ЖАНРЫ

Укротить сбежавшую невесту. Академия Магического Надзора
Шрифт:

Глава 41. Адальгард Ч.3

Мы шли по узким, мощеным камнем дорожкам между высокими деревьями, чьи кроны почти полностью скрывали звездное небо. Воздух здесь пах сыростью и цветами. Странное место для учебного заведения, но, видимо, у местных магов свои представления об эстетике.

— Как ваше имя? — спросил феникс, когда мы углубились в парк достаточно далеко, чтобы голоса не долетали до главного корпуса.

— Адальгард дар Эдейм, — ответил, мельком взглянув на него. — А вы?

— Элиан лин Ашборн. Магистр этой академии, декан факультета, на котором учится ваша супруга. — Он помолчал, затем добавил: — Я помогаю ей скрывать ее личность. Но, похоже, уже завтра все будут знать, кто она на самом деле. Вы говорили с ректором о духе-хранителе. Он бывает только у ведьм. Древних ведьм.

Странно. Зачем скрывать ее личность? И те, кто пытался добиться из нее правды, так же не знали наверняка, ведьма она или нет. Для того и использовали зелье правды. Нужно будет узнать подробнее чуть позже.

— Верно, — я кивнул на его слова. — Но кто-то, видимо, и так уже догадался, раз ее допрашивали с зельем правды.

— В академии есть шпион, — сделал он очевидный вывод.

— Похоже на то. Нужно будет заняться этим.

Мы вышли к опушке леса, где темнел небольшой, но добротный домик, окруженный легким, едва заметным мерцанием — магическим барьером. Элиан остановился и повернулся ко мне.

— Здесь она будет в безопасности. Никто не сможет пройти через мой барьер. Я понял, что происходит что-то странное, и спрятал ее здесь. Аэрон, ее истинный, и Вейн, который, как я успел понять, тоже один из них, с ней. Поэтому она в безопасности.

Я кивнул, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает. Она в безопасности. С ними. С другими своими истинными.

— Спасибо, — коротко сказал я. — Я посмотрю, как она, и вернусь.

— Я подожду здесь, — Элиан устроился на скамейке у входа.

Я подошел к двери, легко прошел сквозь барьер — связь с Лорелеей позволила мне это сделать без труда — и оказался внутри.

Домик оказался небольшим, но уютным. В прихожей горел тусклый свет, пахло сушеными травами и деревом. Из-за одной из дверей доносились приглушенные голоса и шорохи.

Я сразу почувствовал ее. Мою ведьмочку. Она была здесь, за этой дверью, живая, целая. Облегчение затопило меня с головой.

А еще я почувствовал кое-что другое. Ее эмоции. Они били через край, смешанные, хаотичные, пьяные. Страх от пережитого, облегчение от того, что она в безопасности, и... желание. Острое, горячее, направленное на тех двоих, что были с ней. Зелье правды и выпитые ранее напитки сделали свое дело — ее сознание было затуманено, инстинкты вырвались наружу.

Я услышал тихий смех, шепот, и понял, что не хочу сейчас вмешиваться. Не в таком состоянии. Она заслуживала того, чтобы прийти в себя, а не встречать мужа, которого видела лишь однажды, в таком уязвимом положении.

Мягко, едва заметно, пустил в комнату магию сна. Легкую, успокаивающую. Голоса стихли, сменившись ровным дыханием спящих.

Я открыл дверь и вошел.

Они спали втроем на широкой кровати. Лорелея — в центре, все в мужской рубашке, с растрепанными волосами, разметавшимися по подушке. Ее лицо, даже во сне, было прекрасным. Рядом с ней, обнимая ее, спал светловолосый парень эльф, судя по удлиненным ушам, но крупнее обычных эльфов. А с другой стороны темноволосый, с резкими чертами лица, в котором я угадал ведьмака. Оба полуголые, оба вплотную к ней.

Постоял минуту, глядя на эту картину. Ревность кольнула где-то под ребрами, но я подавил ее. Они ее истинные. Такова природа ведьм. Я знал это, когда связывался с ней. Знал, что придется делить. Но одно дело знать, и другое видеть.

Я подошел ближе, коснулся пальцами ее щеки. Теплая. Живая. Моя.

— Спи, ведьмочка, — прошептал, убирая прядь волос с ее лица. — Я скоро вернусь.

Она вздохнула во сне и улыбнулась, словно почувствовала мое присутствие.

Я вышел из комнаты, бесшумно прикрыв за собой дверь. Сначала нужно разобраться с делами в академии, убедиться, что ни одного ублюдка из этого клана не осталось в живых. А потом... потом я вернусь к ней. И мы поговорим.

— Дух-хранитель, — позвал я негромко.

Он появился из тени бесшумно, огромный, величественный. Его огненные глаза смотрели на меня с пониманием и доверием. Он знал, кто я. Чувствовал мою связь с его ведьмой.

— Проследи за ними, — приказал я. — Я должен отойти на время.

Дух кивнул своей могучей головой и исчез за дверью, растворившись в темноте комнаты.

Я уже собрался выходить, когда услышал тихий, но отчетливый голос:

— Вот чертовка. У нее тут муж, явился, не запылился, а она с другими развлекается...

Я резко обернулся. На притолоке соседней двери сидела небольшая птица с черной головой, белой грудкой и переливающимися всеми цветами радуги крыльями. Она смотрела на меня с неподдельным любопытством.

— А вот и фамильяр, — усмехнулся я, узнавая духа-помощника ведьмы.

Птица чуть не свалилась с двери от неожиданности.

Глава 42. Разговор с супругом

— Поговорим? — спросил мой супруг, внимательно и изучающе глядя на меня.

Я кивнула, чувствуя, как краска снова заливает щеки. Он здесь. Значит, он больше не вернется в свой мир. Значит... он останется здесь. Рядом со мной. Мысль о том, что этот мужчина мой супруг, все еще казалась абсурдной, нереальной, но отказываться от реальности было бесполезно.

«Успокойся. Ты ничего ужасного не сделала».

Ну конечно, легко ему говорить. Это не он проснулся в одной постели с двумя полуголыми парнями, не помня ровным счётом ничего из вчерашнего вечера, в чужой рубашке, с чугунной головой и ощущением, будто по вискам методично стучат крошечные молоточки.

Память возвращалась медленно, но верно. Словно кто-то поднимал тяжёлый театральный занавес. Сначала рывками, потом плавнее, являя моему внутреннему взору разрозненные, яркие, как вспышки молнии, картинки. Грохот музыки, от которого вибрировал пол. Смех Зары, её сверкающее золотое платье. Вкус терпкого, обжигающего горло коктейля. Горячие руки Аэрона на моей талии, его дыхание у моего уха. Нахальная, сводящая с ума улыбка Вейна, его пальцы, скользящие по моей обнажённой руке. Жаркие, пьянящие поцелуи в тёмном углу, от которых кружилась голова и подкашивались ноги.

Поделиться с друзьями: