Чтение онлайн

Визит ознаменовался еще одним комическим эпизодом — знаменитой «конфеткой»: во время военного парада на Крещатике (происходившего при рекордно малом количестве публики) В. Янукович заскучал на трибуне и решил пожевать конфетку. Удовлетворив свое желание, он по законам гостеприимства предложил кондитерское изделие и стоявшему рядом с ним В. Путину. Российский президент, несколько смешавшись, вежливо отказался. Как и в случае с яйцом, эпизод, демонстрирующий особые качества кандидата от власти (в частности умение себя вести на официальных церемониях), был широко разрекламирован в интернете и неоднократно показан на «5 канале».

За несколько дней до выборов прозвучал целый ряд заявлений, подтверждающих все более тревожные слухи о том, что и власть, и оппозиция готовятся к «силовому» варианту. С одной стороны, В. Янукович 29 октября выступил с обращением, в котором, повторив часть своей предвыборной программы, закончил инвективами в адрес тех, кто «бросает страну и ее народ в кровавое гражданское противостояние». Спикер Верховной Рады В. Литвин призвал обоих кандидатов «не волновать людей». Со своей стороны В. Ющенко и Ю. Тимошенко призвали своих сторонников не поддаваться на провокации, при этом лидеры оппозиции заявили, что соберут в Киеве «сотни тысяч организованных людей, если власть попытается перечеркнуть волеизъявление народа» [273] . Опасность ситуации заключалась в том, что радикальная риторика была выгодна всем соперникам: для лидеров оппозиции это был замечательный мобилизационный ресурс, для кандидата от власти — возможность заклеймить оппозиционеров как врагов правопорядка, для Л. Кучмы — великолепный повод воспользоваться моментом для исполнения арии «отца нации», стоящего над схваткой, и возможного продления своих полномочий.

В данном случае лидеры оппозиции вовремя поняли, что дальнейшее обострение все же не сулит им необходимых выгод, к тому же моральные издержки усиления прессинга на власть в случае силового варианта могли быть чрезмерными. Планировавшийся на вечер 31 октября митинг оппозиции возле здания ЦИК был отменен. Накануне выборов перед зданием ЦИК возвели металлическую ограду (обмазав ее солидолом), во дворе красовался бронетранспортер и четыре водомета. Эти технические приготовления, рассчитанные скорее на психологический эффект, разумеется, в очередной раз стали объектом многозначительных комментариев со стороны оппозиционных журналистов.

В эти же дни был озвучен термин «оранжевая революция» [274] — говоря о тактике оппозиции во время выборов (публичный контроль и недопущение провокаций, проведение законных публичных акций), В. Ющенко сказал, что в этом и состоит смысл «оранжевой революции» [275] .

Впрочем, выборы 31 октября прошли относительно спокойно. Разумеется, не обошлось без нарушений, как обычных при организации таких массовых мероприятий (ошибки в списках), так и тех, что были результатами целенаправленных действий. К последним можно отнести избиения наблюдателей, кражу и порчу бюллетеней, нападения на журналистов, повторные голосования по открепительным талонам, административный нажим на избирателей. Наиболее резонансные нарушения имели место в Кировограде: здесь произошло вооруженное нападение на избирательную комиссию и похищение урн с бюллетенями.

Уже в первом туре штаб В. Ющенко заявил о наличии транзитного сервера в администрации президента, якобы позволяющего вмешиваться в работу сервера ЦИК, получающего и обрабатывающего данные от территориальных избирательных комиссий. В. Медведчук впоследствии не отрицал наличия в администрации сервера, якобы позволяющего вести параллельный подсчет, однако исключал возможность и намерения вмешательства в работу сервера ЦИК.

Уже в первом туре возникла показательная разница в оценке выборов международными избирателями (их присутствовало около 4 тыс.) — наблюдатели от европейских и евроатлантических организаций фиксировали многочисленные нарушения законодательства и называли президентские выборы шагом назад по сравнению с предыдущими парламентскими. Наблюдатели от стран СНГ называли выборы «образцовыми» — впрочем, в данном случае «образец» можно было трактовать по-разному…

К 17:00 31 октября 2004 г. были опубликованы результаты национального экзит-пола (опроса, проведенного возле избирательных участков). Опрос был проведен четырьмя крупнейшими социологическими службами, по его результатам, за В. Ющенко проголосовали 44,8 % избирателей, за В. Януковича — 36,6 % [276] . Поскольку штабы обоих кандидатов вели параллельный подсчет голосов, уже до оглашения официальных результатов стало понятно, что понадобится второй тур. Окончательные результаты выборов были оглашены в последний отведенный законом день — 10 ноября 2004 г. В. Ющенко занял первое место, набрав 39,87 % голосов. За ним шли В. Янукович (39,32 %) и А. Мороз (5,81 %). Лидер коммунистов П. Симоненко набрал менее 5 %.

«Боевая ничья» в первом туре, по сути, означала промежуточную победу власти: все шло по плану — кандидат от оппозиции не одержал решающей победы в первом туре, было достигнуто формальное «равенство шансов» главных кандидатов, отрепетированы технологии фальсификаций и применения административного ресурса. Оппозиция, явно готовившая протесты на случай победы кандидата от власти, была вынуждена ограничиться рядом заявлений о нарушениях и фальсификациях и отложить решительные действия на потом.

Началась подготовка ко второму туру, при этом для лидеров оппозиции и будущих «полевых командиров» настало время подготовки к массовым публичным акциям протеста — первый тур показал, что масштабы фальсификаций могут быть беспрецедентными. Политологи, политтехнологи и журналисты занимались подсчетом возможных голосов главных кандидатов и голосов, которые добавлялись с выходом из игры кандидатов второстепенных и технических. Штаб В. Ющенко рассчитывал на избирателей, проголосовавших за А. Мороза и А. Кинаха. Штаб В. Януковича рассчитывал на голоса, отданные в первом туре за коммунистов (которые заявили, что не будут поддерживать ни одного из кандидатов), за «прогрессивную социалистку» Н. Витренко и за гроздь подставных кандидатов — однако, как показали дальнейшие события, не они составляли основу расчетов — ставка делалась на административный ресурс (здесь уже, впрочем, резервы были исчерпаны в первом туре), прямые фальсификации и открепительные талоны.

В агитацию включилась церковь — здесь наблюдалось своеобразное разделение труда: Украинская православная церковь Московского патриархата активно агитировала за В. Януковича. На улицах столицы стали появляться странноватые процессии, напоминающие картину Ильи Репина «Крестный ход в Курской губернии» — кучки бедно одетых людей с иконами и портретами В. Януковича, курсировавших по маршруту «Верховная Рада — Крещатик». В церквях Украинской православной церкви Московского патриархата раздавались агитки, поносящие В. Ющенко и восхваляющие кандидата от власти. На листовках портрет В. Януковича красовался рядом с изображениями святых. Украинская православная церковь Киевского патриархата формально придерживалась нейтралитета, однако в ее храмах распространялись газеты оппозиции. Греко-католическая церковь к агитации была не причастна, однако здесь она была и не нужна — и без нее было понято, что запад Украины — за В. Ющенко.

Тема «раскола» Украины вновь стала чемпионом в выступлениях политиков и журналистов от власти — до такой степени, что понадобилось специальное заявление депутатов парламента от оппозиции (13 ноября) с предложением Национальному совету по телевидению и радиовещанию запретить трансляцию таких материалов.

Тон агитационных материалов обеих сторон становился поис- тине апокалиптическим — у рядового избирателя возникало впечатление неизбежного краха, полной катастрофы в случае победы любой из сторон — «оранжевой» или «бело-голубой». Практически в сознании людей соревновались уже не два реальных или даже виртуальных кандидата, и даже не какие-то абстрактные политические силы — противостояние нагнеталось между силами «света» и «тьмы», «добра» и «зла», представление о которых было диаметрально противоположным в разных регионах Украины.

На востоке и юго-востоке страны В. Ющенко и его сторонников видели либо в образе националистов, изнывающих от желания немедленно лишить местное население русского языка и культуры, либо в образе кучки изгнанных из власти неудачников, стремящихся по дешевке продать Украину предательскому, коварному Западу. В. Янукович изображался в слащаво-сусальном, весьма советском образе простого труженика, «крепкого мужика», немногословного, но умеющего добиться своего человека дела. В западных и центральных регионах и, конечно же, в Киеве В. Янукович и его сторонники могли узнать себя лишь в образе бандитского «пахана» и его прихлебателей, рвущихся к власти, чтобы превратить Украину в криминальную вотчину. В. Ющенко представлялся мессией, единственным спасением от «криминальной революции», грамотным и энергичным политиком западного толка, гарантом цивилизованного, европейского развития Украины, спасителем от поглощения страны «имперской Россией». Обе стороны состязались в пошлости, однако следует заметить, что авторы «оранжевого» негативного пиара все-таки проявили больше изобретательности и чувства юмора.