Чтение онлайн

Не то чтобы мне было дело до орочьих дел, мне бы со своими разобраться, но этот вызывающий взгляд зацепил.

Орки хоть и именовали себя то гордыми, то великими детьми степей, но ни гордости, ни величия в них не было. Этой до величия тоже далековато, а гордость в ней была. Злая, колючая, но гордость. Зацепила, в общем. Плохо, что принадлежность к племени внешне не определить, я бы про нее тихонько разузнала. Да и случай весьма неординарный. Как бы нечего ей здесь делать ни по каким параметрам.

Орочья девчонка, замеченная, не забытая, но отодвинутая в сторону первоочередными задачами, оказала мне неожиданную услугу, косвенно, сама того не зная, но я ей на счет это записала, отблагодарю, если шанс предоставится. За возможность на вопрос генерала:

— О чем задумались, иси Эргон? — ответить со всей приписанной задумчивостью:

— О наших союзниках, ис Сурдив. Одно из племен может не явиться. Вполне вероятно, что у них большие неприятности.

Подставить племя зацепившей меня зеленокожей малявки я не боялась. Портить отношения с орками Киллитенс не станет ни по какому поводу, пока не будет взят Чарандол.

— Сведения подобного рода следует доносить своевременно, майор Эргон. Обоснуйте.

Быстро он от штатского «иси» переключился на официальные звания. И тон соответствующий, у генерала их в запасе много, на любой случай найдется. Оспаривать замечание я не стала, заслуженно получила. Таверну мы покинули и удалились прилично, экипаж уже минут десять споро катил в расположение пятого гарнизона. Для прояснения обстановки, если мое наблюдение Сурдив сочтет стоящим внимания, кому-то придется возвращаться.

— Третий костер от ворот, орк непоходного возраста. Девочка. Если у племени нет проблем, какой смысл везти ее с собой? — обосновав, я повинно склонила голову. — Приношу извинения, генерал, не сразу соотнесла увиденное…

— Покорные извинения, иси Сурдив, не забывайте: покорные.

Пропущенное в стандартной формулировке слово удостоилось внимания большего, нежели все остальное. Не первый раз. Не последний. Мельчайшие промахи с моей стороны подвергались тщательному анализу. И не надоело же! И не надоест. Подозревал генерал всех и во всем, а уж меня — особенно, на всех прилагающихся к моей персоне основаниях и обоснованиях: тугдолантка, айша, перебежчик. И подтверждение своим подозрениям искал, соответственно, в каждой мелочи, с сопутствующими проверками и испытаниями. Но лучше вот так, сразу и лично, чем высматривать дополнительную прослушку в придачу к постоянно имеющейся и таскать за собой видимых и невидимых «нюхачей», добавленных к вроде как телохранителям. Хотя одно другого не отменяет.

— Приношу покорные извинения, генерал Сурдив, — я послушно исправилась и позволила себе легкий выход за рамки официального общения, добавила со слезами в голосе и вымученно-жалобной полуулыбкой: — Устала. Трудный день сегодня, — и вновь склонила голову.

Он еще несколько секунд буровил тяжелым взглядом мою макушку, затем покровительственно, чуть ли не отечески, похлопал по плечу:

— Служба, иси Эргон, служба. Всем трудно. Отдыхайте.

Ну, служба так служба. Служебное рвение я и проявила:

— А орки?

— Не Ваша забота. Отдыхайте, иси Эргон.

Судорожно вздохнув, я приняла приказ к исполнению и вернулась к рассеянному созерцанию улиц Старого Дола. По сценарию затянувшегося уже на восемь лет спектакля их можно было только рассеянно созерцать. И думать. Не о гордой дочери степей, естественно, вряд ли мы с ней когда-либо еще встретимся. Об усатом наемнике из «Воя». Кто бы он ни был, хорошего в этом не было.

Лучшим в этой ситуации выглядел вариант с правдивостью рассказа о неизвестном киллитенском перебежчике, пусть бы и оставался себе неизвестным, его судьба меня трогала мало. Только вариант этот был самым маловероятным. Сурдив не зря сделал стойку на необычное выражение, не отличались вояки Киллитенса буйной фантазией в изобретении ругательств. Комбинировать устоявшиеся — это да, это могли. А такие, по сути, ругательствами не являющиеся — не их стиль. На то, что затесался в ряды армии какой-то оригинал, полностью совпавший в оригинальности с моим другом, я отводила не больше одного шанса из ста.

Вариант, что перебежка стала прикрытием и попыткой вытащить проваленную операцию внедрения, тянул шансов на пятьдесят, был страшен и заставлял тоскливо сжиматься сердце. Если это так, то лапах наемников Черного корпуса погиб Райнар Льянс, наш Райн. Убивали его долго и жестоко, я знала, как умеют пытать чернокорпы, видела, что остается от человека после их «расколки». Мы все знали, на что шли, знали, что в случае провала легко уйти за Грань не дадут никому, но… Страшно и больно. Страшно уходить так. Больно узнавать, что так ушел друг.

Третий вариант — операция внедрения идет сейчас. И тогда всего один вопрос: какой идиот ее разрабатывал. Начинать внедрение с ссоры со Скользкой Кли, зарисоваться перед Сурдивом и подавать мне знаки напоминанием излюбленных выражений из школьных времен, никоим образом не вписывающихся в образ киллитенского вояки… И все это в Старом Доле с его цепями-привязками и отрицательным фоном, урезающим силу айш чуть ли не втрое. Полный хлит! Или я чего-то не знаю, не понимаю? Совершенно точно я понимала пока одно, что не понимаю, как обошли языковой барьер во втором и третьем варианте.

И вариант четвертый. Опять-таки связанный с провалом Льянса или предательством кого-то, кто знал обо мне и нашей дружбе, или еще какой утечкой информации из разведки Тугдоланта. Очередная проверка для меня. В нее укладывалось почти все, от Скользкой Кли, привлеченной для привлечения внимания и не ушедшей вопреки своему обыкновению, до приказа генерала составить ей компанию и крайне своевременного появления. И также крайне подходящее время и обстоятельства. Многочасовые переговоры, касающиеся Лефлана, вымотанность после них, магическая, физическая и моральная, и все тот же Старый Дол, ограничивающий силы и свободу. Предложи мне выбор, я бы остановилась на этом варианте, он оставлял надежду, что Райн жив и, может, даже спокойно работает где-то, если нашу работу можно назвать спокойной, а с проверкой я разберусь, и откуда слив прошел, выяснить попытаюсь. Было бы отлично, но в эту стройную схему не укладывалась одна деталь: многоцветная нить ментальной связи. Абсолютно не укладывалась.

От имеющихся в распоряжении скудных данных глупо ждать существенного результата, только такого, поверхностного и расплывчатого, не занявшего и половины короткой дороги до гарнизонной базы. Вторую половину я искала в памяти возможные упущенные детали, крошечные зацепки, все, что могло помочь. Лучше всего помог бы честный разговор с усачом из «Воя». Я бы у него спросила, кто он и что тут делает, и он немедленно выложил всю правду, без обиняков и экивоков. А генерал скромно постоял в сторонке, не мешая задушевной беседе. Прелесть же! Все взаимно довольны. Увы, как минимум одного, с таким раскладом несогласного, я точно знала. Сидел напротив и щеку мне глазами мозолил. Наверное, тоже ждал, что я без экивоков и обиняков поведаю ему… Много чего поведаю. Ждал он этого давно, с первого дня нашего знакомства, и при желании получить свои ответы мог в любой момент, умельцы задавать вопросы имелись не только в Черном корпусе. Мог, но не мог. Пока я ему была нужна. Пока не появится полноценно действующий переводящий артефакт или другая айша-переводчица, готовая сотрудничать с Киллитенсом. Вот тогда он спросит все, что уже спрашивал, но по-другому. А до той поры вынужден терзаться подозрениями и проявлять заботу о ценном кадре.

— Иси Эргон, у Вас двадцать часов на восстановление. Отправляйтесь спать, это приказ.

Раз «иси», с приказом можно немного поспорить, статус обязательного к немедленному исполнению он не имеет.

— Позволю себе отложить выполнение приказа, ис Сурдив. Одного сна для восстановления мне недостаточно.

Генерал бровями изобразил разом недовольство и удивление моим неподчинением. Изобразил. Прекрасно все понял. Это он за время переговоров успел десять раз неплохо так перекусить, в моем меню за прошедшие сутки пребывал лишь недопитый чай. Ждет, что выпрошу посещение гарнизонной столовой? Офицерское отделение в ней отделялось от солдатского тонкой перегородкой с односторонней заглушкой, слушать, о чем болтают рядовые, входило в обязанности командирского состава. Сегодня я бы тоже послушала. Не могла остаться без обсуждения стычка чернокорпа и Скользкой Кли, хотя бы узнала кто он, в их понимании и, возможно, реальности. Но нет. Нельзя. Нельзя не разочаровать ожидания недоверчивого начальства.