Чтение онлайн

"Это не когти, ради всего святого, это руки".

Конечно. Но его история... то, как он ее рассказал... так плоско, так безразлично, ни единой ноты драмы или стресса и ужаса. Это было неправильно.

– Где тела?

– В одной из расщелин. Я их видел.

Уоррен медленно кивнул.
– Хорошо. После того, как ты согреешься, мы спустимся туда. Если там внизу что-то есть, то нам лучше встретиться с этим сейчас, прежде чем оно придет за нами.

Биман не возражал. Он просто смотрел в свою чашку с кофе.

Биггс тоже не стал спорить. Уоррен был прав. Лучше сейчас, чем потом. Пока Биман говорил этим безжизненным, невыразительным тоном, Биггс просто наблюдал за ним, ожидая, что из него выпрыгнет что-то, какой-нибудь монстр.

Но ничего такого не произошло.

Однако забавно то, что Биман не притронулся ни к кофе, ни к супу... так словно было еще что-то, что он хотел.

4

ПОЛАР КЛАЙМ

С ФРАЕМ И ХОРНОМ за спиной, Койл вошел, перепрыгивая через обломки, держа пистолет наготове. Первое, что он увидел, был Дэнни Шин на полу, спиной к ряду передатчиков, пожарный топор был прижат к его груди, как плюшевый мишка. Рот был широко открыт, глаза смотрели вперед, лицо было искажено, как у старика, у которого случился инфаркт.

Второе, что увидел Койл, было то, что стояло примерно в четырех футах от него.

"Паук... это ебанный гигантский паук".

Но это был не паук... не совсем, хотя его строение было похоже.

Трудно было сказать, что это было... просто странное, отвратительное, полиморфное существо, стоящее на восьми или десяти суставчатых, безволосых, кремового цвета ногах, как у краба. Из них росли тонкие шипы, как оголенные провода. Его тело было опухшим, сморщенным и морщинистым, бледно-желтого цвета застывшего жира.

Но самым отвратительным, совершенно ужасным было это продолговатое, луковицеобразное тело, которое, казалось, состояло из человеческих лиц... десятки безглазых человеческих лиц, сгрудившихся в студенистой, сочащейся массе... все они были безволосыми и эмбриональными, состоящими из прозрачной плоти глубоководных креветок, которые расходились веером фиолетовых вен. Лица пульсировали, как пузыри, открывая и закрывая желеобразные губы, словно хватая ртом воздух, сети подергивающихся жгутов выскальзывали из их ртов и затем отступали с каждым вдохом.

Если бы оно поднялось на одну пару ног, оно было бы выше человека, но оно этого не сделало... оно ждало там, как паук, подергиваясь.

– Святое дерьмо, - сказал Хорн, и это почти точно описывало его.

Оно не делало никаких агрессивных движений.

Все еще дымясь и шипя левым боком, оно наполняло радиорубку тошнотворным смрадом, просто ожидая, словно не зная, что делать. Ленты слизи и сопливой жижи свисали с его нижней половины полосами. Казалось, они двигались независимо от самого зверя.

У него не было глаз как таковых, но Койл был уверен, что он их видел.

Затем головы в центре погрузились в массу, открыв сморщенную черную дыру, окруженную мясистыми розовыми шипами, которая могла быть ртом. Кроваво-красные шипы внутри скрежетали друг о друга, словно ожидая подношения мяса.

Койл слышал хлюпающий звук падающих с него жидкостей, глухие всасывающие звуки ртов, когда эти жгуты выскальзывали и втягивались обратно.

Собравшись с духом, он посмотрел на Шина.
– Дэнни, - сказал он очень спокойным голосом.
– Дэнни, черт возьми, посмотри на меня.

Тварь вздрогнула от звука его голоса. Издала сочный, скользящий звук, когда плоть двинулась и засочилась, сотни волосков, похожих на реснички, дрожали на ее теле.

– Дэнни... давай.

Шин повернул голову на несколько дюймов резким движением. Рот был сжат в тугую серую линию. Струйка слюны свисала с губ.

Существо задрожало, поднимая две ноги с пола, как паук-волк, готовящийся к удару.

Койл не сводил глаз со зверя.
– Дэнни, на счет три я хочу, чтобы ты отполз к нам как можно быстрее. Ты сможешь это сделать?

Шин кивнул, но его так сильно трясло, что было трудно сказать.

Койл открыл рот, чтобы считать... затем он почувствовал, как что-то словно расширяется в затылке, черный вихрь шепчущих голосов, который заглушил все остальное и заставил его почувствовать головокружение.

(приди ко мне)

(коснись меня)

(утони во мне)

Он посмотрел на существо...

Посмотрел и увидел огромный горб, вздувающийся, как поднимающееся тесто для хлеба, там, где был рот. С студенистым звуком и извержением прозрачной жидкости горб лопнул, и оттуда вылезли две крошечные человеческие руки, затем три, четыре и пять, дюжина, может быть, две дюжины, они были влажными, розовыми, как жевательная резинка, тянулись к нему, становясь все ближе и ближе, пока он не почувствовал тошнотворный жар, когда их пальцы замахали ему в лицо...

– Никки! – закричал Фрай.

Он моргнул, и все исчезло... это было просто снова паучье существо, со всеми лицами.

Он вдохнул и выдохнул.
– Один... два... три...

Шин посмотрел на зверя, а затем на Койла и прыгнул, бросив топор и фактически проделав, может быть, три фута, прежде чем произошло самое ужасное. Зверь издал булькающий звук, и что-то похожее на студенистое, гладкое щупальце выскользнуло из его тела с поразительной скоростью. Кончик щупальца был зазубренный, как дротик. Когда Шин нырнул, этот зазубренный кончик пронзил его прямо между лопаток. Около четырех дюймов щупальца скользнули вместе с ним, издав звук, похожий на то, как язык скользит в особенно сочный персик.

Койл что-то закричал, но это было все.

Шин прожил достаточно долго, чтобы издать хрюкающий, удивленный звук и пискливый девичий крик, и это было все. Затем его тело взорвалось, как перекачанный воздушный шар, как будто его только что наполнили гелием. Он расширился за долю секунды с растягивающимся, упругим звуком. Его штаны разорвались, как и его флисовая рубашка, пуговицы которой отлетели, как пули.

Это произошло так быстро.

Он прожил около двух секунд, как разбухшее, катящееся надутое животное, которое вот-вот лопнет, кожа натянулась и стала ярко-фиолетовой из-за взорвавшихся кровеносных сосудов. Затем он умер, и щупальце втянулось с шипящим звуком, похожим на выходящий газ.

Койл всадил в тварь три пули и даже не осознал, что сделал это. Звук взрывов в отсеке вывел его из шокового состояния. Пули прошли прямо сквозь существо, из выходных отверстий брызнули сгустки ткани и розовая жидкость. Тварь взревела и закружилась в безумном полукруге, идеальный фонтан зеленой водянистой крови вырвался из одного из пулевых отверстий, ударил в стену и запарил.

Он мог бы их достать.

Прямо сейчас и прямо там зверь мог бы их достать. Он был всего в десяти футах. Но он не напал. Он завыл почти женским криком и отвернулся от них. Дверной проем, ведущий в задние жилые помещения, был открыт, но, опять, зверь не стал возиться с дверями. Он крутился по кругу, вращаясь как волчок, разбрызгивая во все стороны ткань и зеленую кровь. Ударился о стену и прошел прямо через нее, как циркулярная пила, оставив несколько извивающихся нитей в созданном разрыве. Они услышали, как в другой комнате что-то рушится и падает.