Чтение онлайн

голову и окидывали нас глубоким печальным взглядом. В этот

момент они казались нам неописуемо красивыми.

Вечером 5 мая океанский лед впервые послал нам слова

приветствия. Мы только уселись за стол в своем маленьком домике,

как внезапно услышали некий своеобразный звук. Он

напоминал сильный гром, который на секунду замирал, с тем чтобы

разразиться с новой силой. Мы быстро надели шубы и, выйдя

за дверь, стали свидетелями одного из самых потрясающих

явлений природы.

Внизу на южном берегу маленького полуострова возникла

ледяная стена высотой больше 50 футов. Она вытянулась в

длину с севера на юг примерно на одну английскую милю. Вся стена

целиком двигалась на нас и наступала на косу как единая волна.

С вершины этой волны скатывались на наш маленький полуостров

ледяные глыбы, вес которых должен был измеряться многими

тоннами. Одновременно раздавались треск и грохот, от которых

дрожал воздух. Грохот доносился с севера, где, по-видимому,

на кромку льда налетал страшнейший ураган. Это было

гигантское столпотворение. Бушевали силы неведомой мощи.

Когда угол давления изменился, изменилось и направление

движения гигантской ледовой волны в верхней ее части.

Захваченные необычным зрелищем, мы на почтительном

расстоянии наблюдали, как все ближе и ближе с ужасающим

грохотом подвигается ожившая стена. Невольно думалось о том, что

случится, если эта стена на своем пути налетит на нашу

маленькую косу. Значительная часть полуострова была уже погребена

подо льдами. Та же судьба могла постигнуть и наш маленький

клочок земли с домиками и всем, находящимся на нем. В

подобном случае мы разделили бы участь мамонтов—были бы надежно

сохранены под толщей льда для изысканий грядущих поколений.

Страшный напор продолжался, ледяная стена по всей своей

длине уже вторглась на сушу метров на тридцать.

На отдельных участках высота громоздящихся льдов

превышала 50 футов. Там, где торошение было особенно сильным,

от страшного давления срывались громадные

кристально-прозрачные глыбы льда с легкостью, будто это были капли пены.

Однако ледяная стена остановилась так же внезапно, как

начала двигаться. Ледяные глыбы замерли подобно горам

позади нас и лежали неподвижно, как будто находились тут от

сотворения мира. Но вдали, на ледяном валу, где раньше все было

тихо, вновь возникло беспокойное движение и возобновилось

наступление на наши домики. Так повторялось неоднократно.

Через два часа с берега уже нельзя было наблюдать прежнего

величественного зрелища. Ледяная стена неподвижно застыла

и заслонила вид на море, но до нас доносился грохот

громоздившихся друг на друга льдов в океане. Однако и он тоже

постепенно слабел, пока совсем не замер.

На следующий день опять было прлярное сияние,' которое

началось в 6 часов вечера дугой на севере. Центр дуги

располагался на 3 градуса выше горизонта, радиус ее был очень велик.

Наружная часть едва светилась, свет и окраска по направлению

к центру усиливались.

Длинные лучи света можно было бы сравнить, хотя они

и не издавали ни малейшего звука, с органными

трубами—двигались вверх и вниз как в фантасмагории. С северной стороны

лучи не доходили до зенита на 15°, на востоке они были

ограничены Юпитером, на западе—Сириусом. Сияние закончилось

в 7 ч. 30 м., достигнув наибольшей интенсивности в 6 ч. 15 м.

Удивительно, что несколько маленьких пингвинов еще не

улетело. Но с каждым днем их становилось все меньше; они имели

беспокойный вид и вели себя как запоздалые путники.

Тюленей на берегу также почти не видно, это были главным

образом Leptonychotes. Вечером 15 мая явились три наших

англичанина и сообщили, что на льду к северу от лагеря они слышали

какие то странные звуки. При ближайшем ознакомлении мы

выяснили, что это была молодая тюленья самка,

принадлежащая к тому виду тюленей, которые издают звуки,

напоминающие игру на флейте. Тюлень имел в длину 5 футов.

В этот день солнце перед тем, как исчезнуть, послало нам

последний привет. Оно выглядело как огромный красный

эллипс, пылавший на северо-западе; очертания его постепенно ме*

нялись, пока оно не приобрело четырехугольную форму.

Угасающий день был залит, казалось, все нарастающим

великолепием красок. Позже краски заката стали еще богаче и тоньше.

Эта прекрасная картина неизгладимо врезалась в нашу

память и помогала пережить наступившие темные холодные

ночи. День 15 мая 1899 года закончился как бы торжественным

обещанием, что ясные дни и солнечное сияние наступят снова;

это должно было поддерживать наши надежды на протяжении

71 темных суток. Лишь 27 июля снова заблестели пики гор

в лучах восходящего солнца. Но и тогда нам долго еще

приходилось довольствоваться созерцанием освещенных дневным

светом ледяных вершин; на берегу же свет появился только

тогда, когда солнце с севера окончательно прогнало тьму.

Стоял канун зимы. После того как солнце покинуло нас,

температура воздуха быстро понижалась и холод ощущался

сильнее. Когда же и впрямь наступила зима, то из-за стужи

записывать показания приборов стало очень трудно.

Приходилось снимать перчатки, а, когда руки соприкасались с

металлом, кожа пальцев прилипала к инструментам.

Хуже всего доставалось, наверно, магнитологам. Колбек