Чтение онлайн

Боец в стойке или на колене молниеносно «вкручивался» в атаку противника, максимально вытянув при этом перед собой руку с ножом. В результате его соперник, не успевая остановить инерцию броска, сам напарывался на клинок навахи.

Один из вариантов вертушки прекрасно описал Проспер Мериме в «Кармен»: «Гарсия уже согнулся пополам, как кошка, готовая броситься на мышь. В левую руку он взял шляпу, чтобы отражать удары, нож выставил вперед. Это их андалузский прием. Я стал по-наваррски, лицом к нему, левую руку кверху, левую ногу вперед, нож у правого бедра. Я чувствовал себя сильнее великана. Он кинулся на меня стрелой; я повернулся на левой ноге, и перед ним оказалось пустое место; а я попал ему в горло, и нож вошел так глубоко, что моя рука уперлась ему в подбородок. Я с такой силой повернул клинок, что он сломался. Все было кончено. Клинок вышиб из раны струю крови в руку толщиной. Гарсия упал ничком на бревно»3.

Учитывая специфику кругового передвижения дестресы и приоритетность защитных действий, немалая часть атак, контратак и защит, как, собственно, и в тавромахии — и разворот — хиро, и обратный разворот — контрахиро, и рекорте — представляли собой различные формы сайд-степов, и в основе их лежал всё тот же уход с линии атаки. Множество различных вариантов подобных вертушек мы можем увидеть в прекрасно иллюстрированной работе по «вердадера дестреса», принадлежащей перу Жерара Тибо4.

Одной из самых популярных техник разворота, встречающейся у Многих авторов, таких как Пачеко, Крусадо и Мендоса, несомненно, была торнеада. При её выполнении боец-диестро отбивал оружие пробника изнутри наружу, перехватывал свою шпагу второй рукой за разворачивался вокруг оси и наносил противнику колющий удар в грудь5.

Рис. 232. Один из вариантов вертушки. Аргентина, 1906 г.

Рис. 233. Торнеада в исполнении маэстро Эухенио Гарсиа-Сальмонеса, 2014 г.

Автор «Учебника вымогателя» предостерегал, что при выполнении таких техник, как молинете и флоретасо, боец подвергался риску захвата вооружённой руки с последующим выкручиванием кисти и нанесением ранения его же собственным оружием. Надо отметить, что этот приём использовался испанскими фехтовальщиками как минимум с XVII столетия. Во всяком случае, мне удалось найти его подробное описание и изображения в фехтовальном пособии капитана Педро де Эредиа, проходившего службу во Фландрии в начале 1600-х6.

_______

1. Большой испанско-русский словарь. Под редакцией Б. П. Нарумова. — 3-е издание. — М: Русский язык, 1999. — С. 511.

2. Ernest Hemingway. Death in the afternoon. New York: Scribner, 2002.

3. Мериме Проспер. Новеллы. — М.: Художественная литература, 1978. 349 с.

4. Gerard Thibault d'Anvers. Academie de 1'espee. Leiden: et A. Elzevier, 1630. Tab. 32, Circ. XV–XVL

5. Cruzado у Peralta Manuel. Las tretas de la vulgar у comun esgrima de espada sola у con armas dobles, que reprobo Don Luis Pacheco de Narvaez, у las oposiciones que dispuso en verdadera destreza contra ellas. Zaragoza, 1702. 32.

6. Pedro de Heredia, Traite des Armes, Flandre, Ch.27 (Fig.66–68), 1600s.

Иногда во время корриды для привлечения внимания зрителей матадор выполняет эффектный, но крайне рискованный вариант молинете, опустившись на одно или оба колена1. Техника применения этого элемента в бою — за исключением смены уровня — была практически идентична той, что использовалась в стойке. Мексиканские бойцы; как и испанцы, считали, что в бою на ножах подобная техника одна из самых безопасных. Они говорили: «Вы можете крутиться на одном колене, а ваш противник окажется в сложном положении. Единственный возможный для него выход из этой ситуации — это тоже опуститься на одно колено»2. Бой на колене мог использоваться как вынужденная мера при ранении ноги, как передышка для восстановления сил или же в качестве самостоятельной и очень эффективной техники.

Рис. 234. Тореро Рафаэль Астола выполняет рискованный молинете на колене, 1965 г.

Многих неискушённых и неопытных бойцов пугает кажущаяся потеря мобильности, однако это всего лишь иллюзия. В действительности при наличии небольшой практики это один из наиболее безопасных и в то же время смертоносных стилей ведения боя. В этом положении наиболее уязвимые части тела бойца — живот, сердце, почки, паховые и бедренные артерии — находятся вне досягаемости ножа противника, а значит, отпадает необходимость заботиться об их защите.

Рис. 235. Л.Х. Онимус. Останавливающий укол в нижний уровень, 1890 г.

Рис. 236. Л. X. Онимус. Удар под защитой противника, 1890 г.

Таким образом, практически единственная область, до которой может дотянуться оружие соперника, это плечи и шея. И, конечно, голова — небольшая и подвижная цель, которую, как и в стойке, достаточно легко защитить предплечьем невооружённой руки. В то время как навахеро, сражающемуся в нижней стойке, как раз комфортней всего атаковать жизненно важные органы и магистральные сосуды нижней части тела противника. Разумеется, как я уже неоднократно подчёркивал, практически никому ещё не удавалось выйти из свалки на ножах без ранений, поэтому всегда необходимо считаться с неизбежными увечьями. Однако, как показывает практика, от потери куска скальпа и других косметических ранений умирали значительно реже, чем от пропоротого желудка или перебитой бедренной артерии.

Рис. 237. Э. Ларрета. Аргентинские гаучо развлекаются дружескими поединками на ножах на рано Аселайн. Уход на колено, 1939 г.

_______

1. Richard Frontain. How to Enjoy a Bull Fight. Phoenix, Ariz.: Hooper Press, 1966. — P. 68.

2. «St. Louis Republic» of June 14th, 1890.

В Средние века и раннее Новое время метание кинжала в бою являлось достаточно обыденным и заурядным навыком, и описание этой техники встречается во многих европейских работах по самообороне и фехтованию, изданных в XV–XVII вв. Так, например, на одной из иллюстраций к пособию прославленного немецкого фехтовального мастера XV столетия Ханса Тальхоффера изображён поединок двух бойцов. Один из них вооружен рогатиной — охотничьим копьём, а его противник, в котором определённо угадывается сам автор трактата, Тальхоффер — кинжалом. На картинке запечатлён момент, когда «Тальхоффер» для отвлечения внимания бросил в лицо своему оппоненту шляпу и одновременно с этим метнул ему в грудь кинжал1.

А вот какие рекомендации даёт своим ученикам мастер Джакомо ди Грасси в 1570 году: «Следующий финт надлежит использовать лишь в крайнем случае, например, в безвыходных ситуациях. Выглядит он так: имитировать яростный бросок кинжала в лицо противника, что вынудит его защищаться — он или поднимет руки, или отшагнёт либо уклонится в одну или другую сторону. И при этом движении человек ловкий и осмотрительный может нанести удар, не подвергаясь опасности. Или же вместо имитации броска и в самом деле бросить кинжал в лицо неприятелю. В этом случае необходимо уметь бросать кинжал таким способом, чтобы он воткнулся остриём»2.