Чтение онлайн

— Вполне! — Чудило, был уже на взводе.

И тут Чебурашка резко соскочил с подушки, ловко юркнул к дверям и взялся лапкой за засов.

— Точно готов!? Не обманываешь!? — усомнилась ещё раз Чебурашка.

— Даже не сомневайся! Клянусь не подкачаю!

И когда Чудило был уже рядом, казалось вот-вот он схватит ушастика, как Чебурашка, распахнул дверь.

— Гена, заходи! Клиент готов! Клянётся что не подкачает! Врёт – конечно!

И о, ужас! В дверях появилась огромная зелёная морда, а за ней и весь Гена. Нет, это был не тот весёлый крокодил из мультфильма с гармошкой – это был монстр, размером с Лохнесское чудовище. На четырёх лапах он подполз к Николаю, лизнул беднягу – шершавым языком в среднее ухо, и переспросил, ибо не смотря на свои пугающие размеры, в душе Гена всё-таки оставался очень добрым, и никому на свете не желал сделать плохо:

— Так, что же, можно начинать!? Неужели готов?

А Чудила, даже не смог ничего ответить, лишь, что то промычал, головой закачал – да язык проглотил…

— Минуточку! Одну минуточку! — непонятно откуда появился Пётр Ильич Чайковский, — ну так же нельзя, Такое грандиозное событие – а вы хотите обойтись даже без элементарной музыкальной обработки!

После сказанного, маэстро взмахнул палочкой, и…

Сначала заскрипела одна скрипка, затем к ней присоединилась – скрипя вторая, а когда к скрипу первых присоединилась вся скрипично-струнная планшетка из сотни – жуть каких скрипучих музыкантов, то тут то и грянуло! И понеслось!

Тысячи гармонистов – загармонили на гармониках, Тысячи балалаечников – забалалаяли на балалайках, Тысячи барабанщиков – забарабанили в барабаньки, тысячи трубачей – вдували и выдували медь! Твою мать!

Нет, это было не Лебединое озеро, и даже не прелюдия к Орлеанской деве – это было Железное болеро! Сонет номер шесть – прошу не путать с Шанелью – той же маркировки.

И тут Николай дал дёру – прошу не путать с выражением – дал дуба, ибо всему своё время!

Он мчал во всю прыть, перепрыгивая через улицы, кварталы, реки и даже водохранилища. Сначала под ногами проскочило Мшинское непроходимое болото, затем Архангельские топи, следующей была – Гримпенская трясина, он чуть не сбил с ног сэра Генри – который выгуливал свою любимую собачку Баскервилей.

Антильские острова он даже и не заметил – перепрыгнув с одного на другой, а затем были Филлипинские острова, Бали и Гватемала – всё вокруг кишело крокодилами. А когда силы стали его оставлять – то недолго думая оставили прямо на берегу реки Нил в районе замечательной африканской республики – Уганда, население которой по статистике за восемьдесят девятый год состояло в основном из крокодилов-людоедов. Не успел Николай даже элементарно шлёпнуться в береговую лужу, как местные жители – начали с интересом к нему подползать. Давненько они не видели таких оборванцев на своей субтропической территории.

— Стойте! — выкрикнул Гена, тоже весь задыхавшийся от быстрого бега в погоне за Чудилой, — Стойте! Чужеземец прибыл к вам с доброй волей, а не ради того чтобы вы его сожрали за один присест!

И немного отдышавшись, Гена продолжил:

— Познакомьтесь! Это, между прочим – царь природы, зовут его Коля! Посетил вас с наиважнейшей миссией – имея за цель – продолжения рода африканских узкорылых крокодилов! Для, так называемого вливания свежей крови в наши ряды – дабы улучшения всеобщего генетического древа! Ура товарищи!

— Ура! — зааплодировала остальная челядь независимых узкорылых товарищей, ибо тогда уже в 1989 году, Уганда вступила в наш социалистический лагерь, и каждый гражданин этой республики – называющий себя с тех пор гордо – товарищ, старался соблюдать всеобщие лагерные порядки!

— А теперь хотелось бы послушать самого царя! — раздались интересующиеся возгласы из толпы узкорылых лагерных товарищей.

— Я собственно, я собственно! — начал Чудило свою речь из далека, и закончил, — я собственно!

— Да понятно! Чего вы ещё хотите собственно, от царской особы! Тьфу ты чёрт – особи!? — перевёл с русского на гребнисто-кайманский – товарищ Геннадий, и…

И, вторая попытка убежать, так же не увенчалась успехом, лишь Николай подумал о ней, как было уже поздно… Слишком поздно…

Но зато он от души повалялся на крокодиловой шкуре – спасая свою!

Как оказалось – это не так уж и страшно. Страшно было только в первый раз, как правило – пугает неизвестность, а потом привыкаешь, и становится – совершенно обычно.

А далее, снилось Чудиле что он снёс яичко, и закопал его в тёплый песочек на глубину пятидесяти сантиметров. Но это было уже после основной трёпки, которую он получил от узкорылых товарищей по социалистическому лагерю.

И вот минули три с половиной месяца, яичко проклюнулось – а оттуда высунулась головка малюсенького крокодильчика – очень похожего внешне на Николая.

— Глаза мои, — радостно отметил он, — и нос с горбинкой!

— Как ребёночка назовём? — спросила непонятно откуда появившаяся врач акушер, и начала заполнять – свидетельство о рождении.

— Николаем Николаевичем! — объявил счастливый Чудила.

— Как же Николаевичем? — удивилась акушер, — если папу Геннадием зовут?

— Какого такого ещё папу? — заикаясь, забормотал Николай.

— Как это какого! — да вон он, вас у дверей роддома уже дожидается.

Николай выглянул в окно и обмер. По периметру больничной площадки, с букетом цветов прохаживался тот самый крокодил Гена. Завидя в окне Чудилу, он радостно заскрипел зубами и завилял дружелюбно хвостиком. При этом сбив с ног троих пешеходов, шедших в поликлинику на утренние процедуры.

Николай попятился.

— Господи! Что это такое! Где я! Что со мною!?

А в люльке, громко, во всю глотку заорал завёрнутый в байковое одеяльце – его сынишка малюсенький зелёненький Николай Геннадьевич, только что проснувшийся!