Чтение онлайн

«Крысы! Там выжили только крысы. Теперь Хеменополис — это город крыс!»

Всё бы ничего, но я уже видел этого мужика! Не здесь, а в мире Галадры. Луис Камрон… Третьесортный актёр из Голливуда.

[Не верю! Не мог такой человек вдруг превратиться в матёрого скаута. Что-то в истории с Хеменополисом нечисто!]

6 июля (спустя четыре месяца)

Фриджмонт, Маркус Гринч

Сразу после сдачи крови медсестра провела по месту укола ваткой. Та окрасилась в оранжевый цвет.

[Это не спирт. Пахнет по-другому,] — отмечаю в уме странность.

Дамочка положила ватку в другую пробирку и сухо предупредила:

— Мистер Гринч, ожидайте сообщения через терминал. Если всё в порядке, вам разрешат покинуть город. Если лаборатория заметит отклонения, вас пригласят на дополнительную беседу. Если почувствуете первые признаки гриппа, кашель или сыпь, вызывайте медиков. За вами придут сотрудники медблока в костюмах химзащиты.

— Воу-воу! Полегче. К чему такие серьёзные меры? Я же просто кровь сдал.

— А мы защищаем город! — медсестра глянула на меня так, будто я уже в чём-то виноват. — А вы постоянно шастаете снаружи.

— Вам-то откуда это известно?

Закатив глаза, дамочка повернула ко мне экран ноутбука.

— У вас в личной карте всё написано. Этот значок «H» означает, что вы «охотник» и полезный член общества. Цифра «двадцать пять» — что вы изначально жили на двадцать пятом этаже и не переселялись. Буква «А» говорит о том, что ваше дело под личным присмотром губернатора. Всё, молодой человек, идите. У меня полно работы.

Сидящий в очереди народ начал бухтеть, говоря, что им тоже надо на работу торопиться. Выйдя в коридор, я пытался понять, что именно меня смутило. Резкость медсестры? Нет, дело в другом.

[Аура!]

Приглядевшись к медикам, заметил, что все сотрудники, делающие заборы крови… сплошь начинающие маги. Совпадением это никак не может быть. Выходит, Комитет Конкисты прознал о магах и теперь под видом диспансеризации проверяет всех подряд.

[Ватка, ставшая оранжевой после проведения по моей руке! Зачем медсестра её положила в другую колбу? Ещё и бирку с моим именем прицепила.]

За последние четыре месяца я сделал на форпосте несколько небольших открытий. Некоторые предметы при контакте с аурой мага меняют свои свойства. Отваренная и затем высушенная кость медведя-мутанта при насыщении аурой становится чуть зеленоватой. Мои костяные ножи периодически ломаются. Даже не видя ауру, жители Фриджмонта научились её выявлять химическим путём.

[Комитет Конкисты нашёл способ выявлять магов и теперь составляет их реестр.]

Вернувшись в комнату сто один, я пересказал свои догадки Декстеру.

— Погоди, Гринч. Ты же не просто так мне это рассказываешь? Что именно ты хочешь узнать из штаба?

— Только одну цифру, мистер Крауч. Какой процент населения Фриджмонта можно назвать магами.

Декстер задумался.

— Скажу сразу! Шансы околонулевые… Если об этом не знаю даже я, значит, делом руководит лично генерал-губернатор или кто-то из его ближнего круга. Отчёт о магах будет секретным. А я так… Специалист по допросам, не более того.

— Так я и не прошу вас специально узнавать, — пожимаю плечами. — Если отчёт попадётся на глаза или кто-то на брифинге эту тему поднимет, постарайтесь узнать только эту цифру. Другие данные тоже важны, но проявлять чрезмерный интерес опасно.

Покинув комнату сто один, я отправился в конференц-зал на десятом этаже Фриджмонта. Там находилась развлекательная зона — всё, что связано со СМИ и культурным досугом. Караоке, дискотеки, бильярд, боулинг — всё находится на одном этаже.

Сегодня там же проходила пресс-конференция с участниками разведывательного рейда до Хеменополиса. Все десять человек сидели за одним длинным столом и отвечали на вопросы горожан и прессы Фриджмонта.

[Проблемы сплачивают людей. А ещё народ, сидящий под землёй, требует хлеба и зрелищ. Комитет Конкисты нашёл способ обеспечить их всем и сразу.]

На конференции собралось много зевак. Настежь раскрыты двери, ведущие в общий коридор этажа. Снаружи толпа, которую не обойти. Люди ловят каждое слово храбрецов, прошедших через ледяные пустоши в поисках правды.

[Здесь мне не пройти.]

Раскинув Сферу Восприятия во все стороны, заметил рядом с конференц-залом служебный коридор. Открыв телекинезом механический замок, я аккуратно отвернул вбок камеры видеонаблюдения.

[Всегда есть обходной путь.]

Пройдя через служебный коридор, вхожу через ещё одни двери в конференц-зал. Протолкавшись сквозь журналистов и видеооператоров, я занял место в самом первом ряду.

На сцене стоят два стола — по пять человек за каждым. Вояки из разведгруппы весь последний час отвечали на вопросы прессы. Их сейчас на весь Фриджмонт показывают.

Я просканировал скаутов Сферой Восприятия, ища то, чего не увидеть невооружённым взглядом.

За столами сидят типичные военные — выправка, медали, во взглядах читается собранность.

[Лица! Они НЕ выглядят измученными… Да и в голосе не чувствуется усталости. У актёра Луиса Камрона в кармане пачка сигарет. А у мутантов чутьё такое, что курильщика чуют за километр.]

Путь до Хеменополиса — это две тысячи триста километров в одну сторону. Причём не по ровным дорогам, а по сугробам с сильными ветрами, крио-штормами… Да-да! Они тут тоже бывают… И вечно голодными хищниками. Те же йети объявили настоящую охоту на людей.

До Фриджмонта такие новости не доходят, но на форпосте «Газгольдер» каждый день двузначное число потерь. Комитет Конкисты скрывает информацию о реальной степени опасности мутантов. Этот нюанс я знаю абсолютно точно по ежедневным вечерним разговорам в общей столовой форпоста. Опытные охотники не выпускают новичков наружу, пока не проведут им вводный инструктаж.

Так вот, путь до Хеменополиса — это настоящий вызов возможностям человеческого тела. Однако у парней на сцене нет ни намёка на истощение.

Я поднял руку, давая понять, что хочу задать вопрос. Пять минут спустя я дождался своей очереди.

— Сэр, как вы добирались до Хеменополиса? Вертолёты вроде не летают.

Актёр Луис Камрон собирался ответить, но сидевший рядом с ним лейтенант перехватил микрофон.

— Молодой человек, ответ на этот вопрос уже давался. Мы ехали семь суток на машинах горноспасательной службы. У них гусеничная подвеска и хороший жилой модуль с печкой. Обратный путь занял две недели. Одна из машин сломалась… Затем на нас напали йети, и мы потеряли половину группы. Наши соратники погибли не напрасно! Мы делали всё возможное, чтобы донести до Фриджмонта информацию о возможной эпидемии. Мы один из последних очагов жизни на планете! И обязаны выжить!