Ученица придворного алхимика
Шрифт:
— И тогда Вы решили соблазнить принцессу эльфов, чтобы через нее добраться до запретной библиотеки, — подытожила я. Фарфоровая чашка в руке мага треснула и рассыпалась на осколки, оставив на бледных пальцах темные красные дорожки.
— Я соблазнил?! — процедил колдун. — Ах вот, что она тебе сказала: что это был я? — Он вскочил с места, все повышая голос. — Так это не она кидала на меня взгляды, от которых голова кружилась? Не она караулила в саду, умоляя рассказать ей истории о разных странах? Не она восхищалась моими путешествиями? Не она порхала все время рядом, танцевала, пела, целовала?
Я пошел к ее отцу с просьбой помочь уничтожить учителя и поделиться знаниями. На что король Сайларон обещал собрать совет, а на деле только медлил, каждый раз просил подождать и отговаривался, что они обсуждают этот вопрос. Это она уверяла, что поддерживает меня, и что эльфы должны помочь. Потому что это их предки разрушили нашу страну, ихсоотечественник мечтал отомстить мне и им, кстати, тоже.
Все бы пошло по-другому, но тут вмешалась она. Я знал, что обнародование наших отношений станет проблемой, но открыто попросил ее руки, потому что она этого хотела. Конечно же, гордые эльфы не отдали свою принцессу какому-то смертному. А Сайларон даже установил этот проклятый барьер!
Она согласилась провести меня в библиотеку, чтобы восторжествовала справедливость. А когда я пообещал завладеть источником и сделать ее королевой, чтобы мы могли жить счастливо, что она сделала? Попросила смириться и ждать решения эльфийского короля! Ждать чего? Того, когда учитель вырвался бы и убил бы меня и моих потомков? Или того, когда я умер бы от старости? Это она предала меня. Та, что клялась в любви, все рассказала своему отцу! И ее же изгнали за это! — Иса перегнулся через стол, крича мне прямо в лицо, и я почувствовала сквозь слой духов запах вина. Камзол мага отвернулся, обнажая брошь в форме солнца, приколотую к рубашке с левой стороны груди.
Увидев, куда направлен мой взгляд, колдун резко выпрямился, застыл, а потом тяжело опустился обратно на стул.
— Я предложил ей весь мир, а она отказалась, — наконец, выдавил мужчина растерянно.
Играл ли он? Мог ли вообще четырехсотлетний лорд Легхоа, граф Силгарский, поддаваться чувствам и иметь слабости? Я как-то не задумывалась, остается ли человек все еще человеком в таком почтенном возрасте? Превращается ли в искусного лжеца с ледяным сердцем, чьи выражения лица просчитаны до мелочей? Или, наоборот, страсти копятся, и с течением времени прорываются наружу?
Колдун тем временем снова стал вежливо-холоден, словно статуя, и принялся с достоинством вытирать руку белоснежным кружевным платком. Тот мгновенно намок и сменил цвет. По моему телу пробежало стадо мурашек. Почему-то мне стало жалко мага. Но потом я вспомнила Эльвину. Ее было жальче гораздо больше. В конце концов, именно ее будет использовать Иса в своих мутных планах, именно ей достанется больше всех, и никакая жалость не оправдает того, что с ней может случиться.
— Я предлагаю тебе не только силу, Алоиза, — вещал тем временем колдун. — Я предлагаю тебе счастливое будущее для всех. Возможно, не отвечающее устаревшим представлениям о справедливости. Но вообрази: ты станешь моей ученицей и обретешь положенную тебе силу. Мы вместе отыщем путь к источнику. От твоей подруги понадобится всего лишь немного крови. В конечном счете, она не пострадает, сможет выйти, за кого ей заблагорассудится, и править Ардарией.
Я подчиню источник и получу достаточно энергии, чтобы исцелиться и победить учителя, навсегда освободив и мой народ, и эльфов от угрозы в его лице. Кроме того, никто из эльфов больше не сможет разбазаривать природные богатства, и в мир вернется равновесие — я прослежу за этим. Ардария зацветет, здесь начнут рождаться маги.
Твоя мать… — тут колдун осекся, будто его что-то кольнуло, но быстро продолжил свой рассказ-песню, — все увидит и поймет, что я хотел только блага. Пелена спадет с ее глаз, и мы с ней вместе будем править, возвышая наши народы. Ты, конечно, станешь принцессой эльфов. И займешься, чем захочешь. Захочешь — у тебя будет своя лаборатория — лучшая во всех королевствах! Захочешь — займешься магией. Захочешь — выйдешь замуж за сиятельного принца, кандидаты найдутся.
Стоит только протянуть руку. Стоит только дать согласие. И все будут счастливы. Если ты только сможешь понять меня. Если только не оттолкнешь по глупости…
Иса зачаровывал меня взглядом, затягивал внутрь черных дыр, обволакивал голосом. Вся комната начала кружиться вместе с ним. Мысли запутались, утонули в вязком киселе, и я ощутила неимоверную слабость во всем теле — то ли маг меня опоил, то ли, наконец, радость от освобождения схлынула, оставив после себя тюремную усталость. Все же, я девять дней не могла полноценно выспаться.
— Будь на моей стороне, — умолял мужчина. А у меня заболела голова.
«Никогда не принимай поспешных решений, — вдруг всплыло передо мной строгое лицо Хексии. — Алхимия этого не любит. Все ингредиенты надо тщательно взвешивать, — поучала она, когда я на радостях бухнула слишком много муки в свой первый клей».
«В конечном итоге, почему бы и нет? — заторможено подумала я. — Зачем сопротивляться?» И провалилась в обморок в лучших традициях придворного жанра.
Очнулась я оттого, что меня кто-то бережно гладил по руке. Я вздрогнула, испугавшись, что это мог быть колдун, и чуть ли не вырвала пальцы из теплой ладони. Завозилась, открыла глаза.
— Тише, тише, все хорошо, — мягко сказала Эльвина, сидевшая на постели. Она слабо улыбнулась, выказывая радость от моего пробуждения. — Как ты себя чувствуешь?
Я огляделась, обнаружив, что лежу в собственной кровати, чистая, одетая в новую ночную рубашку. Свет был приглушенным, сумрачным, и поэтому я не сразу заметила Джека, притаившегося за спиной у принцессы. На удивление, он был не в мантии алхимика, а в костюме и с ножом у пояса.
— Как дела, Лизи? — бодро спросил рыжий, но я уловила в голосе беспокойство.
— Рада видеть вас обоих, — прохрипела я и закашлялась. Алхимик мигом подал стакан воды. Напившись, я устроилась повыше на подушке, и Эльвина тут же полезла обниматься. Я прижалась к ней покрепче, чувствуя волну тепла.
— Я так соскучилась по тебе! Так переживала! — затараторила подруга. — Не знала, что с тобой произошло, как ты там. Бегала к отцу, разговаривала с Исой. Ничего не помогало! В конечном итоге лорд Легхоа пообещал мне, что с тобой все будет в порядке. Если бы я знала, что это так скажется на тебе! Я бы… я бы… не знаю, что бы я сделала! Ты сильно похудела! Как ты себя чувствуешь?
— Все в порядке. Теперь все хорошо, — я похлопала подругу по плечу. — Не волнуйся. Тебе не в чем себя винить. А покушать ничего нет?
— Ой, конечно! Я приказала собрать тебе обед! — всплеснула руками девушка, и Джек тут же водрузил мне на колени поднос с кашей и чаем. Наши руки соприкоснулись, и я невольно смутилась. Было необыкновенно приятно, что юноша с такой готовностью ухаживал за мной. Алоиза, возьми себя в руки, не теряй голову!
— Что-то ты больно смирный, — подколола я приятеля, и опустила глаза в тарелку, выказывая безбрежный энтузиазм по отношению к еде.