Чтение онлайн

– Ты ведь Лиза? Я - Инна! Сашина подруга. И я о картине: согласись, чушь!

– Ну, зачем же ты так...

Так! Это что означает?

– Вот этот крючок - скрипка, представляешь? Больше похоже на крошечный гнутый гвоздь...

– Вы о чем?
– к нам подрулил Саша.

– Твоя подруга Инна, - начала каким-то странным грудным голосом Лиза, - делилась впечатлением об этой картине! Говорит, что это, как она выразилась, хрень полная. А вот я не согласна!

А?

– Ещё бы!
– восторженно отвечает Саша, - а ты что думаешь об этом?

– По-моему, это чудесно, Саша!

Что? Я сплю?

– Смотрю на эту картину и не могу оторвать взгляда... Так и слышу скрипичные звуки.

А я так и слышу скрип своих зубов.

– А я о чем!
– чересчур громко откликается Сашка, - это же некая отсылка к скрипке Пикассо! Правда, у современного автора все менее масштабно!

Я бы даже сказала менее-менее масштабно. Да я эту закарюльку еле разглядела!

– Вот! Учись, Инна, у Лизы видеть прекрасное!
– назидательно говорит Сашка и ласково щёлкает по моему носу. Как несмышленому ребёнку. На сей раз его жест не вызвал во мне никаких мурашек. Захотелось в ответ кулаком треснуть в нос обоих! Ух!

– Ладненько, вы тут восторгайтесь дальше, а я пройдусь ещё посмотрю, что тут есть. Буду выгуливать свою тёмную глупую душонку!

Фу, как бесит! Так она и слышит скрипичные звуки. Ей бы лучше скрипичным ключом по кудрявой башке!

Так я забрела в античный зал. Не скажу, что раздетые древние статуи подействовали на меня умиротворяюще. Но тут хотя бы видно - это люди! А не осьминоги со скрипками в щупальцах.

В этом зале было прохладно и немноголюдно. Поэтому я без труда заприметила уже известную ядовито-оранжевую ветровку. Кораблёв. Рядом с ним стояла хрупкая светловолосая девушка. Антон как обычно травил байки, а его спутница тихо хихикала. И если это Маринка, с которой он недавно целовался, то, значит, я её давно не видела. Как девчонка изменилась!

– Вот черт!
– прошипела я. Будет некстати, если одноклассник заметит меня. Ведь тут к гадалке не ходи, что я обо всем доложу подруге.

Я решила понаблюдать за парочкой со стороны. Вот ведь чувствовала, что он ещё тот козел! И, правда, хорош!

Я не нашла ничего более умного, чем спрятаться за статую какого-то раздетого античного мужчины. Периодически выглядывая у него из-за спины.

Антон с белобрысой ещё потоптались минут десять у каких-то древних сосудов и, наконец, перешли в зал современного искусства. Класс, кажется, меня не заметили.

– Зырянцева!
– кто-то шипит мне в ухо.

– А?
– растерянно отзываюсь я.

– У тебя гормончики заиграли что ли?
– это Сашка. Вот дурак, о чем он!
– ты чего к голому мужику пристроилась?

– Тише ты! Не привлекай ко мне внимание! А то меня вон та пожилая тетенька из зала выставит!

– И правильно сделает! Смотри, уже недобро глядит на тебя. Поди, это её ухажёр!

– Да ну тебя! Скучная выставка, я домой.

– Погоди, мы с Лизой тоже уходим, проводим тебя до остановки...

– Какая честь!
– ворчу я.

За прошедшие несколько дней погода существенно испортилась. Как только мы вышли из здания, в лицо ударил прохладный почти октябрьский ветер. На улице пахло дождем и жухлыми листьями. Лиза со смехом подхватила развивающуюся юбку. Холодный воздух оголил ее стройные длинные ноги, Сашка пялился на свою пассию с откровенным восхищением. На ступеньках я поравнялась с этой кудряшкой Сью. Боже, какая она дылда! Это при том, что мой рост тоже выше среднего. Конечно, ну, конечно она была на каблуках! Причем шла на них так плавно и уверенно, что мне ничего не оставалось, как крякнуть от зависти. Я посмотрела на свои старые пыльные конверсы и вздохнула. Наверное, пора уделять своему внешнему виду больше внимания. И мама, и Сашка всегда твердят, что мне можно и не краситься. У меня эта самая... природная красота. А бабушка обычно добавляет: 'В тебе есть порода!'. Но бабулины слова нужно делить надвое. Это же родная бабуля! Так, допустим, с косметикой мы разобрались. Но вот загвоздка: я так и не смогла вспомнить, расчесывала ли я утром волосы...

Когда мы уже стояли на остановке, Лиза пропела:

– Все-таки выставка восхитительная! К тому же, масса новых приятных дружелюбных людей! Инна, я очень рада была познакомиться с тобой!

И при этом у неё так хищно блеснули глаза, я аж невольно отпрянула. Где-то вдалеке очень кстати прогремел гром. Льстит. Врет. Не отношу себя к массе приятных и дружелюбных людей. И выставка ей вряд ли понравилась, всю свободную минуту противная подлиза не вылезала из смартфона. Вот как это называется у людей? Лицемерие или банальная вежливость? Как мне этому научиться?

– Спасибо, Лиза! Мне приятно! А ты восхитительна также, как и эта выставка! О, пока, ребята, мой транспорт!
– я сделала дурашливый книксен на прощание и припустила навстречу приближающемуся трамваю. На асфальт, в такт моим быстрым шагам, начали падать крупные дождевые капли.

Глава вторая

Осенние ливни зарядили на неделю. Поднимать себя с утра с кровати становилось все сложнее. Выходить из дома в потёмках, тащиться в школу... Раньше дорогу до ненавистного здания скрашивали разговоры с Маринкой. Она ещё та трещотка. Теперь же мне приходилось плестись одной. Марина ходила в школу в компании Кораблева. Нет, подруга пару раз предлагала идти всем вместе, мол, они с Антоном за мной с лёгкостью зайдут. Но я от этого предложения отказалась. Зачем мешать влюблённой парочке? О том, как встретила одноклассника на выставке, я Маринке рассказывать не стала. Антон вёл себя, как ни в чем не бывало, продолжал активно ухаживать за моей подругой... Я подумала, что той девчонкой с выставки могла оказаться, например, бывшая одноклассница Кораблева. Случайно встретились в зале, необязательно, что они пришли туда вместе. А я со своим стукачеством могу наломать дров. В общем, решила повременить с предположениями, но к Антону по-прежнему относилась настороженно. Не нравился он мне. И шутки у него несмешные, все ниже пояса. Не понимаю, почему он каждую перемену собирает вокруг себя столько народа.

Перед началом урока я старательно списываю у Марины физику, которую не понимаю и терпеть не могу. Марина мечтательно жуёт яблоко и украдкой поглядывает на Антона, который также как и я сдувает решение задачи у своего соседа. Вот, кстати, какая штука! Я могу взять списать лишь у Маринки, у человека, с которым одиннадцатый год сижу за одной партой, наше доверие друг к другу зарабатывалось какое-то время. Вот уж не знаю, как Маринка, она вообще-то легкая на подъем, а мне попросить списать у любого другого одноклассника просто влом. Не потому что я стесняюсь или боюсь получить отказ... Нет. Просто не хочу ни с кем лишний раз общаться. За все учебные годы мои отношения с этими ребятами не продвинулись дальше 'привет-пока'. С некоторыми даже получилось уйти 'в минус' (например, с той же Куницыной). А Кораблёв тут без году неделя, а уже со всеми на короткой ноге. Однокласснички чуть ли не дерутся между собой, кто даст Антону списать. Хитрющий балабол он. Разве мужчина должен так много болтать и балагурить?

– О чем думаешь?
– спрашиваю я мечтательную Маринку. Та краснеет.

– О глазах Антона. Интересно... У него такие светлые волосы и такие темно-карие глаза... По-моему, очень необычно...

– Ага. Это вроде называется генетическим уродством.

– Скорее, аномалией, Зырянцева, - вздыхает Маринка, - дождёшься от тебя добрых слов.

Я пожимаю плечами и продолжаю дальше переписывать домашнюю работу.

– А ты о чем думаешь, Инна?
– немного помолчав, задумчиво спрашивает Марина.

– Сейчас бы бутербродик с ветчиной...

Мои мечты о вкусной и не совсем здоровой пище прерывает звонок на урок. Однако учитель задерживается с большой перемены. У нас тут преподаватели вообще не страдают пунктуальностью.

– Мне нужно в эти выходные съездить на дачу, подготовить кое-что ко дню рождения, - говорю я, - не съездишь со мной?

– Так у тебя он только через месяц...

– Ты просто не видела фронт работы, - смеюсь я.

– Ну, тогда я - пас!
– смеётся в ответ Маринка, - а если серьёзно, то мне нужно будет у Антона спросить, вроде у нас были какие-то планы...