Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Уличные песни

Добряков Алексей

Шрифт:

Поспели вишни в саду у дяди Вани

Поспели вишни в саду у дяди Вани, У дяди Вани поспели вишни. А дядя Ваня с тетей Груней нынче в бане. А мы под вечер погулять как будто вышли.

Припев:

А ты, Григорий, не ругайся, Ты, Петька, не кричи. А ты, с кошелками, не лезь поперед всех. Поспели вишни в саду у дяди Вани. А вместо вишен теперь веселый смех. «Ребята, главное — спокойствие и тише — И не заметят, не, не заметят. А как заметят, так мы воздухом здесь дышим», — Сказал с кошелкою соседский парень Петька.

Припев.

А ну-ка, Петька, давай скорее кепку. А он черешню в рубаху сыпал. Ох, видно, Витька, перегнул ты слишком ветку И вместе с вишнями сейчас в осадок выпал. Припев. Пусть дядя Ваня купает тетю Груню В колхозной бане, отличной бане. Мы тете Груне все «спасибо» скажем дружно И дяде Ване, уж конечно, дяде Ване.

Припев:

А ты, Григорий, не ругайся, Ты, Петька, не кричи. А ты, с кошелками, не лезь поперед всех. Поспели вишни в саду у дяди Вани. А вместо вишен теперь веселый смех.

Надену я черную шляпу

Надену я черную шляпу, Поеду я в город Анапу, И выйду на берег морской С своей непонятной тоской. Я сяду на пляж, разомлею, О жизни своей пожалею. И жизнь до конца просижу На этом соленом пляжу. Волна будет мчать за волною, Беседовать тихо со мною, Тереться о берег морской С своей непонятной тоской. Не раз в своей жизни невзрачной Хотел я под поездом дачным Решить наболевший вопрос С улыбкою из-под колес. В тебе, о морская пучина, Погибнет роскошный мужчина, Который сидел на песке В своей непонятной тоске. И каждый, увидевши гроб, Поймет, что страдалец утоп: Он долго сидел на песке В своей непонятной тоске. Останется черная шляпа, Останется город Анапа. Останется берег морской С своей непонятной тоской.

Ты ножкой двинула

Ты ножкой двинула лишь на вершок, Какао вылила ко мне в мешок.

Припев:

Связал нас черт с тобой, связал нас черт с тобой, Связал нас черт с тобой веревочкой одной. Сидели мы с тобой на леднике. Какао хлюпало в моем мешке.

Припев.

Ты камень сбросила да с высоты. Разбила голову и сердце ты.

Припев.

Связался я с тобой, теперь боюсь. Боюсь теперь с тобой не развяжусь.

Припев.

Ты по карнизу шла — я страховал. Ты загремела вниз, а я сказал: Лети же, черт с тобой, лети же, черт с тобой, Связал нас черт с тобой веревочкой одной.

Раз глядел я между

Раз глядел я между кралечке в разрез — Я имел надежду, а теперь я — без.

Припев:

Ох, какая драма! Пиковая дама Жизнь мне всю испортила мою. И теперь я бедный, и худой и бледный, Здесь, на Дерибасовской, пою. Мальчики, на девочек не кидайте глаз: До копейки денежек вытащат из вас!

Припев.

Дамочка, взгляните: я у ваших ног! Впрочем, извините, — вот вам кошелек.

Припев.

Пиковая дама отшумит давно. Говорила мама: не ходи в кино.

Припев.

Если бы послушал бы мамочку малец, Он тогда б не кушал бы этот баландес.

Припев.

Девочки на воле — я сижу в тюрьме. Но мечтаю вскоре видеть их… во сне.

Припев.

Вот и все исходы, и последний шмон. Выйду на свободу — выжатый лимон.

Припев.

Раз глядел я между кралечке в разрез Я имел надежду, а теперь я — без.

Припев:

Ох, какая драма! Пиковая дама Жизнь мне всю испортила мою. И теперь я бедный, и худой и бледный, Здесь, на Дерибасовской, пою.

Все будет хорошо

Вы скажете: бывают в жизни шутки, Поглаживая бороду свою… Но тихому аидише-малютке Пока еще живется, как в раю. Пока ему совсем еще не худо, А даже и совсем наоборот. И папа, обалдевши от талмуда, Ему такую песенку поет:

Припев:

Все будет хорошо. К чему такие спешки? Все будет хорошо. И в дамки выйдут пешки. И будет шум и гам. И будет счет деньгам. И дождички пойдут по четвергам. Но все растет на этом белом свете. И вот уже в компании друзей Все чаще вспоминают наши дети, Что нам давно пора «ауфвидерзейн». И вот уже загнал папаша где-то Подтяжки и гамаши, и костюм, Ведь Моне надо шляпу из вельвета Влюбился Монька в Сару Розенблюм.

Припев.

Вы знаете, что значит пожениться. Такие получаются дела. Но почему-то вместо единицы Она ему двойняшек принесла. Теперь уже ни чихни, ни засмейся — Шипит она, холера, как сифон. И Монька, ухватив себя за пейсы, Заводит потихоньку патефон.

Припев.

Пятнадцать лет он жил на честном слове, Худее, чем портняжная игла, Но старость, как погромщик в Кишиневе, Ударила его из-за угла. И вот пошли различные хворобы: Печенка, селезенка, ишиас… Лекарство все равно не помогло бы, А песня помогает всякий раз.

Припев.

Но таки да: случаются удачи! И вот уже последний добрый путь Две старые ободранные клячи Везут его немножко отдохнуть. Всегда переживает нас привычка. И, может быть, наверно, потому Воробышек — малюсенькая птичка — Чирикает на кладбище ему:

Припев:

Все будет хорошо. К чему такие спешки? Все будет хорошо. И в дамки выйдут пешки И будет шум и гам. И будет счет деньгам И дождички пойдут по четвергам.
Поделиться с друзьями: