Чтение онлайн

«Что вы имеете в виду? Вы же не предлагаете…?»

«Неужели Бонар убил Гебрека? Конечно, нет, он мог бы запачкать свой дорогой костюм!» Губы Доры скривились; в ее глазах читалась дикость. Было ясно, что она завидует богатству Бонара. «Я имею в виду, что у них, вероятно, произошла какая-то… любовная ссора, Гебрек в ярости выбежал наружу и бросился к бельведеру, чтобы успокоиться. Либо он был так расстроен, что не смотрел, куда идет, либо он действительно прыгнул специально».

«Возможно, ты права». Мелисса, сначала скептически настроенная, увидела в теории Доры долю правды. «Может быть, Бонард пытался полностью разорвать отношения. Мы, возможно, никогда не узнаем наверняка».

«Нет, полагаю, мы не будем». Тон Доры был пренебрежительным, словно причина смерти Гебрека представляла для нее лишь мимолетный интерес. Она встала и начала беспокойно расхаживать взад-вперед по балкону. «Интересно, как долго еще будет жить Роза. Мне самой не помешала бы ванна перед ужином».

«Хотите, я загляну и посмотрю, закончила ли она?»

«Ты бы пошла? Боюсь, если я уйду, она снова расстроится. Это так несправедливо – она знает, что я всегда за нее благосклонно отношусь». Мрачное выражение лица Доры скрывало боль в ее глазах.

«Уверена, это просто шок», — сказала Мелисса, понимая, что её слова звучат неубедительно.

«Нет, всё дело в этой дурацкой истории с Дитером Эрдле. Я приняла решение – я сама скажу ему, что этому абсурду нужно положить конец раз и навсегда. Я пыталась дозвониться до него сегодня утром, перед тем как мы отправились на встречи, но он не хотел со мной разговаривать. Я окликнула его, но он даже не обернулся… сделал вид, что не слышит!»

«Судя по тому, что я о нем видела, у него довольно извращенное чувство юмора, и он любит подшучивать над людьми», — сказала Мелисса, вспоминая, в частности, его стычку с Аленом Гебреком накануне из-за скандальной книги.

«Ну, он больше не будет развлекаться за мой счёт», — категорично заявила Дора. «Я знаю, где он остановился, и сегодня вечером я с ним разберусь».

«Конечно, решать тебе», — с сомнением сказала Мелисса. Она встала и подошла к двери. Она уже собиралась сказать, что вмешательство может принести больше вреда, чем пользы, но, понимая, что это будет бессмысленно, промолчала. По пути она думала не столько о любовном треугольнике Роуз-Дора-Дитер, сколько об Айрис и ее несчастной преданности Филиппу Бонару.

Роуз, казавшаяся спокойной и расслабленной, поприветствовала ее улыбкой. «Входите», — сказала она.

«Как ты себя чувствуешь?» — спросила Мелисса.

«Спасибо, гораздо лучше. А где Дора?»

«Она у меня в комнате, пьёт. Я почувствовал, что нам обоим это нужно».

«Бедная Дора, боюсь, я с ней довольно жестоко обошлась. Она очень расстроена?»

«Мне кажется, она немного странная».

«Не могу понять, что на меня нашло. Я вдруг почувствовала… страх перед ней». Лицо Роуз исказилось от недоумения. «Когда мы услышали о смерти бедного Алена Гебрека, мне вдруг представилась Дора, яростно сердившаяся… знаете, как она иногда смотрит на Дитера… и я на мгновение подумала… предположим, что убили Дитера… возможно, это была Дора… о, я знаю, ужасно думать об этом, но она его так ненавидит».

«Не беспокойтесь об этом. Шок может сыграть с людьми злую шутку».

«Мы так ждали этой поездки, а она оказалась ужасной», — прошептала Роуз, печально покачав головой. «Сначала бедный Вольфганг, а теперь Ален. Нужно навсегда перекрыть тропу к этому ужасному обрыву».

«Возможно, так и будет».

«Как думаешь, что теперь будет?»

«Всё примерно так же, как и раньше, полагаю. Полицейское расследование, официальная идентификация…» Мелисса прикусила губу при мысли о том, что предстоит пережить Антуанетте Гебрек, и задалась вопросом, кто, если вообще кто-то, сможет её утешить и поддержать.

«Я имею в виду нас? Курс будет продолжен?»

«Дора так не думает», — Мелисса постаралась говорить ровным тоном. — «Она говорила о том, что завтра утром первым делом уедет отсюда».

«Но мы не можем этого сделать!» — Роуз снова начала проявлять признаки волнения. — «Мне нужно увидеть Дитера… нам нужно многое обсудить».

«Уверена, он свяжется с тобой, как только сможет», — сказала Мелисса, стараясь не дать раздражению взять верх. «Лучшее, что ты можешь сделать, это спокойно остаться здесь с Дорой до конца вечера. Может, мне сходить за ней? Она очень за тебя волнуется».

«Ах, да… пожалуй, да», — угрюмо ответила Роуз.

«И постарайтесь больше не сталкиваться с неприятностями».

С непреклонным выражением лица Роуз сказала: «Это зависит от неё».

«Всё в порядке», — сказала Мелисса, вернувшись к Доре. «По крайней мере, она не начнет снова капризничать, как только увидит тебя… но ей не понравится мысль о том, что завтра мы уезжаем».

— Ты ей рассказала? — Выражение лица Доры было обвинительным. — Честно, Мелисса, лучше бы это сказала я сама.

«Извините, но она сама это заработала. Дайте ей возможность выспаться, прежде чем выяснять с ней отношения».

«Я сама решу этот вопрос, спасибо большое», — резко ответила Дора и выбежала из комнаты.

Зазвонил телефон; на линии был Джек. «Мы сейчас уезжаем», — сказал он. «Айрис полностью согласна, и я отвезу ее обратно в «Лион д'Ор» на ужин. Я проверил, есть ли там вегетарианские блюда. Присоединишься ли ты к нам?»

«О, да, пожалуйста!» — горячо воскликнула Мелисса. — «Во сколько?»

«Скажем, через полчаса?»

'Я буду там.'

«Айрис говорит, чтобы я передал месье Готье, чтобы он не ждал вас сегодня вечером».

«Я так и сделаю», — Мелисса с нежностью улыбнулась, положив трубку. Как это типично для Айрис — додуматься до такой мелочи в такой момент.

В столовой отеля «Лион д'Ор» была современная пристройка со стеклянными стенами, которая, как и терраса, выходила на озеро Мозер. В этот теплый солнечный вечер раздвижные двери были отодвинуты, и в помещение вошел аромат метлы, а вместе с ним и освежающий шум разбрызгивателя, весело вращающегося в центре сада, засаженного геранью. На заднем плане тихо играла музыка, навязчивые мелодии старых песен Шарля Трене, которые успокаивали чувства, смягчая резкость болтовни и звон стекла и посуды, проникая в сознание так же незаметно, как приливная волна просачивается в расщелины между скалами.

Мелисса вспомнила слова одного из них:Je tire ma reverence – Я прощаюсь с тобой. Несколько часов назад Ален Гебрек попрощался со всем и со всеми. От этой мысли у нее по коже пробежали мурашки.

«Очень хорошо, что вы меня включили в список гостей», — сказала она, когда их с Айрис и Джеком посадили за столик, они потягивали аперитивы и делали вид, что изучают меню. «Я боялась, что меня застанут врасплох последствиями сегодняшнего эпизода "Шоу Роуз и Доры"».

«Айрис настаивала, что не оставит тебя одного», — сказал Джек.