Чтение онлайн

Господи… Мне не было так плохо, когда Олег женился на Елене Семеновне.

Даже когда он объявил, что все кончено, я не ощущала себя такой опустошенной и униженной одновременно. Где-то в глубине подсознания всегда знала, что мне не вытравить из его сердца прошлые отношения. Он слишком сильно любил и дорожил ею. Настолько, что чуть не умер из-за нее.

Тогда я не понимала этого.

А сейчас наблюдаю, будто со стороны, как рассыпается какая-то неизвестная и важная часть меня. Та, что подцепила смертельный вирус по имени Александр Левицкий. Мужчина, который скоро женится на долбанной пародии куклы Барби и построит с ней крепкую семью. И я ничего не смогу сделать.

Идиотское кольцо жжет палец, и я вырываюсь из маминых рук. Бросаюсь к раковине, включаю кран, остервенело жму дозатор на бутылочке жидкого мыла. Вокруг все наполняется запахом лаванды и кедра, отчего в груди резко щемит и стонет.

Аромат настолько похож на туалетную воду Саши, что я закрываю глаза и на мгновение представляю его за спиной. С тихим звоном кольцо соскальзывает с пальца, а горячие слезы все текут и текут из-под крепко закрытых век.

— А я говорил, что этот щенок тебе не пара, — шипит отец неподалеку.

Но как-то неуверенно и с легкой грустью в интонации.

— Тема, выйди, пожалуйста, — рыкает мама, и он послушно покидает кухню. Даже не спорит, потому что она настроена решительно. — Солнышко…

Родные руки обхватывают со спины, пока я судорожно стираю влажные дорожки с щек.

На заднем фоне вибрирует смартфон. Догадываюсь, кому понадобилась. Вариантов всего два: Олег, которому я сбросила все найденные материалы с именем предполагаемой крысы, и Саша. Последний не упустит шанса и обязательно поквитается со мной за блокировку его аккаунта в социальной сети.

— У меня ничего не осталось, мам, — тихо шепчу в ответ на неспешные поглаживания со спины. — Олегу Константиновичу я не нужна, Левицкому тоже.

— Почему ты так решила?

— Он женится, мам. На другой девушке. А меня просто трахает, потому что ему так хочется.

Она замирает и крепко стискивает мое плечо, а дрожащими пальцами хватаю кольцо. Золотой ободок расплывается перед глазами в неясное пятно и очаровательно поблескивает на солнце, которое пробивается сюда через открытые жалюзи.

— Ох, девочка моя…

— Ладно, — шмыгаю носом и сжимаю кольцо в кулаке. — Ничего. Справлюсь.

— Ты скажи… — мама осторожно поворачивает к себе, затем обхватывает лицо и заставляет посмотреть в глаза. — Любишь-то кого, солнышко? Олега или Сашу?

Кусаю губу в растерянности. Прошедшая истерика вновь подступает к горлу вместе с клубком острых иголок. Рот наполняется кровью, металлический привкус оседает на языке. Только тут до меня доходит, что я прикусила щеку изнутри.

— Я…

— Ты подумай хорошенько, — она обхватывает ладонь. — Любовь — штука такая. С ней нужно аккуратно обращаться, не ровён час, и разобьется хрупкое счастье. Потом восстанавливать трудно и больно.

Хмурюсь, потому что не до конца понимаю, про что говорит мама. Она странно оглядывается на мельтешащего в коридоре отца, который нарочито громко шаркает тапочками по паркету. Будто показывает, что он здесь. И в любой момент ворвется на кухню с боевым кличем, чтобы перебить всех моих чудовищ.

Как делал в детстве.

— Не о чем думать, мам, — кладу кольцо на раковину. — Я видела Сашину невесту. Они сидели в том же ресторане, где я была с молодым человеком. Когда вчера он вытащил коробочку, мне не понадобилось много времени, чтобы сложить два и два.

— Ну-у… От дурости никто не застрахован.

— Меньше всего Саше подходит этот эпитет, — невольно улыбаюсь и вспоминаю все сообщения, которые он прислал мне сегодня утром. — Хотя…

— Ты всегда можешь вернуться домой.

Застываю и поднимаю взгляд на отца. Сдвинув брови, он серьезно смотрит на меня и жмет плечами на немой вопрос.

— Если захочешь, — добавляет неохотно. — Тебе необязательно кому-то что-то доказывать. Я и так знаю, что ты у меня самая лучшая.

— Спасибо, пап, — растроганно поджимаю губы.

— И побить сопляка нельзя, да?

— Тема! — опять рычит мама.

— Нельзя, — качаю головой. — Пока он мой потенциальный работодатель.

— Жаль, жаль. Я бы этому суслику свистелку отбил, чтобы знал, как моей девочке кружить голову!

Женя присвистывает и одобрительно поднимает большой палец. Новоиспеченный папаша доволен подготовкой к мероприятию. Напрочь забыл, что мы с ним недавно серьезно повздорили из-за его невесты.

Признаться, я и сам доволен. В короткие сроки мы совершили невозможное.

Мысли о рыжей стерве вызывают приступ изжоги.

Коза отправила на неделю в полный игнор и ни хрена не объяснила. В общих чатах с коллегами не комильфо интересоваться, чем я не вышел: рожей или членом.

Хотел поговорить с ней в офисе, но Женя сказал, что Марина уволилась. Олег тоже ничего толком не ответил: приехала, написала заявление и все. Единственное, что осталось между нами — поиск крысы и благотворительный вечер.

Причем с первым она справилась, а второе организовывала удаленно. Заперлась в четырех стенах под охраной папеньки-дракона, который при моем появлении на горизонте только пламенем не плевался.

Сегодня Марина тоже не появилась.

— Чего пригорюнился, добрый молодец? — мерзко хихикает Женя и выдергивает из мутной пелены мыслей. — Красна девица не дает? Аль меч-кладенец истерся?

— В отличие от некоторых, моя голова забита работой, а не мыслями о мармеладной троечке, — шикаю с обидой в голосе и уворачиваюсь от шутливого пинка.

— А ты за своими троечками следи.

— На этих тоже не подписано, — довольный покрасневшим лицом друга, поворачиваюсь к Ане. — Да, Вишневская?

— Лазарева! — рычит Женя, и его ноздри опасно раздуваются.

Такой забавный, аж не могу.

Предмет нашей размолвки скрещивает руки на груди и придирчиво рассматривает сцену. Еще немного, и Аня наденет белые перчатки, достанет лупу и пройдется зорким взглядом по темным углам в поисках пыли.

— Не ссорьтесь, девочки, — подозрительно веселый голос Олега заставляет нас обернуться. — Воробушек мой. Да?