Чтение онлайн

На столе рядом с ней лежали несколько белых конвертов. Один из них был открыт, листок бумаги валялся рядом с пепельницей.

— Что происходит? — требовательно спросил Тайг, остановившись посреди кухни, зло глядя на нашего старшего брата и совершенно не обращая внимания на мать. — Я хочу знать!

— Потише, Тайг! — огрызнулся Даррен. — Я пытаюсь обдумать... — Он шагал по кухне, сжимая в кулаке белый конверт. — Я не могу думать!

— Скажи мне, что происходит, и можешь думать дальше! — мгновенно выкрикнул Тайг.

Все так же стоя в дверях, я наблюдала за тем, как Джоуи молча прошел мимо Даррена и схватил лежавший на столе листок.

Мое сердце как будто остановилось в груди, когда я следила за ним: он читал, хмурясь все сильнее и сильнее, а потом просто крепко закрыл глаза. В бешенстве он смял листок в ком и швырнул его в стену.

— Гребаное дерьмо!

— Это не помогает, — негромко предупредил его Даррен.

— Да, а ты знаешь, что еще не помогает? — рявкнул в ответ Джоуи. — Ты, Даррен! Ты ни хрена не помогаешь!

— Думаешь, мне этого хочется? — прошипел Даррен, уставясь на Джоуи. — Ты просто долбанутый, если думаешь, что я хотел этого!

— Ох, боже... — громко всхлипнула мама. — Я этого не вынесу!

— Заткнись ты со своими жалобами! — заорал Тайг, в отчаянии дергая себя за волосы. — Всех уже тошнит от твоего нытья!

— Полегче, Тайг! — прикрикнул на него Даррен. — Не говори с ней так!

— Не указывай ему, что делать! — тут же бросился на защиту Джоуи. — Малыш прав! Нам всем до тошноты надоело ее слушать, и тебя тоже! У него просто хватило храбрости сказать это вслух!

— Да что вообще происходит? — спросила наконец я, не сходя с места; входная дверь за спиной оставляла шанс, если что, сбежать.

— Скажи им, в чем дело, Даррен, — язвительно ухмыльнулся Джоуи. — Давай, расскажи Шан и Тайгу хорошие новости! А еще лучше...

Замолчав, Джоуи подошел к столу и схватил конверты. Перебрав их, он бросил два обратно на стол и подошел к нам.

— А лучше — пусть они сами прочитают!

Сунув один конверт в руку Тайга, второй Джоуи отдал мне — на нем было коряво написано «Шаннон», — а последний сунул в карман своего голубого комбинезона.

— Желаю приятного чтения, ребята! — добавил он с оттенком сарказма в голосе. — Лучшая фантастика, какую только приходилось читать, правда, мам?

Я боялась открыть конверт, который держала в руке, потому что мозг опознал в корявых буквах отцовский почерк.

— Он написал всем по письму! — с презрением и злобой произнес Джоуи. — Как нам повезло!

Даррен покачал головой:

— Джоуи...

— Он что, умер? — выдохнула я с колотящимся сердцем. — Да? — Я помахала письмом. — Он по... — У меня перехватило горло и пришлось напрячься, чтобы договорить. — Он покончил с собой?

— Как же, не надейся! — Джоуи хмыкнул. — Он цветет и пахнет, живет в Брикли-хаусе.

— Брикли-хаус?

— Это лечебный центр на другом конце города, — пояснил Даррен. — Папа записался туда две недели назад, Шаннон. В тот день, когда тебя увезли в больницу. Там он и был все это время... поэтому его и не могли найти.

Я на мгновение прикрыла глаза, пытаясь справиться с эмоциями и осмыслить услышанное, но все равно смогла произнести только одно слово:

— Что?

— Что это значит? — побледнев, спросил Тайг. Когда никто ему не ответил, он закричал: — Что это значит?

— Это значит, что он умный сукин сын и что у него есть важные друзья и доступ к какому-то ловкому адвокату, — почти захохотал Джоуи, хлопая себя по бедрам. — Это значит, он и на день не попадет за решетку — как я и предсказывал. Как я, на хер, и говорил вам всем!

— Нет, — поспешил вмешаться Даррен. — Он все равно должен явиться в суд.

— Почему он не в тюрьме? — с трудом произнесла я, чувствуя, что меня трясет. Посмотрев на Даррена, я прошептала: — Ты ведь говорил, Даррен! Ты мне говорил, что его арестуют, как только найдут! — У меня вырвалось хриплое рыдание, я инстинктивно прижала ладонь к боку, слишком хорошо помня, что произошло на этой кухне, когда отец был здесь в прошлый раз. Все тело панически сжалось. — Ты ведь именно это говорил! — пробормотала я, чувствуя, что могу вот-вот потерять сознание. — Ты обещал!

Даррен поморщился:

— Я помню, что я говорил...

— Он сотрудничает, — бешено перебил его Джоуи.

— В смысле? — спросил Тайг.

— Он добровольно записался в Брикли-хаус, этого достаточно, чтобы показать суду, что он сожалеет о своих поступках и хочет, чтобы ему помогли вылечиться от алкоголизма, — объяснил Даррен. — Это значит, что судья может отпустить его под залог при условии, что он пройдет тридцатидневный курс лечения, не нарушит условий запретительного ордера и явится в суд в ноябре.

— В ноябре? — От страха у меня расширились глаза. — Но до того еще несколько месяцев!

— И это значит, что через пару недель он будет свободным человеком, — добавил Джоуи, крепко сжимая руки. — Охренеть как круто! — В ярости повернувшись к маме, он сказал: — Можешь перестать ныть. Он скоро к тебе вернется.

— Нет, не вернется! — рявкнул Даррен. — Ему запретят!

— Да не гони ты херню, Даррен! — заорал Джоуи, окончательно выходя из себя. — Хватит им врать! — Повернувшись к нам, он сказал: — Он отсидит в Брикли свои тридцать дней, выйдет новым человеком, полным сожалений и стыда, придет в суд в хорошем костюме, с одним из своих друзей, и судья похвалит его за чистую, трезвую жизнь. А потом мы услышим что-то вроде «каждый заслуживает второго шанса», его похлопают по плечу и отпустят.

— Джоуи! — рявкнул Даррен. — Хватит!

— Пройдет несколько месяцев, социальные работники о нас забудут — потому что, ребята, кроме нас, у них есть и другие проблемы, — продолжил Джоуи, не обратив внимания на Даррена. — Раз уж вы все сыты, одеты, относительно невредимы, ходите в школу, мы больше не держим вас на своих радарах. Они о нас забудут — точно так же, как и раньше.

— Я сказал, хватит! — закричал Даррен. — Ты их пугаешь!

— А потом он тихонько проскользнет в ее постель как ни в чем не бывало, — добавил Джоуи, щуря зеленые глаза на Даррена. — Вот что будет, и, если вы верите в другое, вы просто дураки.

— Ненавижу тебя! — пронзительно вскрикнул Тайг, швыряя в маму нераспечатанный конверт и убегая из кухни, на ходу оттолкнув меня.

Его шаги прогремели по лестнице, заполнив напряженное молчание, воцарившееся после его ухода.

Я продолжала осторожно наблюдать за братьями и матерью, желая хоть что-то почувствовать. Внутри все онемело и похолодело, жизнь застыла в остановившемся времени. Ничего не было. Я была просто пуста.

Вся моя вера, мои надежды, мое будущее... хлоп!