Убийство в коттедже Хоторн
Шрифт:
Айрис пожала плечами и скривилась. «Он сказал „художник“, а ты подумала „живописец“, — насмешливо сказала она. — Знаешь, есть и другие виды искусства!»
«Да, конечно», — сказала Мелисса с легкой долей раздражения. У женщины не было причин вести себя так высокомерно — ошибка была вполне естественной. Она допила шампанское с бузиной и попыталась придумать, как нарушить напряженное молчание. Айрис взяла бутылку и потянулась, чтобы наполнить бокалы. Мелисса покачала головой. «Больше мне не нужно, спасибо — завтра будет тяжелый день».
«Как вам угодно. Кофе?»
«Да, пожалуйста».
«Зерна без кофеина. Пробовала корень одуванчика, но не понравилось». Ирис исчезла на кухне. Мелисса начала убирать со стола, но её остановил приказ: «Оставь это. Пройди в гостиную».
Как и в собственном коттедже Мелиссы, гостиная и столовая были соединены между собой. Изначально это были гостиные двух соседних домов, и в каждой из них был камин, расположенный спина к спине, с общим дымоходом. Мелисса предположила, что, когда Айрис оставалась одна, она ела на кухне. Столовая с голыми стенами и минимальным количеством мебели производила впечатление редко используемой. Там было мало украшений или картин, а простые занавески и тусклый, выцветший ковер совсем не соответствовали тому, что можно было бы ожидать в доме художника, какого бы рода он ни был.
К ее удивлению, гостиная оказалась такой же простой и скудно обставленной. Единственными яркими акцентами были зеленый стеклянный кувшин с нарциссами и несколько лоскутных подушек. Бежевые занавески, невзрачный коричневый ковер и диван, покрытый чем-то, похожим на армейское одеяло, создавали мрачную, унылую атмосферу, которую лишь отчасти смягчал горящий в камине огонь. Когда Мелисса вошла, Бинкли поднял голову с лучшего места на ковре у камина и, моргая, посмотрел на нее топазовыми глазами, наполовину скрытыми в шерсти.
«Дизайн ткани», — неожиданно сказала Айрис, появившись с глиняными кружками кофе на подносе.
'Извини?'
«Я дизайнер тканей». Она пододвинула низкий столик с запятнанной столешницей и поставила поднос. «Сиденье?» Она указала на кресло у камина, обитое хаки-льняной тканью, и протянула Мелиссе кружку. «Сахар? Молоко?»
«Э-э… нет, спасибо». Мелисса огляделась вокруг, пытаясь сопоставить услышанное с увиденным. Она отпила глоток слишком горячего кофе и с восхищением наблюдала, как хозяйка, с кружкой в руке, с удивительной легкостью опустилась на колени перед камином.
«Не люблю стулья. Всегда сижу на полу», — заметила она. Она протянула руку, чтобы погладить кошку, которая сидела прямо, зевнула и после нескольких секунд тщательного обдумывания забралась ей на колени. Айрис поставила кружку и обняла животное обеими руками, засунув его между своих бедер и наклонившись вперед, чтобы прижаться щекой к его голове. Ее лицо расплылось в нежном выражении, а кошка замурлыкала, пульсируя все сильнее, ее глаза были полузакрыты, словно в экстазе. Эффект был граничащим с эротическим. Чувствуя необъяснимое смущение, Мелисса играла со своим слишком горячим кофе, смотрела в огонь и думала, как скоро она сможет прилично пойти домой.
— Моя студия наверху, — внезапно заметила Айрис, и на её лице снова засиял ум. — Могу показать вам как-нибудь, если хотите. — Она оглядела комнату, пока Мелисса вежливо и заинтересованно бормотала. — Мой фон. — Она сделала круговое движение кружкой, и капля кофе упала на ковёр. — Неважно. Не видно. — Она достала из кармана бумажный платок, промокнула пятно и бросила его в огонь. — Всегда используйте нейтральный фон. Это помогает генерировать новые идеи. Никаких отвлекающих факторов. А вы что делаете?
'Я пишу.'
'Что?'
«В основном романы».
«Какого рода?»
«Преступления, расследования, все в таком духе».
«У местных жителей материала не так уж много. Большинство из них ужасно скучные. Но распространять это не стоит».
«Простите, неужели все это дошло до всех?»
«Конечно, вы сами об этом напишете. Они заставят вас писать для приходского журнала и информационного бюллетеня Общества садоводов, не успев оглянуться. Пытались заставить меня разработать новые занавески для деревенского зала, прежде чем я проработала здесь полгода, нахалы!»
«Вы здесь давно живете?» Мелисса почувствовала себя увереннее, увидев, как Айрис перешла на почти нормальный стиль речи, но это оказалось лишь мимолетным явлением.
«Примерно десять лет. В следующем августе исполнится одиннадцать. Живу здесь только с марта по октябрь. Котсуолдские зимы слишком холодные и сырые».
«У вас есть кто-нибудь, кто присмотрит за домом, пока вас нет?»
«Деревенская девчонка приходит каждый день. Проверяет бойлер и кормит Бинки. Нужна помощь по дому? Глория, пожалуй, подойдёт. Маленькая проказница, толстая как доска, но хорошая работница». Пока она говорила, она всё энергичнее поглаживала кота. На последних словах он спрыгнул с её колен, словно его терпение было окончательно исчерпано. Он устроился на дальнем конце каминного ковра, где ледяным взглядом смотрел на свою хозяйку, подёргивая хвостом и отсчитывая время передними лапами.
«Мальчик с соской!» — бессмысленно взмолилась Айрис. — «Мама его расстроила?»
Мелисса поднялась на ноги, пробормотав, что пора ладить друг с другом.
«Я очень благодарна вам за приглашение, и ужин был восхитительным», — сказала она, направляясь к двери. «И мне бы не помешала помощь раз или два в неделю. Если вы скажете об этом Глории, я буду вам благодарна».
«Хорошо. Мне понравилось ваше общество. Приходите еще», — сказала Айрис. Она пришла в себя и, очевидно, имела в виду то, что сказала.
«Надеюсь, вы придете пообедать со мной, когда я устроюсь», — сказала Мелисса.
«С удовольствием», — сказала Айрис. «Только без мяса, помни!»
«Я запомню», — пообещала Мелисса, размышляя, подойдут ли макароны с сыром.
Глава 3
Когда Мелисса подошла к входной двери и вставила ключ в замок, Айрис крикнула «Спокойной ночи» и выключила свет на крыльце.
Не было ни луны, ни света уличных фонарей, ни освещенных окон, даже искорки звезд, чтобы развеять ужасающую черноту. Мелисса, всю жизнь прожившая в городе, не привыкла к окутывающей тьме и тишине сельской местности ночью. Дезориентированная и растерянная, она захлопнула дверь и поскакала вдоль стены гостиной в поисках выключателя. Она понятия не имела, где он находится; в голове у нее была пустота. Ей следовало взять с собой фонарик. Как нелепо заблудиться в собственном доме! Не дома, еще нет. Это место, затерянное в чернильной изоляции в конце безымянной дороги, было неизведанной территорией. Она была чужачкой в странном доме, где когда-то жил и умер в одиночестве старик по имени Джекко.
Обри наверняка догадалась бы о фонарике. Обри продумала всё до мелочей. Но Обри была в ста милях от них, и это расстояние она создала сама. О, Боже, подумала она, где же этот чертов выключатель!
Наконец она нашла его. В резком свете единственной лампочки ее мебель выглядела непривычной, почти враждебной в этой чуждой обстановке. Впрочем, любая комната выглядела бы ужасно под прямым светом. Завтра первым делом она распакует коробку с абажурами. Помещение также нуждалось в проветривании, чтобы избавиться от запаха краски и свежей штукатурки.