Чтение онлайн

— Погодите. Человек ещё жив?

— Верно. Это я, — улыбаясь указываю на себя. — И снизу надо добавить текст:

«Всё ценное забрал и отправился на Небеса. Но если вы это читаете, значит, я оставил для вас послание. 30 ноября 2028 года».

Дамочка поглядывала то на блокнот, то на меня.

— Что-то ещё?

— Да. Нужно максимально быстрое изготовление и доставка. Если справитесь за пять часов, дам пятьсот баксов вам и ещё тысячу тем, кто будет делать надпись.

В глазах сотрудницы ритуального бюро загорелся огонь наживы.

— Кремация?

— Тьфу на вас! — я аж отпрянул от прилавка. — Я не собираюсь помирать. Мне камень на могилку нужен.

Довольно улыбаясь, дамочка подошла к ближайшему гробу и открыла его. Внутри лежали десятки заготовок надгробных плит.

— Выставочный образец, — пояснила она и, кажется, на всякий случай глазами сняла с меня мерки. — Прошу прощения, привычка. Раз времени нет, предлагаю взять один из образцов. Мастерская по обработке камней находится через дорогу. Для них это вторая работа. По ночам там всегда крутятся эмигранты, которые не прочь подзаработать. Правда, наш грузчик приедет только завтра утром…

— Идеально! Тогда я сам им всё отнесу. — Достаю из гроба надгробную плиту цвета песчаника. — Как там в стихах говорится? «Я памятник себе воздвиг нерукотворный…»

Мастера по обработке камня малость удивились ночному гостю. За сто баксов они стали сговорчивее. За двести — освободился второй мастер, почуявший запах денег. За пятьсот — все текущие заказы оказались отложены.

[Ишь как торопятся меня похоронить!]

Три часа спустя у меня на руках имелась готовая надгробная плита. В такси с такой ездить будет неудобно. Вернувшись в бюро ритуальных услуг, я с их рецепции позвонил «Тичу с лопатой». Удобно же! У него в багажнике всегда лежит плёнка. Ещё и выпить есть, чтобы помянуть человека добрым словом.

— Мне нужна машина и лопата.

В трубке несколько секунд висела тишина.

— Вы тот парень со странной татуировкой?.. Понял. Куда подъехать?

…

Полтора часа спустя мы подъехали к руинам особняка Гринчей со стороны переулка, находящегося за домом. Сфера Восприятия показала, что патрульные копы давно ушли. Ни в моём доме, ни у соседей засады ждать не стоит.

Провернув Телекинезом поворотные механизмы-затворы, я дал куску забора упасть на территорию участка. Не задавая никаких вопросов, Тич достал из багажника лопату, бутылку виски и два бокала. Мне же пришлось нести надгробную плиту прямо до семейного дерева.

Выкопав в земле ямку, я кряхтя вбил в неё плиту. Разместил «памятник» аккурат в том месте, где находился тайник с непонятным пульсирующим медальоном.

[Если родители вернутся в мир Галадры, они обязательно проверят наш участок. Надгробная плита даст им понять, что со мной всё в порядке. Логика странная, но у нас вся семья такая.]

Несмотря на то что на дворе ночь, Тич продолжал ходить в кепке и солнечных очках. Видя, что я закончил устанавливать плиту, он молча разлил виски по стаканам и протянул мне один из них.

— Пас, — подняв бокал, ставлю его перед могилкой. — Если вы не против, мистер Тич, я оставлю его здесь для большей убедительности. И спасибо, что согласились меня подвезти. Больше мне ничего не нужно.

Водитель кивнул и уже собрался уходить, как вдруг остановился и протянул мне руку.

— Вы были самым странным из моих постоянных клиентов, мистер Гринч! Был рад с вами работать.

— Благодарю, — с улыбкой на губах отвечаю на рукопожатие. — Жаль, что мы с вами раньше не познакомились. Вы лучший специалист по тому, как НЕ задавать лишних вопросов.

Смахнув слезу, мужик указал на лопату.

— Оставлю вам, мистер Гринч. Думаю, она вам скоро пригодится.

Сказав это, Тич направился к своей машине. А до меня только в этот момент дошло, что водитель себе надумал. Надпись на могилке как бы намекала.

— СЭР! — кричу водителю. — Если вернусь с Небес на землю, я вам обязательно снова позвоню. Берегите себя!

Смахнув с лица предательскую влагу, Тич зашагал к машине ещё быстрее.

[Странный он какой-то. Мог бы и спросить.]

Сев на скамейку, я стал шарить под ней рукой. Как я и думал, родители оставили записку в том же месте, что и в прошлый раз. Скорее всего, это идея папы! Десять месяцев назад под этим самым деревом он признал меня взрослым.

Нащупав знакомый конверт, я оторвал его от сиденья и достал лежащую внутри записку. Отец написал её от руки — почерк я узнал сразу.

'Маркус, если ты читаешь это сообщение, значит, мы в бегах. Ты у меня умный, сын. Верю, что докопаешься до правды.

Мы с твоей мамой женаты больше полувека. Мне сейчас сто десять лет, а Аэлире, твоей маме… кхем… джентльмены о таком не говорят. И тем более не пишут. Мама родилась в Поднебесье, а я — в другом месте.

Много-много лет назад я сделал предложение руки и сердца твоей маме. Она женщина умная, красивая, горячо любимая, надёжная, заботливая… О Небо! Я до сих пор радуюсь тому, что она ответила мне согласием.

Семья твоей мамы тогда находилась в состоянии войны. Патриарх и твой прапрадед видел в роли жениха Аэлиры совсем другую партию.

Призвав Небо в свидетели, мы тайно обвенчались и бежали. От войны, от дрязг семьи, от предрассудков.

Кхем… По техническим причинам мы не могли зачать детей в том мире и перебрались в Иридан — планету водного типа. Как ты, наверное, уже понял, и я, и мама обладаем силами за гранью понимания смертных. На жизнь денег нам всегда хватало.

Минуло двадцать с лишним лет жизни, наполненных любовью, и на свет появился крепыш Бакки. По техническим причинам нам пришлось переехать в другой мир Пограничной Зоны — планету Алдония.

Ещё через два года к нам присоединилась малютка Эвелин. Затем непоседа Хьюго и, наконец, ты, Маркус, — моё четвёртое и самое необычное дитя. Каждого из вас мы с мамой считаем благословением Небес.

Ты этого не помнишь, Маркус, но когда тебе исполнился год, нам пришлось бежать из Алдонии. На наш дом вышли убийцы, посланные патриархом. За минувшие полвека влияние его семьи значительно окрепло. Перед созданием клана он решил «отрезать все гнилые корни» — за всеми членами семьи Гринч началась охота.