Чтение онлайн

— Лживый выродок!

Беладор подтаскивал Адена к себе. Аден ударил ногой командиру в лицо. Выхватил изогнутый меч и упер в горло Беладора. Беладор не обратил внимания, он уже схватил Адена здоровой рукой. Аден надавил лезвием и крикнул.

— Стой! Я верю.

Беладор еще не мог говорить, он часто дышал, гоняя горячий воздух по усыпальнице. Аден отполз назад и закатил штанину. От хватки Беладора набух кровавый отпечаток. Аден достал ключ.

— С тобой только Рассале тягаться.

— Если б не цепи.

Аден освободил командира и отступил.

— Иди за водой, выйдешь к морю. Жаль что мы враги, Беладор. Удачи, — сказал Аден и скрылся.

Беладор подобрал факел.

— Я все равно убью тебя, огонек.

Писаря отправили отдыхать, хотя плечо совсем не болело. С такими чудесами недолго перестать боятся ран, подумалось ему. Писарь долго лежал в маленькой комнате, спать невозможно, в мыслях билось имя Талли, даже не он сам, а буквы, красные, те, которых уличный вор наверняка не знал. К вечеру за Писарем пришли Рассала и Фатэль. За ними он последовал по коридорам белого дома. Рассала вытащил трубку и сказал, забивая табак:

— Хоть бы Аден продержался еще несколько дней.

— Он умирает? — спросил Писарь.

— Нет, его не просто убить, — встрял Фатэль. — Я надеялся, ты умрешь. А ты живучий оказался, изворотливый.

— Не нужно этого, Фатэль, — сказал Рассала.

Голос моряка в эту минуту походил на густой мед, он не оправдывал Писаря, он просто говорил: «Бывает».

— Ладно, Писарь, мне легко тебя простить, ничего не случилось. Я не желаю тебе зла, я мог тебя убить, ты знаешь. Мне просто противно находится с тобой рядом, и делать одно дело.

— Да Фатэль, все поняли. Придется тебе немного потерпеть, Аден сказал взять Писаря с собой. Наш предводитель болен…

— Он болен только переворотом, — перебил Фатэль.

— Да, наш Аден готов идти против целой страны. Азартный, пылкий, зажигает всех вокруг. Не напрасно Геба дала ему такие волосы.

— Но за все приходится платить, — заметил Фатэль.

— Бывают дни, когда от огня остается только зола, — обратился к Писарю Рассала. — Но такого не будет, он справится!

— Даже если нет, у нас все получится, не вой, Рассала. Мы все продумали.

— Восстания вещь непростая, — запалил табак Рассала. — Нужно собрать мозаику, чтобы все удалось.

— Как вы собираетесь захватить столицу? — спросил Писарь.

— Всего говорить не стоит, Рассала, — предостерег Фатэль.

— Есть у нас две лодки, довольные и недовольные, у одних денег больше, сидят и думают, что завтра все хорошо будет.

— Сейчас он представил толстосумов-угнетателей, с которыми нужно расправиться, — снова влез Фатэль.

— Конечно, есть и простые люди, которых все устраивает. Каждый хочет жить хорошо и подольше, только это «хорошо» у всех разное. Кому-то хватает, другим нет. Поэтому есть недовольные.

— Например, кузнецы. У них печи не остывают, мечи куются, доспехи, а кто им платит? Корона платит, причем хорошо, а почему они недовольны? А, Писарь?

За Писаря ответил Рассала:

— Да потому что денег они не видят, все прибирают себе старшие из гильдий. Кузнецам платят, как платили до войны, а работы вдвое больше. Так в чем проблема, если обворовывают, пойди и доложи, что воруют, да? Нет, в замок не все вхожи, простому мастеру не пожаловаться короне.

— По нашим дорогим законам, — сказал Фатэль, — чтобы не докучать королю, им следует направлять прошения в верха гильдии. Старшие должны передать зов выше, но разве они на себя донесут? Нет. Остается одно идти в здание гильдии и силой отбирать свой хлеб.

— Кузнецы хотят денег, да и что таить, крови тоже, — с отеческой грустью сказал Рассала. — Если они, выйдут на улицы, сменив молот на меч, и пойдут в сторону кузнечной гильдии, это соберет всю стражу в округе. Наши парни помогут кузнецам быть проворнее и шумнее. Кузнецы получат свои деньги, а мы возможность повесить безделушку.

Они нырнули в люк, и вышли в ткацкой мастерской. Рассала указал на странный продолговатый ткацкий станок. На него было натянуто почти готовое черное полотно с вышитой золотой короной.

— В столице довольных пока больше, они в безопасности. Им безразлично остальное королевство, пока их не трогают, но только жители Гааны могут помешать указам, что принесут тысячи смертей, — сказал Рассала. — Йордан умен. Пока корона не несет больших потерь в боях, столицу не тронут, никто не поджигает свой дом, чтобы согреется.

— Когда кровавые битвы начнут высасывать соки, королю придется доить и местных горожан. Еще бы, здесь почти пятая часть населения королевства! Откажется от такой армии — проиграет войну. Если убедить людей, что безопасность в Гаане шаткая, настроить на правильный лад красивой историей как кузнецы пошли и добились своего, тогда люди проснутся. Начнут задавать вопросы, почему это они должны воевать против братьев по другую сторону реки? Ведь до рождения Йордана и Рарга мы были единым королевством.

— Даже если провалится вся заварушка с кузнецами, мы пробудим в Гаанцах ненависть к той крови, что прольет стража. Наутро мы покажем черный стяг на вершине башни, и, поверь, поднимется мятеж.

Писарь показал на золотую вышивку на черном полотне.

— А зачем на флаге корона? — спросил он.

— Помнишь, что сказал Йордан? Пока флаг красный, Гаанцы в безопасности. Теперь он станет черный, а мы еще и корону состряпали, будто он небу ее отдает. Знаю, ты не веришь. — Рассала провел пальцем по черному полотну. — Но из таких мелочей сложится целое.

— Этого не хватит, — сказал Писарь. — Никто не знает, пойдет ли с ним сосед. Все боятся Рарга, боятся неизвестности. В минуту опасности лучше плохой, но знакомый и сильный король. А плох ли Йордан в глазах народа? Может вы и правы, может Йордан всех обманывает, но об этом никто не знает. Если бы обман раскрылся, Гаанцы сами бы повернулись против Йордана, тогда их нужно было бы только подтолкнуть.

— Мы пытались правдой все сделать, Писарь, но медальон увел твой мальчишка, — сказал Фатэль.

— Вернее твой сын. Вы не можете доказать правду и поэтому обманываете сами. Пытаетесь перешагнуть через ступеньку и не споткнуться. Не скажу, что я многое понимаю, но народ сильно верит в Гебу, а храм поддержит корону. У вас ни шанса.

— Все недостатки поправит Аден, — успокаивающе сказал Рассала. — Нам нужно заниматься своими маленькими делами. Кстати о них. Самый короткий путь от серой башни стражи до гильдии кузнецов пролегает прямо между домами служителей Гебы и храмом. Мы займемся этим проходом.