Чтение онлайн

— Он починил мою машину, ту в которой я попала в аварию, — мои слова заставляют Карен перестать жевать. Она печально смотрит на меня, наверняка вспоминая мой невеселый рассказ о замужестве. — Короче, я взбесилась. Я не думала, что увижу эту машину когда-нибудь снова. Мне начало казаться, что Бен приехал за мной. Я так испугалась. И выглядела наверняка как умалишенная.

— Софи, мне очень жаль, что все так вышло. Но он ведь не знал. Не думаю, что Лиам хотел тебя обидеть. Хочешь, я поговорю с ним? Ты можешь продать машину, пустить деньги на доброе дело. Да хотя бы на библиотеку.

— Не знаю, Карен. Она выбила почву у меня из-под ног. Я точно больше не хочу ее видеть. Я уже сказала ему сделать с ней что угодно, только чтобы я ее не видела. Не знаю, как он поступит, и знать не хочу. Если машина исчезнет сегодня же, то я буду очень благодарна ему.

— Хорошо, будем надеяться, что он сделает правильный выбор, — Карен грустно улыбается и обнимает меня за плечи. — Все наладится Софи, вот увидишь.

— Мне бы очень этого хотелось.

— Знаешь, я поговорила со всеми знакомыми, так что завтра жди целую армию. Мы за день приведем это место в порядок. А Томми даже предложил устроить пикник. Так что будет весело. Сначала поработаем, а потом поедим.

Томми Митчелл — хозяин местного гриль-бара. У него тут лучшие бургеры и ребрышки, так что многие придут хотя бы ради бесплатной еды.

— Спасибо, Карен, без тебя я бы не справилась со всем этим, — говорю я искренне.

— Чего не сделаешь ради семьи, — она подмигивает мне и кладет голову на мое плечо. От нее исходит запах лекарств, уже такой привычный и я немного расслабляюсь. Подставляю лицо солнечным лучам, впервые за много дней, наконец чувствуя себя счастливой, и не одинокой.

Когда Карен снова уходит на работу, я опять возвращаюсь к книгам. Складываю их в коробки и запечатываю клейкой лентой. Время подходит к трем часам, когда я слышу грохот грузовика через открытые двери библиотеки. Шум стихает, хлопает дверца пикапа и вот на пороге уже появляется Лиам. На голове у него черная бейсболка, козырек которой скрывает его лицо. Он снял рубашку и теперь на нем лишь темная футболка. Джинсы заправлены в высокие рабочие ботинки, а на поясе висит что-то похожее на сумку, из которой торчат инструменты. Мужчина внимательно осматривает помещение и вскоре поднимает взгляд вверх, замечая меня. Он криво ухмыляется и отворачивается. Ни "здравствуйте" ни "до свиданья". Еще раз убеждаюсь в том, что он настоящий хам.

— Какие стеллажи я уже могу забрать? — спрашивает он, снова осматриваясь и не глядя на меня.

— Я освободила половину на втором этаже, — говорю я, но голос срывается и получается какой-то писк. Я просто не могу быть нормальной в его обществе. И это жутко бесит. Я как мягкая глина под его воздействием принимаю разные облики. Он даже ничего особо не делает. На меня просто действует его присутствие. Делая меня нервной и неадекватной.

— Хорошо, тогда я заберу их, а завтра с утра приеду за остальными, — говорит он, и я замечаю, что он уже стоит неподалеку от меня. Не знаю, когда он успел подняться по лестнице. Пора прекращать теряться в своих мыслях. Мужчина принимается разбирать стеллажи, складывая их части в небольшую стопку на полу. Делает он это все слажено и быстро, словно играет конструктором.

— Завтра тут будет проходить что-то типа субботника, так что надеюсь, вы сможете забрать все стеллажи.

— Хорошо, — бурчит он, укладывая на пол части последнего стеллажа. Потом быстро подхватывает стопку досок, словно они ничего не весят, и спускается по лестнице, глухо стуча подошвами тяжелых ботинок по ступеням. Не знаю почему, но мои ноги направляются вниз по лестнице. Я выхожу на улицу и вижу, как Лиам убирает части стеллажей в кузов старого грузовика. Потом отряхивает руки и решительными шагами возвращается за следующей партией. Он ходит мимо меня три раза, пока наконец все части не оказываются в грузовике. Бросив на меня хмурый взгляд, он запрыгивает на водительское сиденье и разворачивает грузовик. Медленно проезжает мимо меня и еле заметно кивает.

— До завтра, босс, — кричит он через открытое окно грузовика и, хищно ухмыльнувшись, уезжает, скрываясь за поворотом.

Что это сейчас произошло? Он попытался пошутить? Или снова издевается? Этот мужчина хочет свести меня с ума своим непонятным поведением. Кто, черт возьми, такой Лиам Хендерсон и чего он добивается?

Позже вечером мы сидим с мальчишками в гостиной и играем в настольную игру. Лукас бросает кубик и недовольно вздыхает, когда его фигурка делает два шага, попадая в болото, из-за чего он вынужден пропустить два хода. Джулиан от этого лишь радостно подпрыгивает на диване, хлопая в ладоши.

— Я вас всех сделаю, — кричит он, бросая кубик и делая свой ход.

— Не радуйся раньше времени, малыш, — говорю я, взъерошивая его волосы. Он гримасничает и показывает язык. А я беру кубик в руки и кидаю его. Когда Джулиан видит число, которое выпало мне, то протяжно вздыхает, падая на спину. А Лукас напротив хихикает, подначивая брата.

— Ты продул.

— Я же говорила тебе, не радоваться раньше времени, — отвечаю я, делая свои шаги и заканчивая игру. — В следующий раз вы обязательно выиграете.

— Давай сыграем еще раз, — просит Джулиан, но я качаю головой.

— Пойдемте, разогреем ужин и поедим. Уже поздно, а вы до сих пор ничего не ели. Скоро придут ваши родители и обязательно принесут что-нибудь сладенькое. Но перед этим вам стоит подкрепиться.

— Ладно, — протягивает Джулиан и нехотя поднимается с дивана. Лукас встает за ним, и все вместе мы направляемся на кухню. Мальчики усаживаются за стол, а я разогреваю макароны с сыром. Часы на микроволновой печи показывают без пяти восемь, а это значит, что дежурство Карен почти закончилось и скоро она придет домой. У Ричарда какие-то дела на работе, так что сегодня мне пришлось забирать мальчишек из детского сада. Но они особо и не расстроились. Мы с ними нашли общий язык и меня это радует. Благодаря им, я набираюсь опыта в общении с детьми. Мой живот еще плоский, но с каждым днем я свыкаюсь с мыслью, что внутри меня растет человечек. Иногда, лежа подолгу перед сном, я представляю, как будет выглядеть мой ребенок. Мне все чаще представляется, что у него будут такие же ледяные глаза, как у его отца, и я никак не могу стереть этот образ. Надеюсь, что малыш больше возьмет от меня, чем от Бена. Он не достоин, иметь детей. Такие как он вообще не должны размножаться. Бен Пэриш — монстр, которому место в клетке. И я никогда не позволю ему увидеть моего ребенка. А если он и приблизится, то я перегрызу ему глотку. Я чувствую это. Ощущаю, как во мне оживает и крепнет материнский первобытный инстинкт. Я превращаюсь в тигрицу, в попытках защитить свое потомство. Это есть в каждой матери, в этом мы все одинаковые.

— Кто есть дома? — кричит Карен из прихожей и мальчики тут же срываются со своих мест, бегом направляясь к матери. Их громкий топот раздается по всему дому.

— Софи нас обыграла, а Джулиан думал, что это он выиграет, — слышу я, как говорит Лукас.

— В следующий раз вы обязательно выиграете, — ободряет их Карен.

— Софи так же сказала, — их голоса становятся громче и вот уже они втроем заходят в кухню. Я раскладываю макароны по тарелкам, пока Лукас с Джулианом занимают свои места.

— Как дела? — спрашивает она, доставая из холодильника кувшин с апельсиновым соком и разливая их в два стакана.

— Нормально. Мы немного поиграли, они рассказали обо всем, что произошло сегодня в саду, и я уговорила их поесть.

— А как у тебя дела? — Карен смотрит на меня, кивнув в сторону моего живота.

— А, ты об этом. Все хорошо, тошнота была только с утра. Теперь мне страстно хочется что-нибудь съесть. Чем ближе к ночи, тем прожорливее становится ребенок, — с улыбкой произношу я, устраиваясь за столом с тарелкой в руках.