Чтение онлайн

что. Мы могли бы пробиться сквозь эту стену с таким же

успехом, как проплыть на парусах сквозь утесы Дувра».

После этих слов, которые на протяжении 59 лет преграждали

науке путь на великий таинственный континент Южного

полюса, адмирал Росс описывает впечатление, произведенное

могучими вулканами в 1841 году:

«В четыре часа пополудни вулкан Эребус извергал дым и

пламя в необычном количестве и представлял величественное

зрелище. Столбы дыма выбрасывались со страшной силой. Это

были как бы огромные колонны, поднимавшиеся над отверстием

кратера на 1500—2000 футов. В результате процесса

конденсации в верхних слоях образовывался снег и туман и облако

дыма постепенно рассеивалось.

Примерно каждые полчаса повторялось это изумительное

зрелище, но промежутки между последовательными вспышками

в общем не были равномерными.

Поперечник отдельной колонны дыма составлял от 2 до

300 футов. Столбы дыма были так близко к нам, что каждый раз

мы могли точно определить их диаметр. Когда дым относило

в сторону, можно было видеть огонь в кратере...»

«Часть суши между мысом Крозье и мысом Берд, на которой

находятся Эребус и Террор, кажется островом».

То же впечатление, которое оба могучих вулкана произвели

на Росса 59 лет назад, производили теперь и на нас в тот момент,

когда они, полностью открылись нашим жадным взорам.

В полночь 9-го числа, как раз, когда мы проходили мимо

мыса Крозье, тучи над вулканами разошлись, и они предстали

во всем своем подавляющем величии.

Перед нами, правда на очень короткий срок, открылась

картина того, что находилось на юго-западе. На переднем плане

могучие белоснежные вершины вулканов, поднимавшиеся на

3000—4000 метров из кристально-прозрачного голубого моря.

В чистом полярном воздухе вырисовывались резкие очертания

скал, которые с той же четкостью отражались в море. На западе

на самом горизонте мы видели высокие розовато-красные горы.

На юго-востоке было видно начало знаменитого ледяного барьера.

Он тянулся от мыса Крозье до самого горизонта, где терялся

в море в виде белой полоски.

Высота бледно-голубой стены составляла у подножия вулкана

Террор приблизительно 70 метров, на юго-запад она постепенно

понижалась до 30 метров над уровнем моря.

Высоту вулкана трудно было точно определить;

непрерывный белый склон плохо поддавался измерению. Кроме того,

у нас было мало времени для наблюдений. Однако, несомненно,

что Террор достигает в высоту около 3000 метров; кратер Эре-

<буса лежит приблизительно в 4000 метрах от уровня моря.

Обе горы имели вплоть до вершины ледяной покров.

Оба вулкана, лежавших перед нами в светлой полярной

ночи, представляли картину, величественней которой ничего

нельзя себе представить. Столбы густого дыма выбрасывались из

Зребуса со страшной силой и говорили о том, что работа в

лодземных мастерских природы идет полным ходом.

Открывшиеся нам здесь на краю земли пустынные области после последних

крупных потрясений находились в процессе преобразования,

•совершавшемся безостановочно.

К востоку от вулкана Террор мы видели много невысоких

гор. По-видимому, это были самостоятельные маленькие

кратеры, действовавшие, наверно, некогда одновременно с

вулканом Террор. Они служили своего рода предохранительными

клапанами, когда в горловине большого кратера, до краев

наполненного расплавленной лавой, развивалось чрезмерно большое

давление на стенки. Мы все потрясенные стояли молча на

палубе «Южного Креста» и рассматривали эту редкую картину,

в то время как судно медленно скользило по поверхности

темного и тихого Ледовитого океана.

Мы исполнены были преклонения перед безмерными, вечно

таинственными силами. Созерцая эти дымящиеся гигантские

мастерские, в которых природа даже среди вечных снегов

и льдов продолжала творить свою работу, призвав себе на

помощь из земных недр немеркнущее пламя огня, мы торжественно

склонились перед ее беспредельными и безграничными силами.

Для чего, в каких целях совершалось все это? Кто может

все это знать!

С вершин обоих гигантов, скованных льдом, к нам долетали

глухие звуки, внушавшие людям благоговейный трепет. Оба

великана высоко вздымались к небу в своем гордом

одиночестве, равнодушные к утлому суденышку, проходившему, не

оставляя следов, где-то у их подножия.

Но на восточном небосклоне разгорался свет; ночные

картины исчезали, и «Южный Крест» под ритмичные удары машины

устремлялся вперед в новые районы, навстречу новым чудесам

природы, на которые пытается пролить свой первый слабый

свет человеческая наука.

С утра 10 февраля все наше внимание было приковано к Be-

ликому ледяному барьеру, который в небольшом отдалении стал

ясно виден теперь. Мне сразу же бросилось в глаза, как сильна

напоминал он наружную стенку ледниковых языков,

спускавшихся в бухту Робертсон.

Правда, этот ледяной барьер был несколько выше, и, как.

раз в том месте, где мы находились, он преграждал путь на юг.

Высоту Барьера существенно увеличивал сток в море ледника,

лежавшего меж вулканами Эребус и Террор, но, как уже

упоминалось, высота Барьера к востоку резко понижалась (с 20О

до 100 футов).

Мне тотчас стало понятно, что этот знаменитый ледяной

барьер, скрывающий от людей тайны Южного полюса, не что

иное, как самая крайняя оконечность гигантского ледника,

текущего от Южного полюса к северу.