Уайт-Ривер в огне
Шрифт:
— А жена Джордана?
— Отказалась говорить с Терлоком, — Торрес помедлил. — Некоторые здесь считают нас оккупационной армией.
— Вообще-то, я сегодня с ней разговаривал.
— Как вам это удалось?
— Сказал, что, по моему мнению, к убийству причастен кто-то из правоохранителей. Идея пришлась ей по душе.
— Не сомневаюсь. Она сказала что-то полезное?
— Довольно ясно дала понять: у Марселя был роман с Блейз Джексон. И что Блейз — крайне неприятная персона.
— Подождите, секунду.
Гурни расслышал приглушённые голоса на фоне. Когда Торрес вернулся, голос у него оживился:
— Это Шелби Таунс. Пара ботинок, найденных в хижине, идеально совпадает со следами на лестнице в доме на Поултер-стрит.
— Терлока или Бекерта? Или она смогла определить?
— Терлока. По размеру. Похоже, он и был стрелком в Лумиса. Всё сходится, так что… Извините, ещё на секунду.
Ещё короткая пауза — и Торрес опять в линии:
— Шелби говорит: отпечатки пальцев Кори Пейна — на всех патронах, что вы нашли вместе с винтовкой.
— Это соответствует его рассказу о помощи отцу в перезарядке. Есть ещё новости?
— Разве что окружной прокурор будет сегодня вечером в «Последних новостях».
— Это у RAM?
— Сегодня у них флагман — «Поле битвы Рэма». Должно быть интересно посмотреть, как Клайн объяснит превращение своего богоподобного героя в дьявола за одну ночь.
Гурни согласился. Раз уж Клайн не мог вечно держать прессу на расстоянии, он, очевидно, решил влезть обеими ногами — в отчаянной попытке перехватить управление повествованием.
47.
Без четверти шесть Гурни открыл ноутбук и зашёл на сайт RAM. Пока страница грузилась, его внимание привлекло пятно цвета фуксии за окном кабинета — движущееся по верхушке горного луга. Он понял: Мадлен в своей яркой ветровке косит траву на полосе между пастбищем и лесом. Он проводил взглядом, как она выкатила газонокосилку на дорожку к дому. Затем перешёл на вкладку «Прямая трансляция» и нажал «Смотреть сейчас». Через мгновение экран залили ярко-синие слова на чёрном фоне:
ОПЕРАТИВНЫЕ СВОДКИ НОВОСТЕЙ
СПЕЦИАЛЬНЫЙ ВЫПУСК
ЧТО ВАМ НУЖНО ЗНАТЬ СЕЙЧАС
Слова разлетелись на осколки, затем слились в новый заголовок:
ОХОТНИК СТАНОВИТСЯ ПРЕСЛЕДУЕМЫМ В ОШЕЛОМЛЯЮЩЕМ ПЕРЕВОРОТЕ
И этот слоган взорвался, чтобы сложиться в следующий:
ГЛАВНЫЙ ПОЛИЦЕЙСКИЙ ТЕПЕРЬ ГЛАВНЫЙ ПОДОЗРЕВАЕМЫЙ В ДЕЛЕ О СЕНСАЦИОННЫХ УБИЙСТВАХ В УАЙТ-РИВЕР
После финального удара барабана картинка сменилась: мужская и женская пары ведущих сидели за столом новостей RAM-TV, демонстративно накидывая последние пометки. Женщина первой отложила ручку и взглянула прямо в камеру.
— Добрый вечер. Я — Стейси Килбрик.
Гурни заметил, как на её лице деловая серьёзность сменилась мрачной натянутостью. Его на секунду отвлёк звонок: на экране высветилось имя Трэшера. Он перевёл вызов на голосовую почту.
Мужчина на экране тоже положил ручку. Аккуратный, раздражённо-выдержанный — он напоминал стюардессу, которой что-то категорически не по душе.
— Добрый вечер. Я — Рори Кронк. Сегодня у нас для вас важная новость — эксклюзивный репортаж о невероятных событиях в Уайт-Ривер, штат Нью-Йорк. Стейси, изложи нашим зрителям факты.
— Как ты и говорил, Рори, факты потрясающие. Охотник превратился в добычу. Новые тревожные улики связывают Делла Бекерта, бывшего начальника полиции Уайт-Ривер и всенародно известного защитника закона и порядка, с четырьмя шокирующими убийствами, которые расследовал его собственный департамент. И теперь он, похоже, исчез — под тяжестью подозрений. — Она повернулась к Кронку: — За эти годы мы рассказывали немало невероятных историй, Рори, но с такой я ещё не сталкивалась. А ты?
— Никогда, Стейси. И исчезновение шефа — лишь часть картины. Как мы только что узнали, его заместителя нашли мёртвым. Причём речь об убийстве такой чудовищной жестокости, что обычно подобное показывают в фильмах ужасов.
Килбрик изобразила на лице театральное отвращение.
— Помимо кровавых подробностей, меня по-настоящему поражает, как всё это перевернулось с ног на голову. Согласен?
— Абсолютно.
— Насколько я понимаю, значительная заслуга в этом принадлежит окружному прокурору и весьма особому детективу по расследованию убийств, работающему у него.
— Это чистая правда. На самом деле прямо перед эфиром у меня состоялся откровенный разговор с окружным прокурором Клайном.
— Прекрасно, Рори. Давай прямо сейчас посмотрим запись.
Гурни услышал, как в прихожей открылась и закрылась боковая дверь. Минутой позже в кабинет вошла Мадлен. Она посмотрела на экран его ноутбука.
— Что смотришь?
— Интервью с Клайном, идёт в прямом эфире.
Она придвинула стул и села рядом.
На экране появилось «откровенное интервью». Клайн и Кронк сидели друг напротив друга в креслах на фоне книжного шкафа. Казалось, Клайн только что подстригся. Кронк наклонился вперёд, заканчивая фразу:
— …слово, которое сейчас у всех на языке: «Шок»! Главный полицейский становится главным подозреваемым. А его сын, который был вашим главным подозреваемым, по сути, признан невиновным. Голова идёт кругом. Позвольте задать очевидный вопрос: если ваша сегодняшняя позиция верна, как вы могли так ошибаться вчера?
Клайн болезненно улыбнулся.
— Вопрос звучит просто, Рори, но ответ совсем не прост. Помните: первоначальная гипотеза о причастности Кори Пейна к снайперским обстрелам, а близнецов Горт — к убийствам на детской площадке была преднамеренной мистификацией, изобретённой нашим нынешним подозреваемым. С самого начала руководство городской полиции целенаправленно вводило мой офис в заблуждение. Речь не о том, что мы неверно понимали суть. Мы столкнулись с жестоким и коварным предательством общественного доверия со стороны человека, чей присягой было относиться к этому доверию как к святыне.
— В ваших словах это звучит как акт настоящего предательства.
— Я вижу в этом форму морального разложения.
— Насколько глубоко это разложение могло пустить корни в отделе?
— Мы активно изучаем этот вопрос.
— Ваши ресурсы, должно быть, сильно ограничены. С учётом множества открытых вопросов об этих ужасных преступлениях — и о том, кому можно доверять, а кому нет — не говоря уже о продолжающихся расовых беспорядках в некоторых районах Уайт-Ривер, откуда берутся необходимые люди?