Чтение онлайн

прибытия «Южного Креста». Но где было судно? Как сложилась

его судьба за этот год? Мы воочию убедились, что с помощью

весельных и парусных лодок не сможем далеко проникнуть

в Южный Ледовитый океан. Пока что разбили лагерь на

неподвижном как суша ледяном полуострове и стали наблюдать

за движением льдин.

Вскоре собаки, лапландцы и я были поражены тем, что

из воды в нескольких футах от нас внезапно вынырнул огромный

голубой кит и стал, фыркая и пыхтя, барахтаться в одной из узких

расселин ледяного выступа, на котором мы расположились.

Мы не ждали ничего плохого, но животное вдруг засопело

с такой силой, что все кругом заколебалось. Лапландец выронил

жестяную кружку с горячим кофе на одну из собак, я перевернул

спиртовку. Прежде чем мы успели привести в порядок свои

мысли и свои кухонные принадлежности, кит опять ушел под

воду. При этом сначала медленно и бесшумно поднялись в воздух

его большие задние плавники. Затем он описал в воде широкую

дугу и глубоко нырнул своим огромным неповоротливым серым

телом, увлекая за собой водяные массы. На поверхности воды

осталось темное сверкающее жирное пятно. Собака, на которую

был пролит горячий кофе, своим воем заглушала всех остальных

собак.

На следующий день мы пустились в обратный путь.

Приблизительно в 10 милях от лагеря нам попался

прекрасный экземпляр императорского пингвина (Aptenodytes Forsterii),

Он был несколько выше 4 футов. Охота на него была очень

занятна, хотя я и не сразу присоединился к ней. Навстречу

императорскому пингвину, который гордо ступал по гладкой

поверхности льда, пошел лапландец Муст. Оба они, казавшиеся

почти одинакового роста, все больше приближались друг к другу.

Каждый момент я ждал, что пингвин почует недоброе, но, видимо,

он был чересчур поражен тем, что видел перед собой, и решил

прежде всего как следует изучить лапландца. Так или иначе,

он ни единым звуком не решался спугнуть то непонятное

существо, которое к нему приближалось.

И вот они оба оказались на расстоянии друг от друга не больше

трех метров.

Лапландец остановился, пингвин последовал его примеру.

Лапландец стал на четвереньки, чтобы схватить пингвина, если

тот подойдет ближе, за черные лапы. Пингвин действительно

продолжал идти вперед навстречу лапландцу. Или он тоже

возымел желание схватить непонятного чужака за ноги и доставить

в свой пингвиний музей, или же разгадал коварный план

лапландца, но пингвин оставался фактически в недосягаемости для

Муста, стоя перед ним с философским видом и задумчиво

рассматривая его лапландскую обувь.

Быстрым движением лапландцу удалось схватить

императорского пингвина за одну ногу, так что птица рухнула на землю.

И тут началась потасовка.

Пингвин вовсю отбивался лапами. Прошло немного времени,

и оба они—лапландец и пингвин—были покрыты кровью. Птица

крепко била ногами по льду и по рукам Муста и таскала

противника за собою по кругу на гладком льду, вместе с тем они все

больше приближались к открытому разводью, из которого

пингвин, вероятно, и вылез... Было ясно, что Мусту одному с ним

не справиться.

Увидев, что лапландец завладел ногой пингвина, я

немедля бросился на помощь. К сожалению, прибыл я на поле боя

слишком поздно. Пингвин так близко подтащил Муста к

разводью, что тот вынужден был его выпустить. К моменту моего

появления пингвин успел опять вынырнуть с довольным видом

из глубины и торжествующе посмотрел на нас.

Лишь только мы вернулись к саням, как пингвин опять вышел

из воды на край льда и с еще большим интересом уставился

на нас. Однако теперь, осторожности ради, он держался гораздо

ближе к полынье.

Различными способами, но безуспешно пробовали мы

отрезать его от воды. Стоило нам чересчур приблизиться к нему,

как он опять нырял. В конце концов мы спрятались за кучей

льда и наблюдали за пингвином, который, как мы и подозревали,

был порядком-таки любопытен.

Он, вероятно, подумал, что мы нашли отверстие во льду

и нырнули в воду, и из чисто научного интереса хотел выяснить,

куда мы девались. Он все таращил и таращил глаза, но мы

бесшумно сидели за кучей льда.

Затем он начал искать нас между нагромождениями льдин.

Лапландец использовал первый удобный момент, чтобы

выскочить сбоку на него. Тут началась дикая погоня, точнее не погоня,

а отчаянный бег взапуски по направлению к полынье.

Лед был гладок, как зеркало. Пингвин немедля бросился

плашмя и с быстротой молнии заскользил по блестящему снегу.

Всегда, когда их преследуют, пингвины применяют этот способ

передвижения. Несколько раз нам чуть не удавалось его

поймать, но он ловким движением увертывался от нас, а мы

скользили и падали на гладком льду... Так продолжалось до тех пор,

пока пингвин прежде нас не достиг разводья и не скрылся из

глаз.

Разочарованные, но в то же время заинтересованные, мы

прошли примерно еще три английские мили по дороге к лагерю.

И вдруг недалеко от нас пингвин вынырнул опять из узкой

полыньи. Ему как будто был известен наш маршрут!

Самоуверенно выпрямившись во весь рост, он опять стоял перед

нами.

На этот раз пингвин не ушел от нас. Мы застрелили его

из моего мелкокалиберного ружья. Следы рук, оставшиеся на его

лапах, позволяли не сомневаться, что это та же самая птица.

Вскоре после того, как мы заполучили этот прекрасный