Чтение онлайн

— Подозрительные обстоятельства? — переспросил Логенер. — Что это значит? Какие еще подозрительные обстоятельства?

— В интересах следствия мы не можем пока раскрыть подробности. Уверена, вы понимаете наше положение, — сказала Лена и, немного помолчав, продолжила: — Мы хотели бы поговорить с вами о Марии. Последние несколько недель она вела себя как обычно? Вы не заметили в ее поведении ничего странного?

— Нет. Она вела себя совершенно обычно.

— Пожалуйста, подумайте хорошенько. Важна любая мелочь. Может, она сказала что-то странное или задавала необычные вопросы. Или у нее вдруг изменились привычки…

— Я уже сказал, что Мария вела себя совершенно обычно!

— Ладно, давайте пока не будет об этом. — Лена открыла записную книжку и достала ручку. — Как бы вы описали свою дочь?

— Не понимаю, что вы от меня хотите! — сердито прорычал Логенер.

— Какой она была? Уверенной в себе? Застенчивой? Ей нравилось ходить в школу? Как она относилась к вам и к вашей жене?

— Мария, она… — Логенер осекся и на мгновение закрыл глаза. — Мария была очень милой и послушной девочкой. Всегда, с самого детства. Она хорошо училась, спросите ее учителей. Она даже перепрыгнула через класс!

— Она не переживала из-за отъезда сестры?

— Нет. Мария не хотела иметь с ней ничего общего.

— «С ней»? Вы сейчас говорите об Иоганне, своей старшей дочери? — уточнил Йохан.

— Да. Они не общались.

— А почему? — с деланой непринужденностью поинтересовался Йохан, но Лена сразу почувствовала, что ему с трудом удается держать себя в руках.

— Вы ничего не знаете о нашей семье, — процедил Логенер. — Ничего!

— Вы запрещали Марии общаться с сестрой? — спросил Йохан.

— Мария знала, кто ее семья!

— Но разве братья с сестрами не являются членами семьи?

— Не понимаю, как это касается смерти Марии! — рявкнул на него Логенер.

— Вы перестали общаться со старшей дочерью по религиозным причинам. Как отнеслась к этому Мария? Неужели смирилась? Или вы заставили ее смириться?

Логенер окинул Йохана испепеляющим взглядом и демонстративно повернулся к Лене:

— У вас есть еще вопросы?

Лена выразительно взглянула на Йохана. Тот встал из-за стола и слегка покачал в воздухе телефоном.

— Прошу прощения, у меня важный звонок.

После того как Йохан ушел, Лена и Логенер некоторое время молча смотрели друг на друга.

— Мои родители не отличались религиозностью, — наконец сказала Лена. — Мы не ходили в церковь — разве что на Рождество. Но это не значит, что я имею что-то против религии или верующих.

— Зачем вы это сейчас говорите? — с подозрением спросил Логенер.

— Я понимаю, что к вашей церкви зачастую относятся с недоверием и предубеждением. Я здесь не для того, чтобы критиковать вашу религию или ваш образ жизни. Мое дело — выяснить, что случилось с Марией. Уверена, вы с женой хотите того же.

— Моя дочь не убивала себя, — тихо сказал Логенер.

— Да, я тоже так думаю. Но мы обязаны проверить все версии. И для этого мне необходима ваша помощь. Если, как я предполагаю, вам нечего скрывать, то помогите нам. Пожалуйста.

— Почему я должен вам доверять? — выдавил Логенер.

— Потому что вы в долгу перед своей дочерью.

У Лены за спиной послышались шаги.

— Комиссар права, — произнесла Роза Логенер, которая, судя по всему, подслушивала разговор из коридора. Она подошла к столу и села, не обращая внимания на возмущенный взгляд мужа. — Что вас интересует, комиссар?

— Здравствуйте, — улыбнулась ей Лена. — Скажите, последние несколько недель Мария вела себя как обычно? Вы не заметили в ее поведении ничего странного?

Роза задумчиво кивнула.

— Заметила. Мария стала много времени проводить у себя в комнате. Это на нее не похоже. В свободное от школы время она обычно помогает… помогала мне по дому. Но… да, наверное, это началось недели три назад.

— Вы пытались узнать причину?

— Нет, я хотела дать Марии время. Кроме того, она говорила, что у нее много уроков.

— В последний месяц Мария оставалась дома одна?

— Нет, мы никогда не оставляли ее одну.

— Значит, вы с мужем брали Марию с собой всякий раз, когда уезжали на материк?

— Конечно, нет, у нее же школа. Обычно мы оставляли ее на Гезу, — сказала Роза и, заметив непонимающий взгляд Лены, пояснила: — Геза Беренс — прихожанка нашей церкви.

— Геза Беренс? Бабушка Лизы Беренс, подруги Марии?

— Да. Родители Лизы живут на Амруме, но Лиза ходит здесь в школу. У Гезы дом неподалеку от Вик-ауф-Фёра.

— За последний месяц Мария часто у нее оставалась?

— Всего два дня, — вставил Логенер.

— Когда именно?

Роза назвала дату, и Лена тут же подсчитала: за двадцать два дня до предполагаемого времени смерти Марии.

— Значит, Мария переночевала у Гезы Беренс?

— Мы оставили ее в понедельник и забрали во вторник вечером, — сказал Логенер. — Там ничего не произошло. Мы полностью доверяем Гезе.

Задумчиво кивнув, Лена сменила тему:

— Приходские собрания всегда проходят здесь, у вас?

— Нет, не всегда, — с готовностью ответила Роза. — По очереди у разных семей. Но не у всех достаточно места. Если собирается много прихожан, то мы снимаем зал.

— В последний месяц вам приходилось снимать зал?

— Да, в общественном центре в Утерзуме, который находится прямо на берегу. Это было двадцатого августа, в пятницу. Через три дня после того, как мы вернулись с материка.

— Мне нужны имена людей, присутствовавших на собрании, — сказала Лена. — Достаточно будет…

— Это исключено, — перебил Логенер. — Мы не дадим вам никаких имен.

— Я не могу вас заставить, — спокойно продолжила Лена. — Но сами подумайте, как это выглядит. Если вам и вашей церкви нечего скрывать, то ничего не случиться, если мы опросим ваших знакомых. Чем больше вы ставите мне палки в колеса, тем сложнее мне будет узнать правду. Поставьте себя на мое место. Я могу только посоветовать вам сотрудничать.

— Все это пустые слова. Никто из моих братьев не имеет никакого отношения к смерти Марии. Никто.

— В таком случае я бы хотела осмотреть комнату Марии, — сказала Лена, вставая из-за стола.