Чтение онлайн

Ответ Бенджи вполне устроил. Что-то внутри подсказало, что так бывает. И что он сам бывал в «настроении». В голове вертелись десятки вопросов, но все они будто плавали в мутных водах Великой Реки. Бенджи никак не удавалось подцепить хоть один из тех, что действительно нужно было задать.

Некоторое время он пытался подцепить крупную рыбу, но затем вконец выбился из сил, откинулся в кресле и молча продолжил пить пиво. Панчо улыбнулся. Похоже, усилия Бенджи, сравнимые с попытками щенка встать на четыре лапы, забавляли его. Он сделал глоток и нажал кнопку на пульте.

– Нужно посмотреть новости. Наверняка там скажут что-нибудь о взрыве.

На экране старого телеприемника появилась ведущая новостей. Самая обыкновенная, какие появляются между шестью и двенадцатью часами по будням в любом уголке мира. Немного косметики, идеально уложенные волосы средней длинны, строгая осанка и бесчувственный голос.

«Сегодня вечером парад на Улице Убитых подвергся очередному нападению. Взрыв раздался у Моста Великой Реки, унеся с собой жизни тридцати двух человек. По имеющимся данным ответственность за теракт на себя взяла группировка «Жертвы». Этого же мнения придерживается и полиция. Недалеко от эпицентра взрыва был найден их фирменный знак. С подробностями наш собственный корреспондент с места событий».

Кадры из студии сменились оперативной съемкой. Корреспондент наскоро повторила озвученную немногим ранее информацию. Оператор показал фирменный знак «Жертв» – меловая обводка тела на земле. Такую делали в старых фильмах про итальянскую мафию, когда какой-нибудь бедолага вдруг оказывался помехой.

Ни одного участника парада в кадре видно не было. За плечами корреспондента, молодой девушки с растрепанными волосами, которая представилась как Ирис, был лишь тот самый мост и пустая улица. Порывами ветра вдоль нее швыряло мусор и ошметки праздничной мишуры. Связка прямоугольных флажков, протянутая вдоль линий электропередач, с одной стороны оборвалась и повисла в черном небе как воздушный змей.

Ведущая задала Ирис несколько вопросов об обстановке. Девушка-корреспондент откинула со смуглого лица прядь волос и ответила, что в данный момент квартал оцеплен и полицейские прочесывают периметр. От слова «прочесывают» Бенджи стало не по себе. От него веяло каким-то сверхъестественным жаром и неотвратимостью. Прочесывать – значит усердно искать. Искать что-то конкретное, а не просто осматривать местность в надежде найти хоть что-нибудь. Бенджи знал, что когда «прочесывают», то находят. В большинстве случаев находят.

«Немногим ранее мы взяли интервью у комиссара полиции Бориса Северина, который лично прибыл на место трагедии», – продолжила Ирис. – «Я прошу продюсеров поставить запись».

Обстановка на экране не изменилась. Остался и мост и пустая улица и раздуваемые порывистым ветром черные волосы Ирис. Разница была лишь в том, что в кадре, справа от девушки появился еще один человек. Субтитр не оставил никаких сомнений. Это был комиссар полиции Борис Северин. Его подбородок был гладко выбрит, в то время как на щеках и верхней губе оставались густая растительность. У него было вытянутое бескровное лицо с двумя черными дырами в том месте, где должны располагаться глаза. Даже сквозь телевизионный экран было заметно, насколько тяжелым, пронизывающим взглядом обладал этот человек.

Он ответил на приветствие девушки сдержанно: «Добрый вечер». Выражение его лица было спокойным, а голос хладнокровным. Бенджи показалось, что где-то на этом лице заблудилась улыбка. Вот-вот она отыщет дорогу и появится.

– Твою мать! Северин, – Панчо сплюнул на ковер с японскими иероглифами вспенившееся во рту пиво.

Бенджи приложил ладонь ко рту и еле слышно прошипел, чтобы заткнуть Панчо.

– На данный момент основной версией является теракт. На это указывают и особенности взрывного устройства, остатки которого мы в кратчайшие сроки проанализируем в лаборатории. Но уже сейчас можно утверждать, что именно такие бомбы используют «Жертвы». Кроме того, как вы уже знаете, нами был обнаружен их символ.

–Есть ли у полиции какие-то зацепки? – она изо всех сил старалась избегать прямого зрительного контакта с комиссаром. Он заметил это. И потерявшаяся улыбка обрела дом. Уголки бледных губ широко растянулись, слишком широко, чтобы быть правдой и образовали с голым подбородком остроконечный треугольник.

–Да, у нас есть зацепки. На самом деле у нас есть нечто большее, чем просто зацепки, – он сделал паузу. – У нас есть портрет подозреваемого.

– Вы могли бы нам его продемонстрировать или это не в интересах следствия?

– Вообще-то, именно это я и собирался сейчас сделать.

Северин поднял на уровне лица заготовленное распечатанное изображение с камер. Черно-белая фотография была увеличена, а поэтому размыта. Но даже так Бенджи и Панчо узнали человека на снимке. Он стоял среди толпы, обнимая за талию молодую женщину в костюме гейши.

– Незадолго до взрыва этот человек покинул парад. Мы не смогли идентифицировать его, то есть его нет в базе. А стало быть, он новоприбывший. Террористы из группировки, известной как «Жертвы», часто используют новичков как смертников. Дело в том, что прибывшие, не получившие официальный инструктаж и не адаптированные к жизни здесь, на Улице Убитых, внушаемы. Фактически, им можно внушить все, что угодно. Чем с успехом и пользуются террористы. На данный момент я не располагаю информацией о том, были ли пропавшие с паромов в последнее время. Сейчас мы прорабатываем этот вопрос. В ближайшее время мы предоставим прессе всю необходимую информацию по этому делу. Также я хотел бы обратиться к жителям нашего города. Я прошу вас внимательно посмотреть на эту фотографию, – он снова показал черно-белую распечатку, – и в случае, если вы видели этого человека, немедленно сообщить в полицию. Я лично гарантирую вам вознаграждение. А я, как вы знаете, слов на ветер не бросаю».

Запись закончилась. На экране снова была одна Ирис. Она выждала паузу, чтобы убедиться, что можно продолжать.

– Также имеются пока неподтвержденные данные о том, что во время взрыва погибла Мидори Нагано, дочь известного бизнесмена и судоходного магната Хироши Нагано.

На экране снова появилась ведущая.

– Спасибо, Ирис. На данный момент это вся информация…

Она не успела договорить. Панчо подпрыгнул к телевизору и отжал кнопку включения. Ведущая пропала в яркой вспышке, которая спустя мгновение превратилась в горизонтальную полосу. Ее края быстро таяли и спустя секунду безвозвратно пропали в безмолвной темноте потухшего экрана. Отчасти это напоминало взрыв. Тот самый, что раздался на Улице Убитых немногим больше часа назад. Тот самый взрыв, о котором только что говорила растворившаяся в вспышке безликая ведущая.

Бенджи попытался представить взрыв как такую вспышку. В воображении всплыл образ девушки с Парада. Только лицо. Как будто оператор, отвечающий за картинку воображения, взял крупный план. Лицо гейши было неподвижно, не двигался ни один мускул. Лишь зрачки слегка подрагивали. Она пристально смотрела ему в глаза. Всего мгновение, а может быть и целую вечность.

Затем оператор словно «отъехал», дав Бенджи увидеть, как гейша села за стол в новостной студии. Она дышала ровно и глубоко. Чего не скажешь о Бенджи. Его сердцебиение участилось. Мышцы напряглись. А по спине пробежал холодок. Он знал, что произойдет дальше, и не мог этого предотвратить. Хотелось крикнуть: «Уходи оттуда! Не садись за этот стол». Но стенки горла будто слиплись. Слова запутались в диафрагме.

Даже если бы случилось чудо и он смог бы ее предупредить, итог был бы тем же. Бенджи знал это. Знала это и гейша. Она послушно следовала сценарию. Сложив руки перед собой, она с усилием открыла рот и, не успев произнести ни звука, пропала в яркой вспышке, которая сузилась до тонкой горизонтальной линии. А затем полностью растаяла.

Бенджи знал, что она хотела сказать.

НА ДАННЫЙ МОМЕНТ ЭТО ВСЯ ИНФОРМАЦИЯ…

Бенджи итак знал это. Не успев прибыть на новое место, он вляпался в большие неприятности. Самым страшным в этой ситуации была неизвестность. Сложно сказать, чего можно ожидать от этого Северина. Может быть, просто пойти в ближайшее отделение полиции с поднятыми вверх руками?