Чтение онлайн

В этот раз Яне быстро наскучило играть у камней, которые она уже в деталях изучила, и она решила пойти дальше, туда, где волны разбивались о грудь застрявших в песке внушительных валунов. Оттуда, наверное, прекрасно видно морское дно, и рыбок, и крабов, и, быть может, даже медуз… Яна оглянулась через плечо — мама, в своей смешной соломенной шляпе, лежала на полотенце, увлеченная какой-то книгой — и решительно двинулась к валунам. Взобраться на них оказалось не такой уж простой задачей: углы у них были острые, а омываемое волнами основание — скользким. Пыхтя, Яна принялась карабкаться на самый низкий из валунов, точно большая и неуклюжая ящерица. Еще чуть-чуть, и она окажется наверху…

Она даже не успела испугаться, когда ее пальцы вдруг сорвались со скользкой поверхности камня, а висок ударился о что-то твердое и острое; накрывшая ее волна чуть притупила разорвавшую голову боль. Солнце блеснуло в воде прощальным зеленоватым бликом, глухой шум в ушах усилился, но крепкие мамины руки не позволили Яне погрузиться в пучину забвения. Через минуту она уже лежала на берегу, головой на маминых коленях, с недоумением наблюдая, как на белом мамином платье расплывается огромная алая клякса.

— Ничего, доченька, ничего, — бормотала сквозь слезы мама, осторожно ощупывая ее голову. Странно, но боли больше не было.

— Мама, не плачь. Мне не больно, — попыталась улыбнуться Яна.

Ужас в глазах мамы сменился сперва потрясением, а затем облегчением; прижав Яну к груди, она до боли сжала ее в своих объятиях и прошептала:

— Больше никогда так не пугай меня, Чарли…

Чарли? Почему Чарли? Это не ее имя!

— Чарли, не плачь. Мне не больно, — шептала мама, на этот раз лежащая на узкой больничной кровати. Ее худые до прозрачности руки с вздувшейся сеточкой вен ласково сжимали ее ладонь, а глаза, уже не молодые и очень усталые, лучились прощальной нежностью.

— Мама, не умирай, пожалуйста, — всхлипнула Яна… и проснулась.

Подушка под ее щекой была мокра от слез, а ее грудь все еще душили спазмы рыданий. Странный сон из чужой жизни был неотличим от реальности; Яне казалось, она до сих пор чувствует на коже опаляющий жар летнего солнца, слышит резкие крики чаек над морской гладью… Впрочем, чайки-то как раз были реальны — вот только море совсем не походило на то, другое, синее и знойное.

— Чарли, — прошептала Яна и застыла, озаренная догадкой. Ну, конечно! Как она сразу об этом не подумала? Чарли, по сути, стала ее создателем, дав ей своей крови. А вместе с кровью Яне передались и ее воспоминания. В момент обращения Яна была без сознания и не могла этого почувствовать — но воспоминания начали приходить сейчас, стоило ей уснуть. Так вот как это происходит… Все точно наяву — звуки, краски, ощущения… Что же, теперь ей каждый раз суждено, засыпая, смотреть все новые и новые сны — слайды из чужой жизни? А, быть может, они начнут приходить к ней и наяву? Или просто станут ее частью, подыскав себе укромный и незаметный уголок в ее памяти? Хорошо, если так: сейчас ей с лихвой хватало и собственных переживаний.

Стараясь двигаться бесшумно, Яна спустила ноги с кровати, привстала и тут же поморщилась: половица в полу предательски скрипнула, подтверждая слова Элиана. Вряд ли хоть одно ее движение ускользнет от чуткого слуха вампиров. Что ж, не удастся сбежать сейчас — такая возможность наверняка предоставится ей чуть позже. Главное — усыпить бдительность своих тюремщиков и, в особенности, тюремщиц. Лори будет сложно провести, но простодушие Дейзи давало хоть какую-то надежду…

Элиан, растянувшийся на кровати этажом ниже, лениво прислушивался к доносящимся сверху звукам. Судя по поскрипыванию пола под легкими ножками пленницы, она проснулась и опять мерила комнату шагами, вероятно, обдумывая варианты побега. Вот же неугомонная. Впрочем, такие ему и нравились: упрямые, отважные, не сдающиеся до самого конца. Каину — так, кажется, звали ее избранника — повезло с ней. Как ему самому повезло с Лори когда-то.

Повернувшись, Элиан обнял дремлющую рядом Лори за талию и привлек к себе. Как он и ожидал, остыв, она поднялась к нему и как ни в чем ни бывало легла в кровать; и так же молча он принял ее в свои объятия. За эти годы они изучили друг друга в мельчайших деталях, а потому не нуждались в лишних словах, чтобы выразить свои чувства. Элиан знал, что Лори раздражает его властность — его же, в свою очередь, частенько выводила из себя ее непокорность. Странное качество для девушки, воспитанной в монастырском приюте. Скорее всего, тут сыграло свою роль обращение, разрушившее возводившуюся годами плотину сдержанности и кротости. Самому характеру Лори претила всякая кротость: в ее крови текло жидкое пламя, способное выливаться как в обжигающую страсть, так и испепеляющую ярость. Эта девушка была рождена стать вампиром. Его вампиром.

Перейти от объятий к более приятным действиям ему помешал звонок сотового телефона. Звонил Грейс. Быстро же он, однако, добрался.

— Слушаю, — зевнул Элиан в трубку.

— Мы в городе.

— Прекрасно. Я, кажется, объяснил тебе, как проехать к моему дому.

— Так не пойдет. Давай встретимся в каком-нибудь людном месте — кафе, например. Я хочу быть уверен, что мне ничего не грозит.

— Как ни странно, я тоже. Ты должен быть в курсе, какая на меня организована охота, Дамиан. Мне сейчас ‘светиться’ в людных местах нельзя.

— Послушай, Асгардис, я не стану встречаться с тобой в твоем доме, и точка. Откуда мне знать, какие у тебя намерения?

— Я вижу, тебе не так уж важно узнать, где скрывается Чарли. Что ж, если так, не о чем и разговаривать…

— Нет, постой! — поспешно произнес Грейс. — Черт, Элиан! Я же не отказываюсь от встречи! Я просто хочу быть уверен, что переживу ее.

— Всего пару дней назад ты мне вполне доверял, не так ли? Что же изменилось? Мы ведь все еще сотрудничаем. Пока наш план не воплощен, враждовать не имеет смысла. Мы еще успеем повоевать, уж это я тебе обещаю, — усмехнулся Элиан. — Могу пойти тебе на уступку и встретиться на пляже. Свидетелей не обещаю, но, по крайней мере, ты сможешь не опасаться нападения из-за спины.

— Придешь один?

— Ну, поскольку ты притащил с собой Эндрюса, я тоже оставляю за собой право на компанию. Возьму с собой кого-нибудь из своих девочек — так, успокоения ради. Ты ведь еще на ‘эликсире’, верно?

— На его остатках, — мрачно подтвердил Грейс.

— Ну, вот. Выходит, я тоже в некоторой степени рискую. Итак, жду тебя на пляже перед моим домом через полчаса. И никаких фокусов. Поговорим и разойдемся.

— Ладно, — буркнул тот и отключил связь.

Отложив телефон, Элиан повернулся и встретился с настороженным взглядом Лори.

— Приехал?

— А то. За своей Чарли он бы и на Луну прилетел. Пойдешь со мной, детка. Возьмешь на себя Эндрюса.

— Ты, что же, хочешь оставить девчонку под присмотром Дейзи?

— Что тебя удивляет? Неужели ты думаешь, что Дейзи действительно позволит обвести себя вокруг пальца? Это будет хорошим уроком златовласке — и избавит ее от напрасных надежд.

— Что, если она причинит Дейзи вред? — нахмурилась Лори. — Она достаточно сильна…

— Не настолько, чтобы тягаться с моим вриколакосом, — самодовольно ухмыльнулся Элиан.

— Эли, я не думаю, что…

— Тебе и не нужно думать, любимая. Просто делай, что я тебе велю. И все будет хорошо.

Игнорируя гримасу злости, исказившую лицо Лори, Элиан поднялся с кровати, подошел к зеркалу и принялся придирчиво изучать свое отражение. Пожалуй, стоит одеться соответственно предстоящему событию: немного готичности и экспрессии помогут настроиться ему на нужный лад. Элиану нравилось шокировать окружающих своей эпатажной внешностью: он густо подводил свои сияющие синие глаза, красил ногти черным или кроваво-алым лаком, заплетал свои длинные черные локоны в причудливые прически. Он усмехнулся при воспоминании о том, как ужасала его добропорядочных родителей эта вызывающая одежда и не менее вызывающая манера поведения. Такому, как он, не было места в высшем свете, среди напыщенных индюков, величающих себя сливками вампирского общества. И это его вполне устраивало: общение с себе подобными юнцами-Истинными, ошивающимися по самым злачным местам города в поисках запретных удовольствий, привлекало его куда больше.