Чтение онлайн

— Может, ты оденешься? — неуверенно улыбнулась я. — Так и простудиться недолго.

— И умереть, — хмыкнул он. — Хороший п-план.

Нет, они все-таки идеальная пара! Еще один такой же дурачок-смертоубивец! Я еле сдержалась, чтобы не прикрыть глаза рукой. «Facepalm».

— Ну, это вряд ли. До свадьбы вылечат.

— Что?

— Пневмонию твою, — ухмыльнулась я. — Ты ведь на тренировку собирался? Чего тут сидишь?

Он недоуменно взглянул на меня своими волчьими желтоватыми глазами, но быстро понял, как я догадалась. Рядом, под парапетом, стоял пакет со спортивной формой.

— Нет настроения, — парень соскочил с парапета и, спрятав руки в карманы, встал передо мной, как настоящий великан. Да, с моим метром шестьдесят рядом с ним даже стоять страшно!

— В-вика, чего т-ты п-пришла?! Она же т-тебе рассказала! Знаешь все. Чего еще?!

— Что рассказала? — я невинно похлопала ресницами.

— Что она… это… к-короче… а я ушел. Быстро. Ушел, — он жутко покраснел, кончики ушей стали багровыми. — И все.

— А ты не догадываешься, почему она тебя «это… короче»?

— Мне все равно, — устало вздохнул Саша. — П-пусть не жалеет меня. Ненавижу, к-когда жалеют. И т-ты еще т-тоже…

Я покачала головой.

— Ну, не знаю. Мне Светку больше жалко. А тебя — вовсе нет. Красавец, спортсмен, разве что не комсомолец. Чего тебя жалеть? Это ведь не ты сидишь и ревешь в общаге.

Его глаза стали круглыми от удивления, он даже наклонился ко мне, весь во внимании.

— Чего ревет?

Я пожала плечами, развернулась и пошла назад к общежитию. Саша, замешкавшись на секунду, рванул за мной следом и теперь пытался заглянуть мне в лицо, семеня рядом со мной. Странное дело, даже позабыл о своей душераздирающей стеснительности!

— Что с ней? Ну? В-вика!

— Тебе же все равно!

Он остановился, не решаясь признаться, что соврал. Я оглянулась на него через плечо.

— Неужели ты так привык к жалости, что не можешь представить себе другие чувства у девушки по отношению к тебе?!

— Да что тут п-представлять. Со м-мной все ясно. Они одинаковые… все. С-смотрят, как на к… к-котенка, жалеют, а п-потом выбрасывают!

Ага. «Все они одинаковые»!

— Почему ты решаешь за других людей, что они чувствуют, и потом ведешь себя так, будто лучше них знаешь настоящие мотивы их поступков? — я покачала головой. — Ты не разрешаешь им думать то, что думают они, а не ты — о них! Конечно, это проще, чем пытаться узнать кого-то лучше. Саша, тебе не кажется, что так поступать эгоистично?

Пытаясь переварить последнюю фразу, мой одногруппник впал в глубочайший ступор. Он поморщился, поднял брови, тряхнул головой, а потом неожиданно пошел в наступление. Надо отметить, Саша со своей косой саженью в плечах и впечатляющими бицепсами при атаке выглядит очень угрожающе!

— Что ты можешь знать?! — заорал он без единой запинки, снова багровея. — Ты разве можешь понять, что это такое: даже имени ее не произнести с первого раза! «Я тебя люблю» — три несчастных слова, так просто! И ты можешь думать, мечтать, но никогда не скажешь вслух. Потому что весь мир смотрит, как слова застревают у тебя во рту! Ты можешь себе представить, что вся твоя жизнь в один момент превращается в три маленьких слова, но ты ПРОСТО. НЕ МОЖЕШЬ. ИХ. ПРОИЗНЕСТИ!

По-моему, он не слышал сам себя в эту секунду, но я-то отчетливо слышала каждый звук. Саша кричал на меня совершенно чисто, без единой остановки, и мне не оставалось ничего другого, как улыбнуться.

— Нет, я не могу себе этого представить. Вернее, почувствовать так, как ты. Но я совершенно точно знаю, что какими бы сильными достоинствами человек не обладал, он очень часто зависим от одного маленького недостатка, в то время как другие могут вообще не видеть его в упор. Могу тебя разочаровать, Саша: Светка ни разу тебя не пожалела. Наоборот. Она все время твердит, какой ты умный, крутой, талантливый. А она, соответственно, глупая и неинтересная. Каждый боится, что его недостаток — самый страшный. Вот и все.

Он тяжело дышал, испепеляя меня тяжелым взглядом исподлобья, но не рискнул ответить. После довольно долгой паузы я продолжила свой путь к общаге. Странное дело, но после этого разговора у меня не было ощущения какой-то ужасной ошибки. Скорее наоборот.

Все слишком изменилось. Я чувствовала это с каждой новой минутой, проведенной вместе с Алисой. Наша дружба испарялась, улетучивалась, и я ничего не могла с этим поделать. Мимолетный взгляд — и я краснею, легкое прикосновение — и мне трудно дышать, мысли затуманиваются, а перед глазами снова и снова картинка из того странного сна. Это ненормально. Это отвратительно! Но я стала будто одержимой — и после памятной ночи в клубе, после того поцелуя, вроде бы ничего не значащего, нечто управляет мною и моими чувствами. Я постоянно думаю об этом, но даже не о самой Алисе, а о том, что ее присутствие значит для меня. И это по-настоящему пугает.

Вот и сегодня — у нас запланирована модульная контрольная работа, не за горами сессия, но я совершенно не могу сосредоточиться. Алиса преследует меня повсюду, и даже если отворачиваюсь к окну, вижу в стекле рядом с собой ее отражение.

— Мне тут дует, — буркнула я, стараясь не смотреть на нее. — Я пересяду назад.

— А я? — Алиса удивленно вскинула брови. — Как же я у тебя списывать буду?!

— Все равно разные варианты.

Черт, так совсем не легче. Она бросила на меня обиженный взгляд через плечо. У нее удивительная кожа — такая идеальная, молочно-белая, может быть, из-за сочетания с медовыми глазами и блестящими черными волосами, всегда кажется, будто она светится изнутри. Почему мне все время хочется до нее дотронуться?! Я тяжело вздохнула, Алиса повернулась ко мне и слабо улыбнулась. Блики солнца играли на ее бледно-розовых губах.

А я знаю, какая ты на вкус…

Я нахмурилась и уставилась в свою тетрадь, стараясь вымести из головы все эти странные мысли и желания.

— У тебя не занято?

Я покачала головой. Светка вывалила на парту кучу своих тетрадок и ксерокопий.

— А-а-апчхи!

Алиса вздрогнула и повернулась к нам.

— Так, вирус ходячий, ты зачем на пару явилась?!

Светка мученически поморщилась.

— Так модуль же! Я его так боюсь, умру же там на кафедре, если пересдавать.

— Модули не пересдают.

— Тем более! — захныкала она. — Я на одну пару, поумираю тут немного, и пойду домой. Если что, извините, я не хотела никого заражать.

Она достала огромных размеров платок и высморкалась. Н-да, выглядит она и правда хреново: что показательно, даже не накрасилась, хотя знает, что Саша уж точно не станет пропускать контрольную.

Спустя несколько минут «прекрасный принц», как я и предвидела, тоже появился в аудитории. Усевшись на самую дальнюю парту, он изредка бросал в нашу сторону странные взгляды.

— У меня так горло болит, ужас. Как можно было одновременно заболеть и респираторкой, и ангиной, уму непостижимо, — продолжала жаловаться Светка.

— Некоторые психологи говорят, что ангина нападает из-за боязни высказаться. По-моему, все более чем логично, — мрачно констатировала я. — Ты все время всего боишься.

— Не знаю. Мне от этого не легче, — обиделась Света и снова стала тереть платком нос. — Фу, когда же это закончится…

Саша прожигал нас взглядом недолго — почти перед самым началом пары поднялся и вышел из аудитории. Фух, так даже лучше, надоел этот лазерный прицел в спину!