Чтение онлайн

На мысе Адэр мы застали всех обитателей дома крепко

спящими. Савио и я тихонько добрались до своих коек и скоро

заснули с приятным сознанием, что счастливо избегли немалых

опасностей и что позади остался день, полный приключений.

Во сне еще развертывалось передо мной все красочное

великолепие полярной ночи, когда я проснулся внезапно от того,

что кто-то изо всей силы ударил кулаком по большому столу

и громовой голос наполнил домик:

— Принимай почту!

Это был капитан Йенсен.

Первым из нас встретил капитана Йенсена Кольбейн Элефсен.

Он вышел рано утром наколоть из старого ящика щепы для

растопки кухонной печи. В это время он увидел очертания чего-

то «высокого», приближавшегося к нему с севера. Это «нечто»

выглядело наподобие императорского пингвина.

Кольбейн Элефсен вглядывался изо всех сил. Он тер себе

глаза и снова глядел. Любопытство его нарастало. Что это такое?

Пингвин ли это? Нет, это было больше, гораздо больше самого

большого пингвина, какого ему приходилось видеть.

Изумление его с минуты на минуту росло.

Во имя всего святого, что бы это могло быть? Пингвин или

человек? Восемь остальных членов нашей компании лежали

в домике на своих койках. Ни одним из них «это» не могло

быть.

Но кто же это в таком случае? Десятый—Гансон—лежал

высоко на холме... У Кольбейна помутилось в голове; уж не во

сне ли он это видит? Наиболее вероятное объяснение казалось

наименее правдоподобным, более того, немыслимым. «Южный

Крест», о судьбе которого мы гадали месяцами, нигде не был

виден.

Человек? Но человек, не принадлежащий к числу восьми его

товарищей...

И внезапно все стало ясно. Тот, кто приближался к Элефсе-

ну, был капитаном Йенсеном. Элефсен бросился ему навстречу,

они обменялись рукопожатием.

— Все живы?

— Нет.

— Кого потеряли?

— Гансона.

И Йенсен, неся за плечами мешок с почтой, быстро вошел

в домик.

Во взоре Йенсена я прочитал сразу, что на судне все в

порядке и что он не принес никаких дурных вестей. С того времени,

как мы расстались, с судном никаких неприятностей не было.

Хотя команде и пришлось за эти месяцы сильно страдать от

мороза и непогоды, но все остались в живых.

«Южный Крест» остановился к северу от пояса льдов.

Капитан Йенсен и матрос Ингвар Самуэльсен добрались до берегового

припая на вельботе. Самуэльсен остался на берегу с лодкой,

а капитан Йенсен стоял перед нами бодрый и здоровый, имея

при себе почту из Европы.

Все было высыпано на стол. Перед нами предстали письма

и газеты, полные новостей из внешнего мира.

Англичане воевали с бурами—английские газеты были

переполнены военными сводками.

Затем каждый со своими письмами удалился к себе в

угол.

Восстанавливать ход событий в их последовательности было

невозможно. Сперва мы узнавали о том, что случилось в

последнюю очередь: читая сначала о результатах, а после о том, что

их породило.

Как много изменилось за год! Как быстро текут события!

Человеку нужно быть отрезанным от культурного мира на

некоторое время, лишь тогда он может обнаружить

головокружительный бег истории.

Пока каждый из нас в своем узком кругу созерцает

ежедневные события, кажется, что все они имеют огромное значение.

Но при этом от нас ускользает самое важное—основная

тенденция, та конечная цель, к которой стремится и которую

подготовляет множество мелких событий. Крупные вехи истории

нам часто становятся понятны лишь многие годы спустя. И

когда промежуточные звенья исчезают из памяти, нам

кажется, что произошел скачок от того, что было, к тому, что

стало.

Именно так и получилось с нами.

Мы оказались в мире, куда не доходили сведения о

ежедневном ходе событий. Окружавшие нас скалы, ледники,

проявления южнополярной жизни несли на себе следы огромных

изменений, происшедших на протяжении времен. Но каждая

ступень измерялась здесь тысячелетиями.

Это различие в темпах развития в старом мире и в том новом

мире, где мы находились, необычайно резко бросилось мне

в глаза, когда 28 февраля 1900 года по нашему летосчислению

мы разбирали почту, впервые поступившую на южнополярный

континент.

События, казавшиеся многим обитателям земного шара

грандиозными и захватывающими историческими поворотами,—

что они значили в сравнении с тем, о чем повествовал великий

южнополярный континент? С тем, о чем гласили вершины этих

гор, ледники, фауна морская, воздушная и наземная, с итогами

тех геологических эпох, рядом с которыми бытие человека

кажется не длиннее, чем жизнь мухи-поденки.

Что имеет в этом мире ценность для человека, если

результаты его труда, его жажда познаний переходят по наследству

к новому поколению поденок.

Что же имеет ценность?

— Работа!

Вселенная меняется непрестанно, и непрерывно расширяется

поле для работы. Каждое открытие—это ворота в новую область

исследований, это стимул для дальнейшей деятельности человека.

В большинстве своем мы получили хорошие вести, но кое-

кто получил и удручающие. Умерли родные, желавшие

счастливого пути при нашем отъезде из Норвегии. В нашу маленькую

колонию вторглась далекая жизнь, состоящая всегда из