! Загудел орган,

И вот девичий стан

Вдали мелькает.

Она идет, она!

Пуглива и скромна,

Спешит, не смея

Прекрасных глаз поднять...

Господня благодать

Пусть будет с нею

Я не войду с тобой.

Молись же, ангел мой,

Излей всю душу.

Невинный твой покой

Недолжною мечтой

Я не нарушу.

Но на тебя позволь

Смотреть, скрывая боль,

Моя святая;

Так у запретных врат

На недоступный сад

Бросает скорбный взгляд

Изгнанник рая.

Пер. Э. Линецкой

ЭПИЛОГ (1849)

Спектакль окончен, поздний час;

Замедлен занавеса ход,

И с публикой последний раз

Раскланяться актер идет.

Не радует подобный миг,

И с окончанием забав,

Ей-богу, невеселый лик

Покажет он, личину сняв.

Пока не наступил финал,

Стихами облеку слова,

И что б в них вам пожелал

По всем законам Рождества?

Как много есть ролей для вас!

Их получить близка пора...

Покойной ночи! Вам сейчас

Навек желаю я добра!

Прощайте! Пояснить готов,

Что вверил я стихам моим:

Весь пыл мальчишеских годов

Мы позже только повторим.

Вам никаких препятствий нет

Мечтать, надеяться, страдать

Что знали вы в пятнадцать лет.

Возобновится в сорок пять.

Не разлучась с борьбой, с бедой,

Мы в жизни то же обретем

Теперь, с седою бородой,

Как и в двенадцать лет, в былом.

И если в юные года

Могли мечтать мы и любить,

Помолимся, чтоб никогда

Огня души нам не изжить.

Как в школе, в жизни путь тернист,

Любой возможен поворот:

Глупцу дадут похвальный лист,

А хилый к финишу придет.

Судьбы неведом приговор

Шутом, глядишь, великий стал,

Удел для мудреца - позор,

И возвеличился нахал.

Но жить ли нам, судьбу кляня?

Хвала Тому, кто дал и взял!

К чему тебя, а не меня,

О Чарльз, могильный хлад сковал?

Все это небом нам дано,

Им жизни ход определен,

И не постичь, кому оно

Несет награду иль урон.

Иной задаст роскошный пир,

Не ведая земных невзгод,

А лучший, голоден и сир,

У врат его подачки ждет.

Пусть Лазаря забрызжет грязь

От колесницы богача

Любых событий примем связь,

Во прахе дни свои влача.

Так небо стоном не гневи

О том, что ввергнуто во прах:

О безнадежности в любви

И о несбывшихся мечтах.

Аминь! Молитва такова:

Да будет на сердце тепло,

Хоть поседела голова

И тяжко бремя лет легло.

И все равно, добро ли, зло ль

Года грядущие сулят.

Им предназначенную роль

Пускай играют стар и млад.

Кому победа и провал?

Взнесись, пади - не в этом суть,

Но, что бы рок ни посылал,

Все время добр и честен будь.

Добр, честен вопреки годам.

(Простите робкие слова.)

Впервые зов стал слышен нам

В день самый первый Рождества,

Чуть песнь до пастырей дошла,

Что стройно пел блаженный клир:

"Хвала всевышнему, хвала,

И людям с добрым сердцем - мир".