Чтение онлайн

— «Трахни меня, отсоси у меня, разрушай себя вместе со мной...» — негромко бормотала я, читая список на экране. — Звучит весьма...

— Похоже на Гибси? — предположил Джонни, качая головой. — Да, вполне похоже.

— По крайней мере, он оригинален, — сказала я. — Не думаю, что мне приходилось встречать других таких, как он.

— Это потому, что мир способен вынести только одного Джерарда Гибсона, — с усмешкой сказал Джонни. Он рассеянно, почти неосознанно потер то место, где, как я знала, засела боль.

— Болит? — Крепко сжав одеяло, которое Джонни нашел для меня в багажнике, я спросила: — Ты вообще как себя чувствуешь?

— Нет, Шан, не болит. — Бросив айпод на приборную панель, он сосредоточился на мне. — Я, вообще-то, отлично себя чувствую. — Он чуть снисходительно улыбнулся, заставив заиграть ямочки на щеках. — Лучше, чем за много месяцев.

— Правда? — обрадовалась я. — Значит, я хороший тренер?

Усмехнувшись, он поднес мою руку к губам и скользнул губами по костяшкам пальцев.

— Единственный в своем роде!

Слегка сжав мне пальцы, он опустил наши соединенные руки себе на колено.

Подавив дрожь во всем теле, я отвернулась и посмотрела в окно, довольно вздыхая, наблюдая, как волны вздымались, пенились и бились об утесы.

Сегодня...

Боже, сегодня был мой лучший день.

Когда я проснулась утром, то была уверена, что больше ни разу не улыбнусь. Знание, что отцу осталось чуть больше двух недель лечения до того, как он станет свободным человеком, что-то сломало во мне. Отравило крошечную искру надежды, за которую я цеплялась последние недели, привыкая к жизни без него. Его письмо лежало нераспечатанным в боковом кармане рюкзака. Я не была уверена, что не прочитаю его однажды, но знала, что не желаю его читать прямо сейчас. Я так злилась на себя за то, что ослабила защиту, за то, что вообще позволила себе представить возможность жизни без него.

Когда утром я пришла в школу, я не собиралась искать Джонни. Это просто случилось. Без вмешательства рассудка ноги принесли меня прямиком к нему. Мне незачем было задавать какие-то вопросы, садясь в машину, потому что я знала, что поеду с Джонни куда угодно. Понимал он сам или нет, но он предлагал мне временный спасательный круг, и я хваталась за него обеими руками.

И вот мы были здесь, на берегу, угнали машину его лучшего друга, чтобы сбежать из школы и из города. Мы провели весь день, абсолютно ничего не делая, и это значило для меня абсолютно все.

— У тебя будут проблемы? — спросила я. — Когда твои родители узнают, что ты пропустил уроки?

Уже близился вечер, неся с собой темнеющее небо и жалящий холодом ночной воздух. Холод пробегал по моим голым ногам, и я знала, что скоро нам придется уезжать. Эта мысль угнетала, но я оттолкнула ее, решив не портить лучший день моей жизни.

Джонни беспечно пожал плечами:

— У меня вечно какие-нибудь проблемы.

Я сжала губы:

— У меня тоже.

— Мы в этом смысле пара, да? — хихикнул он.

— Да.

Не зная, как выбрать слова для следующей фразы, я долго думала, прежде чем отказалась от попыток быть тактичной, и просто ринулась вперед:

— А что в июне?

Этот вопрос доводил меня до безумия с тех пор, как Джоуи рассказал о карьере Джонни. Этот вопрос доводил почти до оцепенения каждый раз, когда я думала об отъезде своего парня.

— С регби, — прошептала я, прикусив нижнюю губу так, что ощутила вкус крови на языке, когда повернулась и посмотрела на него. — Что будет, когда ты уедешь?

Джонни молчал чрезвычайно долго, переводя взгляд с моего лица на руль и обратно. Наконец он повернулся и посмотрел на меня.

— До этого еще далеко, Шан, — честно признался он, глядя на меня в упор. — И я даже не знаю, попаду ли в команду...

— Попадешь, — тихо перебила его я. В моем голосе не звучало колебания. — Я уверена.

Он смотрел на меня серьезно и долго, потом отвел взгляд и уставился в потолок машины.

— Хотел бы я быть уверенным.

— Ну, я уверена за нас обоих, — заявила я, сжимая его руку. — Так и будет. — Ты уйдешь. — Ты будешь блистать.

Он, нахмурившись, покачал головой.

— Я так адски этого хочу. — Страдальчески вздохнув, он провел рукой по мокрым от дождя волосам и проворчал: — Я вообще хотел только этого, насколько помню, понимаешь?

— Так оно и будет, — сказала я, пытаясь дать ему хоть частицу той поддержки, какую он давал мне каждый день.

— Я довольно серьезно облажался, — негромко заговорил Джонни. — Я никого не слушал. Слишком много тренировался. Чуть не убил себя. Если я это сделаю... — Он помолчал и взглянул на меня. — Это будет чудо.

— Нет, — поправила его я. — Когда ты это сделаешь, это будет итог многих лет тяжелого труда.

— Думаешь, у меня получится?

Я кивнула:

— Я знаю, что получится.

Он огорченно вздохнул.

— Я просто... хочу быть кем-то, понимаешь? Не нужно стараться, чтобы быть обычным, — признался он; теперь он говорил быстро, в его речи слышался дублинский акцент. — Я не хочу быть обычным, Шаннон, я хочу стать выдающимся. Я хочу отличаться. Но все это — тренировки и хреновы операции... все это ничего не значит, если я не вернусь на поле как можно скорее. — Он посмотрел на наши руки и пробормотал: — Все будет напрасно.

— Что я могу сделать? — отчаянно желая поддержать его, спросила я. — Я могу помочь?

Джонни усмехнулся:

— Ну, типа тренировать меня?

— Если хочешь! — Я беспомощно пожала плечами. — Я просто хочу помочь тебе.

— Ты можешь быть со мной, — негромко ответил он, и в его синих глазах вспыхнула беззащитность. — Даже если я не получу вызов в сборную.

В груди у меня вспыхнуло такое чувство к нему, что стало физически больно.

— Ох, Джонни...

Не в силах удержаться, я задрала юбку так, чтобы перебраться через рычаги. Добравшись до Джонни, я обхватила его коленями, а потом осторожно опустилась, стараясь не причинить ему боли. Я ощутила крепкие, упругие мускулы. В этом парне не было ничего мягкого. Включая выражение лица, он был сплошная твердость.

Джонни выпрямился; его руки машинально потянулись к моим бедрам, сжимая их.

— Что ты делаешь? — прошептал он, наблюдая за мной полуприкрытыми глазами.

Он сглотнул; его кадык подпрыгнул, руки шарили по моим обнаженным бедрам, и пальцы впивались в мое тело с каждым его вздохом. Жар его рук вызвал во мне восхитительную теплую дрожь; она растекалась внутри, пока он жесткими подушечками поглаживал мою кожу.

— Шан?

— Я здесь ради Джонни, моего парня, — сказала я, обхватывая дрожащими руками его лицо. — Не ради Джонни-регбиста. — Нервно вздохнув, я наклонилась к нему и поцеловала в уголок рта, а потом снова отодвинулась и заглянула ему в глаза. — Я останусь ради обоих, но люблю я только одного.