Чтение онлайн

— Оденься поторжественнее, детка, — он подмигнул сердитому отражению Лори в зеркальной глубине. — Смерть, как-никак, обязывает.

…Старенький, неопределенного цвета ‘опель’ Грейса прижался к краю набережной, переходящей в песчаную полосу пляжа. Сам предводитель охотников стоял у машины с сигаретой во рту, мрачно созерцая серые, в тон неба, волны; рядом маячил коротышка Эндрюс, то и дело нервно озирающийся по сторонам. Элиану он еще в первую их встречу напомнил суетливого белого кролика из небезызвестной сказки: его худое длинное лицо носило постоянное выражение обеспокоенности, а маленькие внимательные глазки за стеклами очков слегка косили. Сходство довершали большие уши, бледная кожа и выдающиеся передние зубы. Да, красавцем Эндрюс определенно не был, но непримечательная внешность с лихвой компенсировалась острым умом и доходящей до фанатизма верностью — не зря Грейс его повсюду с собой таскал. Порой казалось, что этих двоих связывает нечто большее, чем ненависть к вампирам. Впрочем, что бы ни двигало Эндрюсом, с ним следовало держать ухо востро — особенно, памятуя о бегущем в его жилах ‘эликсире’. Чертовы дампиры. Определенно, Шарлотта Морриган должна умереть еще до начала войны. Люди не должны заполучить в свои руки столь мощное оружие.

Под настороженными взглядами охотников Элиан и Лори рука об руку приблизились к ним нарочито неспешной походкой. Лори была великолепна: черный атласный корсет и обтягивающие кожаные шорты придавали ее силуэту еще более утонченные и хищные очертания, а сапоги-чулки на шпильке подчеркивали безупречную форму ее длинных ног. Элиан в своем черном бархатном пиджаке-камзоле с воротником-стойкой и зауженных брюках в тон выглядел, как и полагалось выглядеть классическому вампиру — бледному, мрачному и невероятно соблазнительному. Длинные волосы он схватил темно-лиловой лентой, а в ухо вдел серьгу с крупным, переливающимся на свету бриллиантом. Когда-то родители были бы счастливы, предстань он перед ними в подобном виде. Мысль о родителях отозвалась в сердце Элиана неожиданным беспокойством, но он поспешил отогнать от себя неуместные эмоции: у него еще будет время оплакать утрату семьи. Если, конечно, Палач не вздумает проявить милосердие к покрывавшим своего отпрыска Истинным. В любом случае, пути обратно уже не будет: предательство Рода навсегда сделало его изгоем в глазах собственной семьи. Впрочем, это уже не имело значения — грядущая война повергнет прежний мир в хаос, чтобы возродить на его руинах новый мир. Мир Истинных, в котором Элиан Асгардис, наконец, займет принадлежащее ему по праву место.

— Мое почтение доблестным истребителям вампиров, — насмешливо поприветствовал охотников Элиан.

— Давай без паясничества, — неприязненно поморщился Грейс.

— Изволь. Поговорим в машине? Мне бы не хотелось привлекать к себе внимания.

— Думаешь, в Брайтоне есть вампиры, которые могут тебя узнать?

— Все возможно. Не стоит недооценивать Палачей. Мне совсем не улыбается быть сцапанным накануне воплощения своего плана.

— Ладно. Эндрюс, присмотришь…за этой, — Грейс кивком указал на Лори, с равнодушным видом раскуривающую сигарету.

Белый Кролик утвердительно склонил голову, вперив в девушку немигающий взгляд. Элиан был уверен, что коротышка прячет оружие под серым мешковатым пиджаком. Пойди что не так, и он не колеблясь пустит его в ход. Если успеет, конечно. Малышка Лори куда быстрее жалкого человечишки, пичкающего себя кровью дампира.

— Итак, где Чарли? — без обиняков осведомился Грейс, едва они устроились в машине.

— По-прежнему в руках Палача.

— Тебе известен адрес?

— Разумеется. Стал бы я вызывать тебя, располагая информацией, которая и так тебе известна?

— Чего ты хочешь взамен? Мои люди перебиты — мне потребуется какое-то время, чтобы найти им замену и пополнить запасы ‘эликсира’. Сейчас я вряд ли буду тебе чем-то полезен.

— Ты свое дело сделал, Дамиан. Благодаря нашему сотрудничеству, Семья понесла чувствительные потери, а люди на каждом углу шепчутся о вампирах. Война, которой мы оба хотели, вот-вот разразится. Мы оба получим желаемое: ты откроешь людям глаза на существование Истинных, а я добьюсь выхода своего Рода из тени.

— Не понимаю, — нахмурился Грейс. — Что еще, в таком случае, я могу для тебя сделать?

— Только одно, Дамиан. Только одно.

Грейсу показалось, что Элиан даже не шелохнулся — настолько стремительным было его движение. Переведя взгляд на свою грудь, в которой начала разливаться жаркая боль, охотник с изумлением уставился на пару торчащих из нее шприцов.

— Думаю, двойной дозы тебе хватит, — заметил Элиан будничным тоном. — Некрасиво, конечно, получилось, но ты мне больше не нужен. Наш договор расторгнут, и каждый вновь сам за себя. Без обид, дружище.

Тело Грейса начало корчиться и извиваться в конвульсиях: яд стремительно делал свое дело. Глаза его закатились; из раскрытого в немом крике рта и ноздрей хлынула кровь. Взметнувшаяся в агонии рука наткнулась на боковое окно и разнесла стекло вдребезги, привлекая внимание Эндрюса. Он бросился к машине, на бегу выхватывая из-за пазухи пистолет, но метнувшаяся юркой тенью ему наперерез Лори сбила его с ног. Они покатились по песку, исчезнув из поля зрения Элиана.

Грейс сдавленно хрипел, упорно цепляясь за остатки жизни, которая все еще теплилась в его разрушенном ядом теле. Элиан склонился над ним, но его взгляд больше не фокусировался на окружающих предметах, устремленный куда-то вглубь себя. Если он сейчас кого-то и видел, то только ангела смерти, терпеливо ожидающего его у сияющих врат на небеса. Ну, или у разверзнутой бездны ада.

…Солнце играло в складках белого платья Валери, вспыхивало в золотистых кудряшках Бекки, доверчиво прижавшейся к ногам матери, и веселыми бликами отражалось от безмятежно-синих волн, с тихим шелестом накатывающих на песок. Поднимающийся от берега зной окутывал две тонкие фигурки дрожащим маревом, создавая ощущение их иллюзорности. На мгновение Дамиан испугался: неужели они ему лишь мерещатся? Но Бекки, его маленький златовласый ангел, тут же с улыбкой протянула к нему ручки, зовя к себе.

— Папа!

Валери повторила ее жест, протянув к нему свободную руку — второй она прижимала к себе дочь.

— Дамиан…

Они ждали его. Они действительно ждали его все эти три невыносимо долгих года. И, не колеблясь, он распахнул дверцу машины и шагнул в теплый искрящийся свет, навстречу жене и дочери, по которым так истосковалась в своих одиноких земных странствиях его душа.

…Дамиан Грейс был мертв. Его кожа приобрела мертвенно-серый оттенок, глаза остекленели, а покрытые кровью губы застыли в легкой улыбке, точно на пороге смерти он увидел что-то невыразимо прекрасное. Элиан хмыкнул, гадая, что это могло быть. Возможно, он и сам однажды это узнает…

Порывшись в карманах охотника, он обнаружил горсть мелочи, мобильник, зажигалку, полупустую пачку сигарет и бумажник с кредитками, водительским удостоверением и мятой фотографией хорошенькой девчушки лет двух. На обороте было нацарапано имя: ‘Бекки’. Ах, вот кем был ангел смерти бедолаги Грейса. Его крошка-дочь с облаком светлых кудряшек и прелестной улыбкой. Она же, видимо, и была причиной его жгучей ненависти и нескончаемой охоты на вампиров. Все это было во имя мести. Что ж, отчасти она удалась.

Внимание Элиана привлекли доносящиеся снаружи звуки борьбы. Что-то Лори слишком долго возится с этим хиляком. Не попались бы они кому-нибудь на глаза… Однако, к тому моменту, как он вышел из машины, все уже было кончено: Эндрюс со сползшими на нос разбитыми очками лежал навзничь, а восседающая на нем Лори цепкой хваткой держала его за тщедушное горло. Губа ее была разбита, а подбородок — залит кровью: Белый Кролик защищал свою жизнь до последнего. При приближении Элиана Лори вскинула на него злые, охваченные иномирной чернотой глаза.