Чтение онлайн

Мы с Самантой и так стояли, практически прижавшись лопатками к стенам домов из старого выщербленного кирпича. Отступать некуда. У бесноватой горят глаза, как будто она сошла с ума. Может, и правда, умом повредилась? В Месяц Гнева и не такое бывает. Не все могут выдержать такое долгое нахождение в четырёх стенах, в вечном ужасе.

– Вы меня с кем-то путаете… - бормочу я.

– Ну конечно! – выкрикивает она и надвигается ближе. – Это из-за тебя мы потеряли кормильца! И что теперь делать, как теперь жить?.. А я говорила ему, не надо в этот дом возвращаться! Он проклят! Ничего хорошего там не будет! Бывшая твоя, говорю, там померла, недобрая там энергия!

И тут до меня начинает что-то доходить.

– Мой отчим?..

– Помер, да упокоят предки его светлую душу! Помер, голубчик! Такой человек был, золото, а не человек! Особенно, когда не пил, - принялась причитать она, вытирая сухие глаза.

– Что случилось? – в полном шоке переспросила я.

Через поток сдавленных рыданий и оскорблений мне наконец-то удалось уловить суть.

В нашей жалкой лачуге обвалился потолок, не выдержал одной из бурь. И отчима пришибло. Хорошо, дети отделались испугом. И матери с малышами удалось кое-как перебраться к соседям.

– Ты виновата! – продолжала как заведённая повторять женщина, имя которой я не могла вспомнить, как ни пыталась. – Если бы ты позаботилась о том, чтоб как следует починить крышу! Признавайся – специально не сказала, что она на ладан дышит? Или может, даже испортила к нашему приезду? Вот же гадина подлая, и как таких земля держит…

На нас оглядывались всё чаще.

А я стояла, смотрела на неё и не знала, что сказать.

Жалко ли мне было отчима? Рада ли я была? Известие о его смерти вообще ничего не тронуло в моей душе.

Я понимала только, что если бы не странный каприз судьбы, под упавшими балками могла бы лежать сейчас я. Или Эми. В справедливость небес я давно не верила. Как и в судьбу.

Но сейчас чувствовала острую благодарность за то, что этот ужасный месяц мы с сестрой пережили под надёжной крышей. И рядом с хорошими людьми.

– И как я теперь детей буду одна кормить? – выла вдова.

Мне стало жалко её до слёз. Она ведь не виновата, что всё это случилось. И я прекрасно знала, каково это, остаться одной без средств к существованию, когда на тебе голодный ребёнок. Я понимала, в каком она сейчас безвыходном положении.

Моя рука сама собой потянулась к холщовому мешочку на поясе, в котором лежала часть денег, полученных от Джоев. Я хотела купить что-то из одежды в лавках, если они снова открылись.

Саманта перехватила мою руку и крепко сжала моё запястье.

– Милли, не смей! – её голос дрожал от гнева. Крылья аристократического носика трепетали. – Как у вас только язык повернулся её обвинять! А вы подумали о бедных девочках, которые остались одни, когда переманивали чужого мужа? А когда выгоняла Милли из собственного дома?

Теперь уже люди, не скрываясь, останавливались и глазели на спектакль. У нас в Чёрном конце такое любят. Вдове злобно оглянулась по сторонам, но ничего не сказала. Её измождённое лицо пошло алыми пятнами.

А потом Саманта сдёрнула со своего пальца тонкое золотое колечко. Сделала шаг к вдове моего отчима, и сунула его ей в руку.

– Вот! Возьмите. Этого вам хватит, найти новый дом. Хотя бы на первое время. А потом вам придётся идти работать! Как работала Милли всю жизнь! И не смейте больше никогда её оскорблять! Иначе… иначе я подам на вас в суд за клевету!

Она сдула упавший на лицо золотистый локон, схватила растерянную меня за руку и потащила прочь.

Ох, зря я пересказала Сэм всю свою жизнь, пока мы скучали дома… кроме разве что той части, которая касалась Дракона.

Это я по-прежнему не могла делить ни с кем.

Но в любом случае подруга теперь знала меня, как облупленную. И кинулась защищать, как себя. Я была растрогана до глубины души.

Вдова моего отчима стояла и смотрела нам вслед. Она больше ничего не сказала, только зажала кольцо в кулаке.

А мы уходили всё дальше и дальше от Чёрного конца. К центральной площади, куда стекались все улицы. И всю дорогу Саманта меня распекала. Она так завелась, что никак не могла успокоиться.

– Господи, меня всю аж трясёт от такой несправедливости! Нет, ну как так можно! А ты?! Не смей больше расшвыривать деньги направо-налево! Иначе у тебя так их никогда и не будет! До сих пор не могу поверить, что ты отдала той гадине, Леруш, все, что получила за работу Проводника!

Я ужасно смутилась. Точно зря столько откровенничала. Саманта явно вознамерилась превратиться в мою совесть. Пробормотала в ответ:

– Да я и сама уже много раз пожалела. Просто была вся в душевном раздрае после того, как ушла от Дракона. И думала, это единственный способ, чтоб нас с Эми оставили в покое. А ты сама-то! Зачем ты отдала ей своё кольцо?

– У меня таких колец в шкатулке! – отмахнулась Саманта. – Ну ладно. Я тебе ещё вправлю мозги на место, ты у меня научишься себя больше ценить и не давать в обиду. И знаешь что я ещё думаю?

– Мне уже страшно, - улыбнулась я.

Сэм энергично шагала вперёд, подметая пыль бледно-зелёной юбкой. Она задорно подмигнула мне.

– Всё, что с нами в жизни случается, это не просто так. Да, ты ужасно настрадалась! И то, что у тебя забрали дом, было жуть как несправедливо. Зато цепочка этих событий привела тебя в наш дом, чему я безмерно рада. В конце концов, кто тогда помогал бы мне так здорово готовиться к экзаменам?

А мне вдруг взгрустнулось.

Я торопливо шла по улицам за Самантой, пытаясь за ней успеть, и в который раз думала об одном и том же. Месяц гнева позади, на носу экзамены. Уже через несколько дней. Саманта, разумеется, их сдаст и поступит. И если лорд Джой не даст мне место где-нибудь у себя в оранжереях… придется искать новое место работы.

Мои невесёлые размышления оборвались, когда мы вышли на площадь. Я встала, как вкопанная, и не могла сделать ни шагу.

Фонтан. Тот самый, который наполнял Дан.