Чтение онлайн

Пока Дарси говорила, Ник сжал пальцы. Он помнил, как дерево палубы пело под его руками, когда он впервые его коснулся. Оно все еще пело, когда он брался за штурвал.

— Такое невозможно.

— Что ты знаешь о своей матери? О своем отце? — Ник не успел заговорить, она ответила. — Ничего. Кто сказал, что они не могут быть из Казы Пиратимаре? Может, твоя мать была казарриной, сбежавшей, потому что была беременна? Или ты можешь оказаться сыном-бастардом казаррино, который не знал, что его любовница забеременела?

Ник покраснел, когда Дарси заговорила о его родителя.

— Все дети-бедняки мечтают, что их родители — принцы и принцессы. Такое бывает в пьесах синьора Артуро, — к удивлению Ника, его горло сдавило. Он глубоко вдохнул и попытался продолжить. — Это не моя жизнь.

— О, конечно, — Дарси встала и сделала насмешливо реверанс. Она прошла к двери и опустила ладони на ручку двери. — Конечно, не твоя жизнь. Твоя жизнь проще. Разбитые корабли. Пираты. Острова. Проклятия на кораблях, которые можешь снять только ты. Прости, что я посчитала тебя необычным после всего нормального, — заметив, что она лишила его дара речи, Дарси открыла дверь, чтобы выйти. — О, Никколо? — невинно спросила она. — Что у тебя в руках?

— Это… просто бумажный кораблик.

— О, бумажный корабль. Как все бумажные корабли, которые ты построил? — она оглядела комнату, отмечая бумажные скульптуры на всех поверхностях. — Как те, что ты делал, сколько я тебя знаю? Как долго ты их делаешь, Ник?

— Всю… — он сглотнул. — Всю жизнь.

— Интересно, — ровным голосом сказала она. — Это тебе дается так легко. Откуда это? Хм. Ладно. Спокойной ночи.

Она закончила. Ник бросил лист бумаги на стол, словно он горел. Это было не честно. Он просто занимал этим руки, пока не было других дел. Это было безобидно. Это ничего не значило. Он просто превращал обрывки в нечто лучшее. Никто не представлял такое для них.

Когда Ник подумал пойти за Дарси и возразить, она пропала с палубы. Он не пошел за ней вниз.

Дарси жестоко заставила его сердце трепетать. Она жестоко дала ему такую надежду. Было бы чудесно быть крови Пиратимаре. Быть из одной из Семи известных семей Кассафорте. Он бродил по кораблю, гладил медленно перила. Он видел перед глазами сцену из пьесы синьора Артуро. Герой брел по мосту Казы Пиратимаре в скромной одежде, пока семья Пиратимаре (синьор Артуро играл бы старика, а синьора была бы в самом лучшем платье) ждала с распростертыми объятиями и слезами на лицах в конце моста. Пульчинелла, как горничная семьи, приготовила бы пир, который мог бы накормить весь город. Чудо-ребенок была бы младшей сестрой, стала бы выполнять акробатические трюки вокруг стола. Даже черствым мужчинам было бы сложно не потянуться за платком от счастливых лиц.

Волны стали беспокойными, и Ник пришел в себя, пошатнувшись. С шканцев, озаренных лампами, Максл помахал капитану и стал насвистывать. Он указал за Ника, поднял большой палец к небу. Ник повернулся, чтобы понять, на что показывает Максл. Вдали он заметил огни. Маленькие скопления неподвижных огней во тьме. Кассафорте.

Они были почти дома. Сердце Ника забилось быстрее. Та сцена, которую он представлял, могла стать реальностью в конце недели. Он мог оказаться сыном, вернувшимся к Пиратимаре, где его примут и будут любить, где его окружат объятия семьи. Еще и благородной семьи. А потом? Корабль покачивался от волн, пока он думал об этом. Семья будет чужаками для него. Они запрут его в инсуле, чтобы обучить кораблестроению, когда он присоединится к ним — хотя вряд ли для этого была какая-то церемония, и разве он не был взрослым для этого? Он мало знал о Семи. Он точно не сможет снова увидеть Артуро, Максла, даже Ренальдо и Михаэло, если он сможет отыскать их. Разве они не были ему семьей больше, чем какие-то Пиратимаре?

Что еще? Для Ника жареная куриная ножка и кружка сидра были пиром. И костюм, что был на нем сейчас, с высокими сапогами и белой рубахой, хорошо сидел на нем. И хотел ли он из слуги стать господином слуг? Он не мог это представить, как ни старался. Он знал, как ощущались приказы тех, кто хотел все для себя. Он все время был с экипажем, как капитан, это отличалось. Приказы шли от него, но он трудился, как они, ради общей цели. Нет, если, будучи одним из Семи, он будет повелевать слугами, он никогда не присоединится к их рядам.

Галеон раскачивался, но плыл вперед, был все ближе к огням родного города. Кассафорте выглядел мирно ночью. Сотни огней усеивали берег от кораблей и семи островов каз вокруг города. Еще больше сияло в центре города, озаряя небо. Ник улыбнулся от вида, радовался ему. Он даже смеялся в мыслях, ведь позволил себе поддаться соблазну, представить жизнь, которая не могла быть его.

Он водил ладонями по перилам, ощущал гладкое дерево под кожей. Этот галеон нуждался в нем. Пока что этого ему хватало.

Он пару мгновений смотрел на танцующие огни города и слушал напев Максла на фоне. А потом с интересом склонил голову. Не все огни должны были танцевать.

— Максл, — он щелкнул пальцами. — Принеси мне подзорную трубу.

Через миг она была в его руке.

— Я еще не был в городе Кассафорт раньше, — сообщил Максл, глядя поверх плеча Ника. — Слышал, это красивый город, как для дикарей и магов.

Ник настроил трубу. Тех огней не должно было там быть. Он выругался, но не давал себе паниковать. Он попал домой не просто так, и причину он уже видел.

— Звони в колокол, — приказал он Макслу. — Всех на палубу. Кассафорте горит.

20

Смельчаки не живут мягкой жизнью.

— старая кассафортийская поговорка

— Не верю, что дошло до этого, — Джакопо Коломбо прижался к перилам борта, прижав ладонь ко лбу. Казалось, он расплачется. — Это невозможно.

Ветер бушевал над волнами. Экипаж пошатнулся, когда тряхнуло корабль. Паруса главной мачты дико хлопали, а те, кто управлял ими, выпустили канаты из рук.

— Осторожнее! — рявкнул Ник, опередив Максла. — Будьте наготове. Мы не знаем, что именно происходит, — синьор Артуро, Нейв и Урсо встрепенулись.

— Пэйс Д’Азур осадили город! — заявил Джакопо. — Мы опоздали!

Ник замер и обратился к Джакопо:

— Это невозможно. Вы знаете, что военные корабли графа Дюмонда не могли прибыть раньше нас. Смотрите, — он сунул подзорную трубу в руки старика, чтобы он увидел сам. Шесть величавых военных корабля города горели там, где были пришвартованы. Их паруса и мачты ярко пылали в ночи. Тучи черного дыма поднимались к небу, закрывая лилово-коричневые знамена на их мачтах.

Пылал и юг порта, многие лодки там. Хотя волны и ветер заглушали звуки с берега, Ник мог представить хаос. Лодки, еще не тронутые огнем, уплывали, люди спасались на них. Торговые корабли отчаянно пытались протиснуться между ними. Ник сожалел тем, кто попал в этот хаос.

— Боги, — выдохнул Джакопо.

Дарси пробегала мимо с веревкой в руках.

— Сейчас нужны все руки, — сообщила она отцу. Она отобрала у него подзорную трубу и вернула Нику. — Особенно в такое время.

— Идите, — сказал им Ник и добавил для Джакопо. — Мы справимся, — нунций кивнул, хотя не был убежден, когда пошел за дочерью к фок-мачте.