Чтение онлайн

— Прошу разрешения в порядке исключения доставить обед в мои покои.

«Покои» применительно к помещениям отведенным под мое проживание звучали громко. Крохотная комнатушка, где едва умещались кровать, узкий шкаф и половина письменного стола, во второй своей половине стилизованного под камин гением неизвестного мастера, и прилегающие к комнате еще более крошечная ванная и довольно просторная прихожая. Но общение у нас великосветское, при дворе императора бываем как-никак, потому созерцаем и живем в покоях. Если не по Уставу.

Разочаровать генерала получилось. Как ни скрывал, а в глазах мелькнуло. Еще один плюс в пользу варианта с проверкой. И туда же его настоятельно-наставительное:

— Не стоит нарушать заведенные порядки и подавать дурной пример рядовому составу, майор Эргон. Принятие пищи в расположении гарнизона происходит строго в отведенных для этого местах. Выполняйте.

— Выполняю.

Продолжать его дразнить я не собиралась, отдан был приказ «спать», вот в том направлении и направилась, выбравшись из экипажа. Взбрести в генеральскую голову могло что угодно, кроме забывчивости. Догнавшее на середине пути:

— К месту принятия пищи, майор Эргон! — прозвучавшее с плохо подавленным раздражением было тому лишним подтверждением.

Собирался бы исправить собственный промах, окликнул раньше, не дожидаясь, что миную половину маршрута. Я развернулась на месте и пошла в противоположную сторону.

В офицерском отделении ошивалось человек десять, все из младшего состава, никого знакомого. В принципе, неплохо. На общение, даже самое примитивное, сил почти не было. А за перегородкой оказалось на удивление многолюдно. Интересно, это из-за меня завтрак сместили или обед подвинули? Ни то, ни другое в это время не попадало. Все-таки проверка? Хорошо, пусть.

Себе обед я собрала из готовых блюд, не до заказных изысков, хотя они давали мне законное право задержаться здесь подольше. И законное право генералу счесть это признаком моего желания задержаться здесь подольше. Незачем. Быстро поесть, услышать, что успею, и уходить.

Услышать я успела красочный пересказ событий в «Вое» в трех версиях, достаточно близких между собой, несколько анекдотов, пару баек, ходивших по всем фронтам, но случившихся именно с рассказчиками, и:

— Представить не мог, что в этой бэсовой глуши можно встретить такую красавицу. Разрешите представиться, капрал второго круга Синтин Стевнив. Могу ли узнать Ваше имя, прекрасная дама?

Вот только этого мне сегодня и не хватало. Для полного комплекта.

— Майор Эргон, личный переводчик главнокомандующего сводных армий Киллитенса генерала Сурдива.

— О! Майор! Не верю своим ушам! Вы слишком молоды и прекрасны для такого звания. И Вы не назвали имя.

Хлит! Он тупой, наглый или сегодня день массового помешательства? Все, что следовало после «майора», не понял? Ах, да, ушам не поверил. Ну… его проблемы. Разбираться со своими ушами капрала я оставила, не удостоив ответом.

Сколько гарнизонов мы объездили, но коменданта, более любезного, чем был в пятом, мне не встречалось. Галантный до безобразия. Ни за что не позволит даме утруждать себя лишними действиями, равно как и мучиться непониманием. Вот, опять позаботился. Разграфленный листок с перечнем стоимости «следилок» и суммой штрафа за порчу казенного имущества не просто на камино-стол пристроил, а еще и подсветил, чтобы гарантированно заметила. Прочие коменданты до такой любезности не снисходили, молча вычитали из жалованья все причитающееся.

Следящие артефакты в комнатах, где случалось проживать, я обычно не трогала, а вот в ванной… И знали ведь, но упорно ставили, регулярно заменяли сожженные и возмущались лишь первые года два. В общем, нашли источник пополнения казны. В соответствии с ценником пополнила я ее еще на пятьсот двадцать пять ксетов: триста пятнадцать за три «следилки» и двести десять — штраф.

Принятие ванны окончательно разморило, мысли путались, глаза закрывались. Мне бы сейчас выспаться и обдумать все на свежую голову, но эти путающиеся мысли заснуть не давали и вопросы в уставшую голову лезли с упрямством не меньшим, чем у «нюхачей» второго отдела, увешивающих мои «покои» новейшими достижениями следящей магии. Один из вопросов, кстати, почему сегодня навесили не самые крутые. Если меня проверяют, логично подсунуть нечто более солидное, нежели варианты, перечисленные в списке коменданта. Что бы это значило? Список старый и комендант не в курсе обновления? Тогда выходит, что проверка спонтанная, спровоцированная усачом из «Воя», и это хуже, чем плановая.

Кто он, скрывающийся или не скрывающийся под образом наемника Черного корпуса? Услышанное за время обеда добавило только имя вкупе с прозвищем: Лидрон хромоног. Хромоты я не приметила, но в его пьяной походке трудно… Хотя нет, легкую можно было не приметить, а серьезная не могла не проявиться. Впрочем, в прозвищах наемников не всегда стоило искать прямые указания на что-либо. Он мог хромать когда-то в прошлом или совсем не хромать, а обеспечивать это другим, или хромала его лошадь, или прозвище вытекало из фамилии. В любом случае, мне оно пока мало что давало. Мне пока все давало крайне мало.

Четыре лежащих на поверхности варианта с разной степенью допустимости, минимум фактов, минимум возможностей получить факты и повышение без того повышенного внимания ко мне, сводящее минимум к нулю. Ситуация — блеск. Хотя с вниманием тоже не все ясно. Оно есть или я себя убедила, что оно есть, потому что вариант проверки мне нравится больше остальных? Нравится… Даже звучит странно, мягко говоря. А не мягко — полный хлит. Выбирать лучшее из худшего. Ладно, не привыкать. Не первый раз, не последний.

А вариант, что это все же внедрение, — двойной блеск и двойной полный хлит. Кто бы ни пришел под обличием наемника, Скользкую Кли он сумел разозлить не на шутку. Хуже, чем совсем паршиво. Не знал? Недооценивал? Внешность у Мэкр обманчива, непосвященному поверить, что тощая невзрачная девица способна справиться со здоровенным мужиком, непросто. А те, кто его готовил, тоже не знали? Абсурд. Даже не из-за того, что сведения о ней я передавала неоднократно, «слава» Кли бежала впереди нее. Она была абсолютно бесстрашна, этого не отнять, сражалась наравне… круче многих, раненных за собой не оставляла, добивала сразу или возвращалась, если добить сразу что-то помешало. Стрелковым оружием владела неплохо, холодным — виртуозно, предпочитала кинжалы, особенно, стилеты. И прогулки по улицам взятых городов. Старики, дети, женщины, для нее не имело значения, кто станет очередной жертвой, просто выбирала какую-то примету: светлые волосы или низкий рост, или одежда определенного цвета, что угодно, рожденное ее фантазией, и шла искать подходящего.

Свои же сослуживцы Клидисту боялись, ненавидели и боялись ненавидеть. Тыловой гарнизон или воинская часть на передовой, где оседала сержант второго круга Мэкр, не могли дождаться, когда ею «осчастливят» кого-нибудь другого, или что шальная пуля догонит не знающую жалости ни к чужим, ни к своим убийцу. И Скользкой ее прозвали не зря, все давно сбились со счета из скольких засад Кли выскользнула.

Не то, чтобы я не верила в наших ребят, готовили в школе на совесть и слабых в ней просто не держали, но с Клидистой все было не просто. Она не чила и не айша, о чем бесконечно сожалеет. Одноцветка, магия руды с перекосом в металлы, и бешеный потенциал. Действительно бешеный. Абсолютно нереальный для человека. Его пытались объяснить постоянно носимыми накопителями из прямого крионила. Достойное объяснение, если не учитывать, что Мэкр их не носит. Я смотрела при каждой встрече, а встречались мы в самой разной обстановке, ни малейшего намека на крионил. И ни одного выжившего из тех, кому она самолично вынесла приговор.