Чтение онлайн

Я ворчу.

– Нет.

– Ты сел на лошадь, Чарли.
– Дэвис пристально смотрит на меня.
– Чтобы порадовать ее.

– Я не знаю, что происходит между нами, - говорю я, проглатывая виски, позволяя жгучей жидкости развязать язык.
– Все, что я знаю, это то, что она мне нравится. Чертовски сильно.

Дэвис проводит рукой по своим темным волосам, его лицо становится серьезным.

– Я не слышал, чтобы ты так говорил с тех пор, как… ну, с давних пор.

– Со времен Мэгги, - говорит Форд. Он виновато пожимает плечами и обменивается взглядом с Дэвисом.
– Мы все так думаем.

Я вдыхаю слова Форда, имя Мэгги, а когда выдыхаю, мне уже не так больно.

– Улыбка тебе идет, брат.
– Дэвис прочищает горло.
– Продолжай в том же духе.

Я смотрю в окно на коттедж Руби.

– Я так и собираюсь.

Рация на бедре Дэвиса трещит, и прокуренный голос Сэма произносит:

– Эй, вы не видели Уайетта?

Дэвис подносит рацию ко рту.

– Нет. А что?

– Мы нашли Пепиту на хребте. Она сильно хромает. Никаких следов вашего брата.

Страх скручивает мой желудок. Внимание Форда переключается с бутылки виски на меня, его худощавая фигура напрягается.

Челюсть Дэвиса сжимается.

– Она в порядке?

– Мы отведем ее в конюшню, чтобы проверить. Думаю, она в порядке. Мы дадим вам знать. Конец связи.

– Спасибо, Сэм. Конец связи.
– Дэвис заканчивает разговор и ругается.

Моего уравновешенного брата трудно вывести из себя, отчего по моей спине бегут мурашки. Уайетт относится к своей лошади как к золоту. Он ни за что не позволил бы ей убежать травмированной и не пошел за ней.

– Где, черт возьми, наш брат?
– спрашивает Форд, в его глазах светится беспокойство.

Эта фраза обрушивается на меня, как удар шара в боулинге, и заставляет вспомнить, как Уайетта сбросила лошадь, и он два дня был без сознания. Вся семья приехала в больницу. Наш брат пострадал. Это означало, что мы все не в порядке. Это также означало, что он мог рассчитывать на то, что мы будем рядом, присмотрим за ним.

Всегда.

Я вздрагиваю.

– Мне это не нравится.
– Я беру телефон и набираю номер Уайетта, но ответа нет.

– Собери всех. Начинайте его искать.
– Дэвис сползает с табурета, выражение его лица мрачное.
– Я приведу Кину, может, она сможет взять след.

Задняя дверь распахивается как раз в тот момент, когда я хватаю ключи.

– У вас есть пакет со льдом?
– Уайетт, прихрамывая, заходит на кухню. Он выглядит бледным и усталым. Кровь размазана по его виску. Он надвинул бейсболку низко на глаза, но я вижу зарождающийся синяк под глазом.

В комнате начинается сумасшедший дом.

Подойдя к нему, Дэвис сильно подталкивает Уайетта к стулу за кухонным столом.

– Садись.

Уайетт садится, морщась, как будто само движение причиняет боль, и мне хочется найти того, кто сделал это, и превратить его лицо в фарш.

– Кого, блядь, мне нужно убить?
– требует Форд, прохаживаясь за стулом Уайетта.

Дэвис снимает с Уайетта бейсболку и откидывает его голову назад, чтобы рассмотреть зрачки.

– Начинай говорить, Уай, - предупреждаю я, сунув ему в одну руку пакет со льдом, а в другую - стакан с виски.

Брат встречает мой взгляд.

– Я направлялся помочь Форду с ручьем, когда кто-то сбил меня на дороге.
– Он шипит, когда Дэвис откидывает назад его волосы, кровь из неглубокого пореза течет быстрее.
– Я упал с Пепиты и потерял сознание. Думаю, они пинали меня, пока я был в отключке, потому что у меня сильно болят ребра. Когда я очнулся, я притащил свою разбитую задницу сюда. Он выдыхает, пытаясь сохранить на лице дерзкую ухмылку, но по тому, как он сжимает челюсти, я понимаю, что ему больно.

Кровь стучит у меня в висках, когда я смотрю на своего младшего брата. Уайетт сидит здесь, истекая кровью, а я чувствую себя чертовски беспомощным.

Форд ругается и поворачивает ко мне голову.

– Вулфингтоны мертвы - они, блядь, гребаные трупы.

Я киваю, ярость кипит в моих венах.

Уайетт может сколько угодно падать с лошадей. Ломать ребра, получать сотрясения мозга, но, если кто-то причинит вред моему младшему брату, моей семье, все ставки будут сделаны.

– Держите себя в руках, - приказывает Дэвис.
– Мы ничего не решим, если вы все сорветесь с катушек.

– К черту это, Дэвис, и к черту тебя, - огрызается Форд. Он кричит так громко, что дребезжат стаканы с виски.
– На этот раз они зашли слишком далеко.

– Согласен с Фордом.
– Я шагаю к двери, распахиваю ее и осматриваю ранчо. Снаружи огромные черные грозовые тучи скоро прольются дождем.
– Пойдем свернем несколько гребаных шей.

Если Вулфингтоны настолько глупы, что пришли на нашу территорию и напали на нашего брата, им лучше быть готовыми.

Дэвис поднимается, сверкая глазами, разозленный тем, что мы с ним не согласны и готовый стукнуть нас лбами друг о друга, но Уайетт машет рукой, заставляя всех нас замолчать.

– Я не думаю, что это были Вулфингтоны, - говорит он, поморщившись.
– Это слишком для них. Они и с лассо не могли найти свои члены.
– Он смеется, а потом стонет, прижимая руку к ребрам.

Я резко оборачиваюсь, и мои сапоги скрипят по полу.

– Тогда кто это, блядь, был?

Глава 27

Руби

Я не могу сосредоточиться на работе после предложения Чарли.

Собери сумку. Приходи сегодня вечером.

Чарли и я - мы не можем держать дистанцию. Все границы, все соглашения, которые мы заключили с тех пор, как я приехала на ранчо «Беглец», растаяли в небе Монтаны. У меня остался всего месяц, и мысль об отъезде причиняет боль.

Это ранчо хорошо для меня. Для моего сердца.

Я отодвигаю ноутбук, решив отказаться от редактирования фотографий и закончить позже. Краем глаза я замечаю на холодильнике список своих дел. Улыбка расплывается по моему лицу. Здесь я вычеркнула больше пунктов, чем где-либо еще. И все благодаря Чарли.

Благодаря ему я чувствую, что могу сделать все.

Благодаря ему я вижу, что вся моя жизнь может быть другой.

Моя улыбка исчезает, когда мой взгляд падает на ковбойскую шляпу, лежащую посреди кухонного стола. Она прекрасна и идеально мне подходит. Я люблю ее, но это символ. Слишком личного отношения.

Привязанности.

Ковбойская шляпа все меняет. Наверное, в лучшую сторону, не знаю.

Даже если я уже влюблена в него, Чарли совершенно не может влюбиться в меня.

Не должен.

Я зажмуриваю глаза, чувствуя, как трепещет мое сердце.

Он не станет.

Все, что я значу для него - это летняя интрижка. Хороший секс. Отличный секс. Он не привязывается ко мне эмоционально. Он ясно дал понять, что у нас есть только лето.

Сказать ему «нет» и остаться сегодня вечером дома было бы разумным поступком.