Чтение онлайн

Я счастлив.

Радость и предвкушение немного омрачает факт вчерашнего поведения Марины в конце вечера, когда она грубо вытолкала меня из квартиры. «Саша, не при родителях же!» — прошипела негромко, как только я попытался ее поцеловать, чтобы увлечь в пучину страсти.

Нет, а что такого? Они зачали ее непорочным путем? Не прикрыли форточку, и дочь надуло со стороны жарких берегов Турции?

Дверь в спальню на щеколде, я проверял. Да и Левицкого-младшего не смущало присутствие тестя и тещи. А если им некомфортно, то извините. Я не пятитысячная купюра, чтобы всем нравится.

Кстати, о Турции. Надо подарить родителям Марины отпуск в жаркой стране. Пробью через знакомых, какие мероприятия намечаются с Мудаком Овчином. Дорогой теще понравится, а тесть на яд изойдет.

Как представлю зеленый цвет его лица, так на душе теплеет.

Вибрация о фаянсовый край раковины отдает в бедро. Зачесываю назад влажные волосы и кошусь на смартфон.

Лика.

— Блядь, — игнорирую укол раздражения и лениво тянусь к аппарату.

«Неприятное послевкусие от нашей встречи. Ничего не хочешь объяснить?»

Недовольно цыкаю и вновь открываю чат с Мариной.

На часах десять утра, так что вряд ли она спит. А сообщения до сих пор висят непрочитанными, из-за чего пальцы мелко дрожат. Множество подозрением оседают горечью на стенках горла, пропитывают все вокруг осенней слякотью. Тянусь, чтобы позвонить, но в последний момент одергиваю себя.

У Марины гора рабочих обязанностей. Как ответственный сотрудник, она вряд ли сидит на совещаниях с телефоном.

Появится перерыв — ответит.

«Саш?»

Новое уведомление ослепляет.

Пора что-то решать с Ликой в срочном порядке. Руки чешутся разорвать ненужные отношения. Я не собираюсь обманывать Марину, но и подставлять отца не желаю. На время выкручусь при помощи отговорок, пока не решим проблемы с партнерами.

Марина умная девушка с карьерой, а еще очень любит родителей. Поймет, когда все объясню. Тем более что спать с Ликой я больше не собираюсь.

«Извини, принцесса, закружился. Просто загружен на работе. Ты слышала про благотворительный вечер фонда “Жизнь детям”? Поздравь, я основной подрядчик мероприятия».

Перечитываю сообщение несколько раз и, махнув рукой, отправляю. Формулировки в нем показательно сухие и формальные для меня. Но Лика не блещет ни умом, ни эмпатией. Лучше я все равно не выдам, пока в голове ворох мыслей о причине игнора со стороны любимой девушки.

«Мы с папой приглашены. Увидимся там?»

«Обязательно»

Коротко отписываюсь, а следом добавляю сердечко. Вздыхаю с облегчением. Благо, что Лика не настаивает на встрече раньше. До благотворительного вечера всего ничего, но я обязательно поговорю с отцом.

Новое сообщение вырывает облегченный вздох. С экрана улыбается Марина, которая купается в лучах солнца на поле с подсолнухами. Эту фотографию я скинул с ее телефона. Она такая яркая и нежная здесь, что на сердце теплеет.

Дебильно улыбаюсь и открываю уведомление.

«Сегодня не могу».

Тошнота подступает к горлу, и я медленно втягиваю носом воздух в попытке ее затормозить. Грызу губу в ожидании продолжения. Его нет. С трудом удерживаюсь от колкости. Сейчас побегу впереди паровоза, а у Марины там завал.

«Что-то случилось?»

«Много работы. Завершаю дела».

Одновременно проклинаю и боготворю Олега. И он, и моя девочка держат слово. Она валит из холдинга Семена Вениаминовича. К моему злорадному счастью, никто ее не удерживает там.

«Давай приеду и помогу. Работать не в состоянии, только ты в голове)».

«Нет. Я из дома. Здесь родители».

Вздыхаю с утробным рычанием.

Что это? Из-за ее родителей мы видеться не будем? Нет, нет и нет. Старый гоблин со злобной ухмылкой мне не помешает!

Немного подумав, набиваю следующее послание:

«Окей, бери ноут и гоу ко мне. Устроим коворкинг. Ты в своих делах, а я в своих. В качестве приятного бонуса накормлю обедом. И ужином. Если не съем тебя на десерт). Уж больно я голоден после вчерашнего».

«Нет».

Давлю очередной безмолвный рык и глотаю горькую слюну в попытке привести в норму расшатанные нервы. Зубы скрипят, и челюсть напрягается, а мышцы под кожей натягиваются до болезненного спазма.

Медленно выдохнув, вновь обращаюсь к окну сообщений:

«Лисенок, ты в курсе, что люди, которые находятся в отношениях, общаются?) Я очень хочу тебя увидеть, поэтому приеду и заберу. Прекрати ломаться, лучше собирайся».

Вместо уведомления о доставке высвечивается предупреждающий восклицательный знак.

«Пользователь ограничил круг лиц, которые могут отправлять ему сообщения».

От неожиданности прикусываю язык. Резкая боль простреливает в мозгу и отдается глухим хлопком в ушах.

Сука.

— Да какого хуя?! — не выдержав, ору в пустоту.

— Поругались?

Подпрыгиваю и быстро прячу смартфон от вездесущего маминого взора. Вздрагиваю, когда она подходит ближе, ставит тарелку из-под рагу в раковину. Намеренно игнорирует посудомойку, потому что любит мыть все сама.

«Меня это успокаивает», — говорит часто, когда я в очередной раз поднимаю вопрос о покупке нужной бытовой техники.

— Н-нет.

— А чего не отвечаешь?

Вновь смотрю на нее и по нейтральному выражению никак не пойму: заметила мои манипуляции или нет?

Невольно кошусь на смартфон, мысленно представляю, в каком сейчас бешенстве Саша. Такое игнорирование его царской персоны он не переживет.

— Мам, просто…

— Вы же не помолвлены, верно?

Когда она задает этот вопрос, внутри все холодеет. Растерянно хлопаю ресницами и смотрю в серые глаза, так похожие на мои. В них нет ни гнева, ни обиды на меня. Только понимание и немая поддержка, которую мама молча транслирует сквозь нежную улыбку.

Чувствую, как сердце растроганно бьется в груди, а на глазах наворачиваются слезы. Громко всхлипываю и бросаю в спасительные объятия, которые пропитаны домашней выпечкой и теплотой родной души. Проходит минута, и тело содрогается в рыданиях, потому что я не справляюсь с эмоциями.