Унесенные Ненавистью
Шрифт:
— Да, — со злостью в голосе произносит королева. — К сожалению. Ты же знаешь, я бы не стала тебе мешать, но интересы королевства важнее. Идем. Тебе нужно отдохнуть. Завтра новый этап отбора. А эта пусть сидит в комнате. Запри ее и поставь стражу, чтобы не сбежала. Потом решим, что с ней делать дальше.
Наблюдаю за тем, как королевская семья уходит, и громко смеюсь. Какая ирония! Прекрасный принц оказался чудовищем, циничный ректор — спасителем, а архимаг, архимаг… Сердце сжимается от боли, и невольно прикладываю руку к груди, чтобы его успокоить. Сажусь на пол, привалившись спиной к стене. Дыхание выравнивается. Теперь меня никто не тронет, ни один мужчина, потому что семья Райан не отпустит провидицу. Продолжаю смеяться и тут замечаю, как на полу что-то блестит. Подползаю на четвереньках и верчу в руках маленькую жемчужину. Похоже, она оторвалась от платья королевы. Подношу ее ближе к глазам, и меня накрывает. Вспышка.
Узнаю гостиную в Риттон-холле. Бабушка и королева Илана неспешно пьют чай. Разговор как обычно светский на ничего не значащие темы: погода, мода и новые дебютантки. Герцогиня как-то внимательно смотрит на свою дальнюю родственницу и бывшую соперницу. Королева улыбается, выглядит весьма довольной. В моем видении они очень молоды. Даже слишком. Кажется, это время когда отбор только-только закончился.
— Почему ты так пристально смотришь Камилла? Неужели завидуешь, что Амир выбрал меня, а не тебя? — Илана теперь уже Райан чуть самодовольно ухмыляется и наслаждается своим маленьким триумфом. — Как тебе герцог Саттэр? Говорят, он не часто появляется в замке, предпочитая королевский дворец.
— Присутствие моего мужа необходимо для решения многих важных вопросов, — спокойно поясняет бабушка, а затем замирает. Проходит несколько секунд. Лицо герцогини бледнеет. Она резко открывает глаза и, схватив колокольчик, начинает стремительно звонить.
— Что ты делаешь Камилла? — недоумение написано на лице королевы, а затем ее глаза резко расширяются, дыхание перехватывает и красивая фарфоровая чашка летит на пол. Чай расплескивается во все стороны, пока сраженная внезапным приступом Илана Райан заваливается на диван.
— Целителя. Срочно! — приказывает бабушка застывшему у двери слуге.
Целитель появляется вовремя. Он успевает спасти королеву в последний момент. Вижу, с каким смешанным выражением на лице бабушка наблюдает за этим. Похоже, ее терзают внутренние противоречия. Наконец все позади. Целитель говорит королеве о том, что у нее был приступ и следует тщательнее следить за своим здоровьем. Илана Райан почти не слушает его, она в шоке смотрит на герцогиню и в ее глазах появляется понимание.
— Это ты, — говорит она Камилле Саттэр, чуть не тыча пальцем, когда целитель уходит. — Ты провидица.
— Не говорите ерунды Ваше Величество, — с безразличным лицом и чуть резко заявляет герцогиня. — Вам следует отдохнуть перед обратной дорогой.
Бабушка кланяется и намеревается уйти, но королева ее останавливает.
— Я уверена. Ты Камилла видела мой приступ, иначе почему позвала слугу до того, как он у меня начался?! Я все расскажу Амиру, я…
Герцогиня резко разворачивается и подходит к королеве, больно хватая ее за руку.
— Только попробуй! Знаешь, почему я предпочла Саттэра Амиру? Потому что наш король садист и маньяк. Он любит причинять боль в постели. Я застала его с любовницей, и он такое с ней вытворял, что я переспала с герцогом, лишь бы Амир навсегда забыл обо мне и вероятности появления дара. Думаешь, ты останешься королевой, когда правда откроется? Хочешь, предскажу твое будущее? Тебя сошлют в монастырь, где ты сгниешь в одиночестве стоя на коленях и читая молитвы Богам. А Амир женится на мне! Этот извращенец на самом деле любит меня, и ты знаешь, что это правда. Да мой муж погибнет при таком раскладе, но я займу свое место. Ты можешь сколько угодно любить Амира, но он выберет королевство, а не надоедливую женушку без дара. Как тебе такие перспективы Илана?
Королева в ужасе. Она чуть кривится от боли, потому что цепкие пальцы герцогини больно впиваются в кожу. Илана Райан тяжело дышит. Кажется, еще пару мгновений и ее накроет новый приступ.
— Ну-ну успокойся Илана. Выдохни. Есть и другой путь. Мы с тобой заключим соглашение. Я намереваюсь сообщать тебе некоторые видения, и король будет с тебя пылинки сдувать. Взамен ты молчишь о том, что узнала и помогаешь мне держаться как можно дальше от двора.
Королева соглашается и меня выкидывает из видения. Теперь еще один кусочек головоломки под названием прошлое встал на место. Королева Илана знала: король легко вычеркнет ее из своей жизни. Она любила мужа и боялась его потерять, видела сильную соперницу в лице моей бабушке. Столько лет герцогиня пользовалась ее услугами. Бабушке удалось пристроить Лиама ко двору, выбить мне возможность поступить в МАКП, хотя наш род был по сути в опале. Какого же столько лет бояться за собственную участь? Уверена, королева Илана не хотела в монастырь, но и не могла сказать мужу правду. Ведь тем самым она ставила крест на собственной жизни.
Так пролетел месяц. Все ждали окончания траура. Пиа выиграла отбор и стала официальной невестой принца, меня объявили провидицей, а к Синтии посватался лорд-канцлер. Леди Палмут еще не дала своего согласия, но уверена, за этим дело не встанет. Или граф Денвер или Ричард лишит ее невинности. Так, на всякий случай. Вдруг получится еще одна провидица? Меня по-прежнему посещают видения. О некоторых рассказываю, о других молчу. Точнее поначалу вообще о них не говорила, но Ричард решил эту проблему. После того, как королева Илана предотвратила мое изнасилование, принц на следующую ночь пришел в мою спальню и лег рядом. Он пытался целовать, ласкать мое тело. Наследника снедала дикая, неконтролируемая похоть. Я не выдержала и пообещала лишить себя жизни, если он еще хоть раз дотронется до меня. Ричард поверил, но нашел другой способ, как заставить служить на благо короне и заодно причинить мне боль. Теперь Лиам сидел в тюрьме по обвинению в пособничестве убийце короля. Я знала, брата оставят в живых, но его судьба волновала пожалуй больше чем собственная. Пиа навещала меня. Ее было особенно жалко. Виру Ричард сделал своей официальной фавориткой, и теперь бывшая подруга с удовольствием оговаривала нас с целительницей. Казалось, в этой темноте не будет просвета, но в утро перед помолвкой Пии я проснулась с надеждой в сердце. Скоро все изменится. Я верила, что однажды Боги услышат мои молитвы. Пусть в душе с каждым днем крепла ненависть, только волнение за Лиама и Пию не давало мне окончательно стать бездушной. А еще хотелось встретиться с бабушкой. Женщиной, которая столько лет была провидицей и разыграла блестящую партию в игре под названием жизнь.
Глава 40
Пышная помолвка днем. Вечером бал-маскарад. На нем Ричард запрещает мне присутствовать, и я покоряюсь. Стою среди бывших участниц и нервно комкаю подол платья, как любит это делать Пиа. Сегодня на помолвке она прекрасна, прекрасна и грустна, хоть и пытается улыбаться. Вижу лицо Рика, который с огромным усилием заставляет себя оторвать взгляд от одетой в золотистую парчу любимой. Любимой, связывающей себя клятвами с другим. Боль боевого мага находит отражение в моей. Наконец все заканчивается, и в сопровождении своей стражи покидаю праздник, пока остальные поздравляют принца и Пию. Ричард уже ведет себя как король. Он чувствует собственную безнаказанность, но пока соблюдает приличия, вынуждая новую любовницу делать то же самое. Вира буквально светится от счастья. Пожалуй, Ричарду следовало бы жениться на ней. Нет, мелковато будет. За Пию дают богатое приданное, а по дворцу уже давно гуляют слухи о пустой казне. Политика и расчет. Они не терпят эмоций. В принципе Ричард получит все: и жену, и любовницу, и провидицу. Мы трое снова вместе. Почти как в МАКП. МАКП… чувствую на себе пристальный взгляд и поворачиваюсь вполоборота, но этого достаточно, чтобы заметить ректора. Корнел Ласс выглядит весьма представительно. Вокруг него вьется какая-то леди, но серо-голубые глаза следят лишь за мной. В них застывает вина. Странно видеть такие эмоции у мужчины, который четыре года издевался, пьяным сделал предложение, а потом оказался предначертанным самой судьбой. "Будущее самоизменяющаяся материя. На него можно влиять", — невольно вспоминаю слова Викрама и до боли закусываю губу. Нет, не плачу. Слез давно уже не осталось. Первые три дня в заточении я рыдала, оплакивая свою судьбу, а потом перегорела. Из меня словно вынули душу и положили ее на жертвенный алтарь. Ничего нельзя изменить. Лишь качаю головой, когда вижу, немой вопрос Корнела Ласса. У нас с ним никогда не будет будущего. Теперь моя судьба в руках Ричарда Райана, потому что у него власть над жизнью брата. Я видела на помолвке леди Даливу. Она хоть и держится стойко, но похоже сильно переживает за Лиама. Это отдается в сердце маленькой частичкой тепла.
Наконец оказываюсь в своей спальне и встаю у окна. Там за пределами дворца наступает лето. Птицы поют громче, цветы распускаются ярче, а внутри царит тьма. В моей душе горит ненависть. Только она поддерживает разбитое сердце целым, склеивает осколки, чтобы оно могло биться. Звук портала как всегда заставляет поежиться. Не оборачиваюсь и слышу уверенные шаги.
— Разве так встречают своего повелителя? — голос Ричарда звучит весьма довольным. Скоро он получит все, о чем и мечтать не мог.