Чтение онлайн

Хрусть.

Второй корень вынырнул из-под сугроба и атаковал со спины. Если бы не Сфера Восприятия, я бы не успел среагировать. Ещё один импульс в плечо, и меня сносит с траектории атаки.

Хрусть-хрусть-хрусть.

Все корни вокруг пришли в движение и стали вылезать из-под снега. Ветки из голой кроны стали опускаться, снижаясь, и замахиваться на манер кнутов.

Хлыщ!

Там, где я только что стоял, ветка оставила глубокую борозду в сугробе.

— Какого хрена тут творится?

Я огляделся, пытаясь найти спрятавшегося монстра или мага, но… Никого! Лес пуст. Казалось, сама природа вдруг объявила на меня охоту. Подхватив телекинезом рюкзак, я рванул прочь от ночной стоянки.

Вшух!

Тяжёлая ветка пронеслась на уровне ног, я подпрыгнул и тут же толкнул себя импульсом вбок, уходя от корня, несущегося мне наперерез. Крутясь юлой, я вырвался из ловушки. Зимний лес стремительно выходил из спячки.

Голос в голове продолжал шептать:

[Покорись своей судьбе… Я был… Я есть… Я останусь, когда других не станет.]

Там, где я пробегал, деревья оживали. Казалось, весь лес объединился в едином желании меня убить.

Пара минут лихорадочного бега, и я пулей вылетел из рощи на открытое пространство. Только тогда я заметил странность: все атаковавшие меня деревья идентичны. Тополя! С одинаковым рисунком распределения веток вдоль ствола. В ночи эта деталь не так сильно бросалась в глаза.

В голове что-то щёлкнуло, и я вспомнил:

— Пандо!

Самое большое живое существо в Галадре — это колония тополей с единой корневой системой в штате Юта. Её прозвали Пандо, что переводится как «я распространяюсь».

Шесть тысяч тонн веса и размер, как у шестидесяти футбольных полей. По сути, весь этот лес являлся одним деревом. Пандо клонировал сам себя на протяжении многих веков.

Хрусть-хрусть-хрусть…

— Да как это вообще возможно?! — заорал я в голос.

Пандо! Тысячи деревьев выдирали свои корни из-под промёрзшей земли и снега. Стряхнув с крон снег, эта ходячая машина смерти рванула в мою сторону.

Задействовав Импульсную Походку, я как на коньках рванул по сугробам прочь от взбесившегося леса. Через километр забега вдоль трассы мне повезло! Из-под снега торчал мусорный контейнер с откидной крышкой.

Используя Телекинетические руки, я оторвал её и превратил в подобие саней. Поток создал реактивную тягу, и я понёсся вперёд.

Голос в голове продолжал шептать:

[Покорись судьбе.]

Сугробы трясло от движения Пандо. Ходячий лес, перебирая тысячами корней, нёсся за мной, снося всё на своём пути.

…

Спустя два часа я отъехал от ночной стоянки примерно на полсотни километров. За спиной осталась заправка, стая йети и заброшенный город. Я остановился отдышаться и перекусить.

— Как такое вообще могло случиться? — смотрю в сторону, откуда приехал. — Ходячий лес… ГРЁБАНЫЙ! ХОДЯЧИЙ! ЛЕС! Точнее, резво бегающий, что ещё страшнее.

Я пережил крио-шторм, корейскую резню с бензопилой, битву с магами Ледяного Мира… Но в этот раз даже мои стальные нервы натянулись до предела. Сама мысль о том, что целый лес может мутировать… Выходила за пределы здравого смысла.

Добравшись до небольшого городка, я нашёл старую кастрюлю и развёл огонь, чтобы вскипятить воды. Стоило воде начать закипать, как я заметил на поверхности мелкую рябь.

Земля снова мелко дрожала.

— Да чтоб тебя!

Наступило утро. Я без каких-либо усилий разглядел на горизонте движущееся пятно. Пандо продолжал преследовать именно меня, хотя нас разделяло минимум полсотни километров.

В голове снова раздался голос, похожий на шелест листьев:

[Я есмь… Я буду… Я распространяюсь.]

Место, где мне удалось найти кастрюлю, оказалось довольно оживлённым. Появление Пандо заметил не я один. Сфера Восприятия подсветила, как в радиусе пятисот метров из своих нор выскочили крысы и помчались прочь.

Собрав вещи, я наполнил флягу водой и снова вскочил на крышку мусорного бака.

— Значит, пятидесяти километров оказалось мало? — мой самодельный транспорт стал стремительно набирать скорость. — Всё сущее подчиняется неким законам и логике. Посмотрим, насколько далеко распространяется твоё чутьё.

…

Я ехал всё утро и весь день. Не останавливаясь, перекусил прямо в дороге водой и остатками мяса с последней охоты. Только к четырём часам, когда в организме не осталось духовных частиц, я остановился.

Кое-как добыв пару зайцев-мутантов, я развёл костёр и наконец наелся. В качестве места для ночлега выбрал старую машину, занесённую снегом. Разгребая Потоком сугроб у задней двери, Телекинезом прокрутил механический стеклоподъёмник. Потом забрался внутрь вместе с остатками добычи.

[Жаль, но спальный мешок потерян во время отступления. Приходится по старинке спать в машинах.]

…

Проснулся ночью от знакомой дрожи сугробов. Выбравшись из машины, не поверил собственным глазам.

— Да что за хрень?! — на горизонте снова маячил Пандо.

То, что лес до сих пор меня чувствует, выходит за пределы здравого смысла. Я уверен, что в этот раз оторвался от ходячего леса минимум на восемьдесят, а то и на все сто километров. Следа на снегу не оставлял. Мой запах ветер уносит в другую сторону.

[Как тогда эта мечта дровосека меня находит?]

Снова встав на свою импровизированную доску для путешествий, я рванул вперёд. Сейчас не до тренировок Импульсной Походки. Сначала надо разобраться с преследующей катастрофой.

…

Пришлось есть на ходу, ехать с полузакрытыми глазами… Каким-то чудом я продержался в дороге сорок восемь часов.

[Учитывая, что я специально ехал строго на запад, нас сейчас должно разделять минимум три сотни километров.]

Забравшись в очередную машину, я наконец немного успокоился. Организм третьи сутки требует нормального отдыха.

Стоило прикрыть глаза, как я провалился в глубокий сон.

…

Двенадцать часов спустя я проснулся от очередного сообщения «Мохреша»: